удивилась, была почему-то уверена, что он не приедет.
- Не ждала меня, Светлячок?
Он так неожиданно сделал шаг, чтобы оказаться почти вплотную, что я опешила и не успела увернуться от ладони, которой он заправил прядь моих волос.
- Тебе очень идет. Братец расстарался, даже экипировку купил. Смотри, Светлячок, летишь на пламя.
Вся радость дня вдруг померкла.
Я, ничего не ответив, резко развернулась и побежала в раздевалку.
Стала лихорадочно стягивать пиджак, потом рубашку.
Дурочка, идиотка, зачем вообще приехала? Ведь понимала же!
Осталась в одном белье, открыла шкафчик, в котором оставила свои вещи, потянулась за ними.
- Зоя, что случилось? – его голос меня просто оглушил.
Повернулась, испуганно прикрывая полуобнаженное тело футболкой, которую успела схватить.
Тамерлан буквально пожирал меня взглядом. Жарко и жадно.
Я испугалась.
- Выйдите! Немедленно.
- Извини. – он опустил глаза и тут же покорно вышел, а я села быстро натягивая футболку.
Надо было как-то добраться до дома. Интересно, ходит ли тут транспорт? Может электрички?
Мне вдруг стало так стыдно. Что, собственно, произошло? Меня взбесило то, что Ильяс так сказал? Не потому ли, что я на самом деле была как Светлячок, летящий на пламя? Или… на пламя ведь летят мотыльки?
Зачем я приехала сюда? Зачем позволила себе забыться? Зачем думала о Тамерлане?
И, собственно, почему я позволила словам Ильяса разрушить такой прекрасный день? Он считает, что я поддаюсь на ухаживания его брата? Я докажу, что этого нет и в помине!
В конце концов, я умею отшивать парней! Да, Тамерлан, конечно, не парень. Он мужчина. Настоящий! Но и с Тамерланом до этого момента проблем не было – я тоже ставила его на место!
Резко стягиваю футболку, снова надеваю рубашку и редингот, беру перчатки и шлем.
Я приехала, чтобы покататься на лошади и покатаюсь!
Когда я вышла на улицу, то увидела Тамерлана и Илика.
Они стояли поодаль, у дороги и явно о чем-то спорили. Потом Ильяс демонстративно тряхнул головой и пошел к машине – он иногда водил скромный не очень новый внедорожник.
Резко взяв старт младший Умаров уехал, а старший… старший, покачав головой направился ко мне.
- Зоя, я не знаю, что вам сказал Ильяс, но видимо мне нужно попросить прощения у вас?
- Вам не нужно. А с Ильясом я потом сама поговорю. Мне не терпится прокатиться.
Тамерлан посмотрел на меня, я видела в его глазах радость, и сама радовалась и тут же словно била себя по рукам.
Стой Светлова! Ты не будешь трофеем этого мужчины! Ни за что!
Девушка, которая помогала мне с одеждой подвела невероятной красоты кобылку, я ахнула увидев ее - золотистого окраса, она была похожа на вороного жеребца Тамерлана.
- Боже, она… просто волшебная! Как из сказки! Она тоже… той же породы? – я смутилась, не зная, как правильно выговорить название.
- Да, она ахалтекинка. Ее зовут Альхайят. И знаете в чем чудо?
- В чем?
- Вы не поверите. Она ваша тезка.
- Как? - я смотрела на него во все глаза, реально не понимая
- Вы знаете значение своего имени? Зоя значит жизнь. Альхайят в переводе с арабского - жизнь.
- О... - я не знала, что сказать. Совпадение? Чудо? Знак? - Она такая красивая, словно... словно золотая, - я с восторгом смотрела на отливающую золотом, нереальную шкуру лошади.
- Масть называется изабелловая. Очень редкая. Считается, что такой окрас бывает только у двух процентов ахалтекинцев.
- Переливается на солнце как… - я не могла подобрать слово.
- Перламутр. Их еще называют перламутровыми.
Он рассказывал мне об особенностях лошадей этой масти, о том, что они красивы, но у них проблемы со здоровьем. Что они не участвуют в соревнованиях… А я слушала и снова почти не слышала. Меня завораживал его голос - низкий, тягучий, и то как он выговаривал слова, как тянул некоторые гласные…
Алхайят. Зоя. Жизнь.
Так бывает? Он знал об этом, подбирая для меня именно эту кобылу?
- Зоя, вы опять не слушаете?
- Что? О, нет! Очень интересно, правда!
- Я вас заговорил, извините. А пора уже попробовать вас в роли наездницы. – то, как он это сказал снова заставило меня почувствовать жар в теле. Так… двусмысленно. Остро.
И руки на моем теле чувствовались остро, когда он помогал мне вскочить в седло. Вскочить, конечно, было сильно сказано.
Тамерлан показывал, что нужно делать, рассказывал, а меня бросало то в жар, то в холод. От его прикосновений, от его внимания. От его близости.
Внутренний голос постоянно меня предостерегал, тормозил, но… разве мы в двадцать лет слушаем его?
Я проехала на Алхайят несколько кругов – Тамерлан держал корду – специальный длинный повод.
Я, наивная, думала, что мне сразу уже можно будет куда-то самой поехать, вернее пойти – медленным шагом, но, оказалось не все в катании на лошадях так просто.
Не знаю, сколько прошло времени – что-то около часа – когда Там сказал, что для первого раза достаточно.
У меня все внутри сжалось, когда я поняла, что сейчас он подойдет, чтобы помочь мне спешится.
Мне было страшно. Я боялась того, что он может сделать, боялась, что его прикосновения будут чересчур откровенными. Но также я боялась того, что мне это понравится. И еще боялась разочароваться, если ничего подобного не будет, и он просто поможет мне как опытный наездник помогает новичку.
Собственно, Тамерлан так и поступил. Он был весьма предупредителен.
- Спасибо огромное. Ну что, мне, наверное, пора?
- Разве ты не хотела бы попробовать покататься на Тамерлане?
Что? Он… говорил серьезно?
- Но… разве можно? Он такой…
- Можно. Со мной.
Я забыла, как дышать. Мне нужно было вежливо отказаться, сославшись на усталость и… страх. Но его ореховые глаза…
- Готова?
Что я могла ответить?
Глава 10.
Мне нужен был ледяной душ, нужно было остыть, а я, наоборот, вскочил в седло, и мы с Тамерланом бросились в стремительный галоп.
Если бы ветер, бьющий в лицо, мог остудить!
Я сгорал. Сгорал рядом с ней. От близости с этой девушкой, от ее аромата с ума сходил. Голова кружилась.
Смотрел на ее губы и умирал от желания прижаться!
Такая нежная! Такая…не мог понять почему, но на ум одно слово приходило – родная. Моя.
Она моя. Будет моей и точка.
Я уже предупредил брата, после той истории на
