Читаем без скачивания Сириус экспериментирует - Дорис Лессинг

Самым острым для нас вопросом была Колония 23, наш «мозговой центр». Она всецело зависела от поставок с Первого Южного Континента. Мы решили сохранить свои агротехнические станции на Роанде. Однако для этого требовалось немедленно увеличить численность отрядов по обеспечению безопасности, поскольку работники, раньше достаточно надежные, начали совершать мелкие кражи, а затем и другие проступки. Мы все еще продолжали заниматься сельским хозяйством. Затем, неожиданно для нас, наши территории начали страдать от набегов. Захватчики, которые появились со стороны Внутренних морей, уничтожали все на своем пути. Разорив северные агротехнические станции, они продвигались все дальше на юг. Кем же были эти разбойники? Представьте, это оказались те самые аборигены, которые стремительно развивались под эгидой Канопуса и еще недавно были просвещенными и сознательными гражданами. Дело дошло до того, что нам пришлось разместить войска по всей территории Первого Южного Континента. Была созвана экстренная конференция на Сириусе. Наши военные ресурсы были на пределе из-за массовых беспорядков в колониях. Нам не оставалось ничего, кроме как покинуть Роанду. Мало того, требовалось срочно навести порядок в Колонии 23: недолгая эпоха ее бурного расцвета завершилась, и Мыслителей переправили в другое место.

Я провела итоговое обследование ПЮК. Значительную часть этого благодатного континента — как и территории ВЮК — занимали наши сельскохозяйственные угодья. Вокруг каждой группы строений расстилались зеленые, желтые и коричневые поля, над которыми, поблескивая в ярком солнечном свете, парили военные и наблюдательные корабли. Реки переливались на солнце… Плантации были покрыты сочной растительностью всех оттенков зеленого… Ирригационные каналы тянулись на много миль… Прозрачные ангары для выращивания сельскохозяйственных культур с помощью гидропоники и проведения научных исследований стояли стройными рядами… Не могу сказать, что эта последняя поездка доставила мне удовольствие. Демонтаж станций был в самом разгаре, и большегрузные корабли Межколониальной транспортной службы, нагруженные разобранными конструкциями и остатками урожая, один за другим поднимались в воздух. Я пролетела над несколькими станциями, которые уже успели эвакуироваться. Наш принцип — наносить как можно меньше ущерба окружающей среде — принес свои плоды. О нашем пребывании говорили лишь наспех убранные поля, которые вскоре порастут молодым лесом, да несколько лесозащитных полос из деревьев, произрастающих на Роанде. Вскоре от нашего вторжения на эту планету не останется и следа.

Мне было не по себе. Амбиен Первый тоже чувствовал себя неважно. Мы объясняли это разочарованием из-за пересмотра наших планов. Однако вскоре вся наша команда начала жаловаться на общее недомогание и плохое настроение. Кроме того, стало очевидным, что происходящее отражается на нашем интеллекте. У нас не оставалось выбора, и я отдала приказ немедленно покинуть Роанду.

Вскоре после этого Канопус снова созвал конференцию в Колонии 10. Одним из пунктов повестки дня была Роанда. Тогда нам еще казалось, что эта проблема не серьезнее прочих.

Я считала и продолжаю считать, что нет ничего сложнее переоценки прошедших событий.

Теперь, оглядываясь назад, я испытываю совсем иные чувства, нежели тогда. Но должны ли мы забывать свои еще не вполне зрелые чувства и мысли? Разумеется, нет.

В то время среди множества вопросов, которые волновали Канопус и Сириус, особенно выделялся один. Гиганты из Колонии 10, которые вернулись на свою планету и ждали, когда им поручат новую работу, испытывали глубокие страдания. Теперь они были в два раза выше ростом своих соплеменников и значительно опережали их по уровню развития. Они уже не могли жить так, как жили прежде, а Колония 10 оказала им не слишком теплый прием, поскольку признать чужое превосходство всегда нелегко.

Среди канопианских колоний не было планет, где были бы рады гигантам. Во всяком случае на тот момент. Мы знали возможности гигантов и были убеждены, что им по силам почти мгновенно — в эволюционных масштабах — превратить обезьян в цивилизованную расу. Мы очень хотели, чтобы Канопус «одолжил» нам гигантов и те обучили наших колонистов «своим трюкам». Да-да, мы выражались именно так. Что толку стыдиться своих слов сейчас. Канопус отказал нам мягко, но непреклонно. Это невозможно, сказали канопианцы. Мы считали, что нам отказывают из жадности, из опасения, что Сириус превзойдет Канопус, — объяснений было множество, но все они оказались далеки от истины. Официальная просьба о таком «одолжении» стала главным пунктом повестки дня на Конференции и основной темой разговоров в кулуарах. Как всегда, мы держались враждебно и чувствовали себя обиженными.

