Глава 19
Олеся Кафарова
— Я не воровала! — воскликнула я, растерявшись от колкой обиды. — Это не мое!
— Бессмысленно отрицать. Никто другой, кроме вас, не мог сюда положить эту коробку. Шкафчиком пользовались только вы.
Никто другой…
Мне в голову тут же пришла мысль. Так это же Милана. Это она устроила шоу с воровством машинки, и она же могла устроить мне дальнейшие проблемы на моей работе. Вот дрянь. Она играет по-крупному. Подставила меня. Опозорила.
Я даже зажмурилась, пытаясь отгородиться от проблем, но заведующая никуда не исчезла. Она стояла напротив и смотрела на меня с укоризной. Готова была меня уничтожить взглядом.
— Мне не нужен скандал, Олеся Павловна, но что мы будем со всем этим делать? Что я скажу родителям? Стоили эти жалкие вещи вашей карьеры и репутации нашего детского сада?! — она никак не могла успокоиться и все трясла этой коробкой, а я медленно сползала по стенке от нервного напряжения.
Не надо было сегодня ехать в детский сад. Яна была права.
Заведующая никак не могла угомониться. Я больше не могла терпеть к себе такое отношение.
— Я же сказала, что не виновата! Прекратите этот поток клеветы. Я ничего плохого не сделала и никогда не притрагивалась к этим вещам. — Я поднялась на ноги и с прямой спиной высказала ей все, что накипело внутри меня. — Дайте угадаю, обо всех этих украденных вещах вам Милана рассказала, так? А в курсе ли вы, что она любовница моего мужа? Ей захотелось меня опозорить и лишить профессии, потому что я встала между ней и моим мужем.
На глаза выступили злые слезы.
Я не стала скрывать правду от заведующей. Мне не должно быть стыдно за поступок Вардана, это он ответственен за то, что наш брак разрушен и его женщина повинна в том, что я сейчас стояла и объяснялась, что не виновата.
Валерия Сергеевна смотрела на меня с раскрытым ртом.
Яна зашла к нам в группу, и мне удалось глубоко вздохнуть с облегчением. Подруга поравнялась со мной и начала громко говорить:
— С какой стати вы вызываете сотрудника с больничного для выяснения воровства детской игрушки? Наверняка, дети закинули ту самую игрушку под шкаф во время игр.
Я показала Яне на вещи из моего стола, которые Валерия Сергеевна обозначила как украденные. Объяснила подруге всю ситуацию.
— Да что вы себе позволяете? — раскричалась Яна. Она была в шоке от услышанного. — Вы хоть понимаете, кого обвиняете в воровстве? Да Олеся самый честный человек, она в жизни ничего чужого не брала! Поднимайте записи с камер! Будем вместе смотреть момент воровства!
Заведующая скривила лицо в недовольной гримасе и скрестила руки на груди.
— На видеозаписях с камер не видно момент кражи.
— Вот! Потому что Олеся не воровка, — вступилась за меня Яна.
— Это ничего не доказывает, Олеся Павловна могла и повернуться спиной к камере и совершить кражу.
— Тогда вызывайте полицию, и пусть те снимают отпечатки пальцев с украденных вещей. Дадим огласку этому случаю! — хлопнула в ладоши Яна и потянулась к своей сумке, чтобы достать мобильный и вызвать полицию.
— Мы не будем никому звонить! Олеся Павловна достаточно опозорила мой детский сад! Еще мне не хватало здесь полиции, чтобы испортить репутацию этого места! Вы хоть понимаете, что мне придется объяснять родителям присутствие полиции здесь и никому не понравится излишнее внимание в детскому саду, в который они отводят своих детей! — разволновалась Валерия Сергеевна.
Я стояла и с ужасом смотрела на испуганную женщину, которая боялась за свое дело. Заведующую переживала, что тема воровства выйдет за пределы этой группы и детский сад будут обходить стороной.
Яна стояла на своем и требовала разобраться во всем. Она, как и я, верила в мою невиновность. Но стоило ли все это раздувать?
— Вы не собираетесь звонить в полицию, чтобы во всем разобраться. Значит, ко мне нет никаких претензий. Я думаю, будет правильно, если вы сейчас наберете Зотовой и объясните ей, что разобрались в ситуации и выяснили мою непричастность. Тем временем я напишу заявление по собственному желанию, и вы дадите мне хорошие рекомендации, а иначе мне придется позвонить в полицию и пригласить их для выяснения всех деталей дела, — проговорила я четко и размеренно. Валерия Сергеевна с каждым моим словом мрачнела, но продолжила молчать. — Оставаться у работодателя, который адекватно не разобрался в ситуации и сразу же обвинил своего работника по каким-то домыслам другого человека, я не намерена.
Со своего рабочего стола я взяла лист белой бумаги и ручку. Заведующая с трудом сглотнула и начала набирать номер Миланы. Все-таки решила не создавать со мной скандал и доводить его до общественности.
Чернила ручки писали на бумаге заявление в свободной форме о собственном желании покинуть любимую работу, а все по вине любовницы моего мужа.
Эта Милана не будет счастлива с Варданом. И так просто ей не удастся от меня избавиться!
Я обязательно найду себе работу и смогу обеспечить себя и своего малыша в будущем. Образование есть и голова на плечах тоже!
Заведующая распиналась перед Миланой и доносила до нее, что ей во всем удалось разобраться. Валерия Сергеевна пыталась убедить Милану в том, что произошло недоразумение и я ни в чем не виновата. Вышло у нее или нет, мне было без разницы.
Я закончила с заявлением и дала его на подпись заведующей, а также лист бумаги для получения от нее рекомендаций. Когда дело было закончено, то мы с Яной направились к ее машине.
— Ты держалась очень хорошо, — поддержала меня подруга, и я улыбнулась ей.
— Ты не сразу подошла. Что-то случилось?
— Мне позвонил отец. Он хотел узнать об успехах у Онура.
Я зажмурилась и мысленно поругала себя за невнимательность.
— Я совсем не спросила об Онуре и его состоянии. Прости меня, — обняла я Яну. Она погладила меня по спине.
— Врачи сказали, что у него улучшилась мозговая деятельность, а значит, появился шанс, что он очнется.
У Яны задрожал голос, а на глазах выступили слезы счастья. И я была рада за подругу. Она долго ждала пробуждения Онура и заслужила быть счастливой с ним.
— Давай я отвезу тебя домой?
Я кивнула ей. Яна села в машину, а я замерла, ведь мне на телефон поступил звонок моего адвоката.
— Алло, Павел Сергеевич?
— Олеся Павловна, я звоню сказать вам, что отказываюсь вести ваш бракоразводный процесс в суде. Прошу не звонить мне.
Глава 20
Олеся Кафарова
— Подождите. Я вас