В целом настроение участников Конференции было подавленным. Канопианцы были удручены событиями на Роанде и не скрывали, что до глубины души расстроены катастрофой на Планете 8, спасти которую не удалось. Как раз во время Конференции они отзывали оттуда свой персонал. Сириане тоже были не в духе из-за Роанды. Атмосфера на Конференции была гнетущей, без единого проблеска воодушевления или оптимизма, которые порождает успех. И все же на заседаниях ставились новые цели и строились планы на будущее.

Для меня эта Конференция памятна тем, что именно там я познакомилась с Клорати, который возглавлял делегацию Канопуса. Он вносил в ситуацию оживление, которого ей так недоставало. Он сразу понравился мне. Он был — и остается — энергичным, резким, язвительным; Клорати всегда готов расшевелить других и помочь стряхнуть апатию и безразличие, которые нередки даже на самых удачных конференциях. Нас потянуло друг к другу еще и потому, что мы оба находились на соответствующем жизненном этапе — стадия размножения у нас уже осталась позади. Он расположил к себе и Амбиена Первого, и все мы предвкушали множество интересных и полезных встреч втроем.

Именно на Клорати была возложена неприятная обязанность ответить отказом на нашу просьбу относительно гигантов, и я помню, как он с бесконечным терпением повторял: «Поймите, это невозможно…» — хотя мы не могли и не желали ничего понимать.

Чтобы проиллюстрировать разные точки зрения тогда и теперь, я перечислю основные пункты повестки дня, связанные с Роандой.

1. Отправная точка — Смычка Канопуса и Роанды провалилась.

2. Впереди вырождение и деградация, которые уже дают о себе знать.

3. Канопус намеревается и далее поддерживать связь с Роандой с помощью ограниченного контингента персонала.

4. Судя по всему, космические факторы, вызвавшие Катастрофу, будут действовать на протяжении сотен тысяч лет, по прошествии которых ничто не помешает Роанде вернуться в прежнее состояние и достичь нового расцвета.

5. Шаммат из Путтиоры — и это обстоятельство было для Канопуса чрезвычайно важным — понял природу связей между Канопусом и Роандой и сумел извлечь из этого выгоду, обеспечив собственное процветание.

Перечитывая эти строки сейчас и вспоминая, как я воспринимала их тогда, я поражаюсь собственной слепоте.

Повторяю, глаза нам застилала обида. Кроме того, сыграл свою роль страх: повсеместно велось много разговоров о «шпионах» Шаммат, про которых канопианцы, по их утверждениям, ничего не знали. Мы не верили этому, но опасались сами заниматься расследованиями, поскольку боялись, что нас уличат в шпионаже…

Из всего вышеизложенного ясно, что Конференция встревожила нас и не принесла удовлетворения. Когда ее участники разъехались, я поняла, что единственным светлым пятном была встреча с Клорати, но поскольку ему предстояло остаться в Колонии 10, чтобы помочь гигантам пережить нелегкий период ожидания, а мне нужно было возвращаться на Сириус, нам было не на что надеяться, во всяком случае в ближайшее время.

Сириус не отказался от мысли использовать Роанду для экспериментов, но было непонятно, как продолжить работу и при этом не навредить самим себе. С этой целью на Конференции был сформирован Объединенный комитет Канопуса и Сириуса. По моей просьбе меня вновь откомандировали на Роанду. При этом я получила инструкции от канопианцев — и мы, и они назвали их рекомендациями — о том, как выжить в новых неблагоприятных условиях. Нам сказали, что, если мы будем строить свои поселения, строго соблюдая установленные правила (размеры и пропорции указывались с точностью до сотых): будем носить строго определенную одежду и есть строго определенную еду (для этого нам вручили пространные перечни с соответствующими предписаниями), мы сможем работать на этой злополучной планете, по крайней мере, в течение некоторых ограниченных отрезков времени.

Надо сказать, что поначалу мы относились к этим предписаниям довольно легкомысленно, что привело к печальным последствиям. Тогда мы стали строго соблюдать все рекомендации, и результаты превзошли наши ожидания.