тебе. Я больше ни во что не верю, — сквозит равнодушием.
— Квартира есть, я не лгу!
— Андрей, у меня шок, — замечаю, что Элину колотит. — Ты что, приобрел жилье для любовницы?
От её проницательности мурашки по коже.
Как она это делает?
— Полагаешь, я идиот? Конечно, нет. Я бы не стал покупать телке, которую тра… — осознаю, что меня несет куда-то не туда, и замолкаю.
— Давай я договорю? Квартиру для женщины, с которой спишь на стороне, — звучит так, словно на жену обрушилось разочарование мира.
Элина делает несколько шагов и садится в кресло.
— Как долго это продолжается?
— У нас было трудное время. Прости. Я не удержался. Она ничего для меня не значит. Ты же понимаешь — сложная беременность, выматывающие ночи с Ваней, ужасная нагрузка на работе, да и ты слегка прибавила в весе, — пытаюсь оправдаться, но моя речь больше похожа на бессмысленные отговорки.
— То есть ты изменил, потому что у меня три лишних килограмма, так? И из-за того, что наш сын, которого так страстно желал и просил, оказался обычным живым ребенком с капризами и естественными потребностями, а не безмолвной куклой. У тебя совесть есть? — поднимает уставшие глаза, в которых замерзает ярость.
— Это было всего лишь раз, Элина, — чувствую, как потеют мои ладони.
Только бы не узнала, с кем я развлекался.
Это превратится в скандал столетия!
Пока неизвестно, что кувыркался с Раисой, есть шанс исправить ситуацию.
Куплю жене шубу, что-нибудь дорогое, постараюсь с ней договориться, но если дойдет до общественности и семьи правда…
Особенно до Ильи.
Тушите свет!
— Снова ложь! Ты и сегодня планировал свидание со своей любовницей, и встречался с ней не раз. Я хочу знать, на кого оформлена квартира. Мы женаты, и ты не имеешь право тратить общие деньги на чужих баб! Финансы не твои, а наши!
— Дочка алкоголиков решила качать права? — вспыхиваю, тут же понимая, что брякнул лишнее.
— Ещё одна попытка унизить? Только вот после долгих лет общения с Марьяной Викторовной — меня не трогают подобные слова. Да, мой отец пьет, и что? Алкоголизм — это болезнь! И не я виновата, что папа таков, чтобы тыкать меня фактом его неидеальности, как плешивого котенка мордой в дерьмо. Не моим решением было рождаться в семье, где существуют серьезные проблемы. Но, знаешь что? Я не жалею, что так получилось. Мои родители, несмотря на все трудности и ошибки, старались вырастить из меня порядочного человека, научить уважению к близким, преданности и верности. А ты кто? Помнится, твоя мама сама из отдалённого периферийного городка, откуда такая корона на голове? Чрезмерная брезгливость к простым людям? Не понтуйся, Андрюша, указывая на мои корни, начни со своих, которые окончательно прогнили.
— Как ты смеешь произносить такие гадости о моей матери? Она всегда к тебе нормально относилась!
— Действительно? Особенно когда свекровь стояла у кареты скорой помощи и кричала, что у меня родится «недоумок». По факту, таковой появился у нее, — зло выплевывает. — Я хочу видеть документы на квартиру, и желаю развестись. Мне некогда тратить время на перепалки и разбирательства. Мириться с изменой я не стану!
Внезапно кто-то звонит в дверь.
Элина смотрит на меня с вызовом и холодно чеканит:
— Кто пожаловал? Твоя любовница? Мать? А, может быть, еще сюрпризы от мужа? Мистер Крот, иди, открой. Ты ведь только и способен, что пресмыкаться перед своими норками, до семьи и ребенка так и не дорос, ни по уму, ни по сознанию. И как я не замечала, какой ты изворотливый лжец? — в голосе презрение.
Молча подхожу к двери и смотрю в глазок.
Вот только ее здесь не хватало…
Глава 19. Элина
Пытливые мысли не дают покоя, от чего еще сильнее ломит в висках.
Кто она для него?
Сколько времени Андрей с любовницей вместе?
Что в ней такого, чего я не смогла предложить?
Я бы хотела прекратить об этом думать, но не получается.
Оставаться равнодушной способна лишь при Андрее, потому что не собираюсь показывать свою боль и уязвимость, но внутри — агония.
Я не дурочка, и осознавала, что муж отдалился. Изначально думала, что это всего лишь период адаптации к нашему новому семейному положению после рождения сына, что ему нужно время, чтобы привыкнуть к тому, что теперь нас трое, и что мир больше не вращается вокруг него.
Правда оказалась намного жестче.
Простить Андрея не смогу.
Люблю ли я его? Сейчас уже и не уверенна. Внутри так много обиды, что сложно разобраться в своих чувствах.
У нас маленький ребенок, множество забот и новых обязанностей, а он...
Никогда бы не подумала, что супруг один из тех, кто во главу угла ставит удовольствие; способен променять семью на секс и даже не ощутить при этом капли сожаления.
Как же красиво он пел о любви!
Невольно морщусь, вспоминая, как муж прыгал вокруг меня во время беременности, старался исполнить любое желание и упорно повторял, что жаждет ребенка, продолжение рода.
Он лгал. Теперь я точно знаю, что обманывал. Невозможно так быстро изменить приоритеты, если настоящей мечтой было появление малыша.
Любовь всей моей жизни без зазрения совести гулял на стороне и занимался с посторонней женщиной сексом, пока я была увлечена сыном и уютом.
Осознание данного факта душит. Меня как будто ударили под дых.
Сколько времени и энергии я вкладывала в нашу семью, не подозревая, что рядом с моими попытками наладить отношения с мужем происходит измена?
Вопрос без ответа.
Сердце сжимается от боли, а мозг пытается игнорировать горькую правду. Андрей безжалостно вырвал кусок из моей души, оставив внутри только пустоту и разрушение.
Вместе с тем, я сильная.
Со своими эмоциями справлюсь. Прощать грязное предательство глупо, да и нет в этом смысла. После всего, что узнала — жить с Андреем не смогу.
Мне плохо. Очень. Но рассчитывать не на кого.
У меня есть только я и мой маленький Ванюша.
Супруг открывает дверь и впускает мать.
Марьяна — гиена, и точно чувствует, когда пришло время явиться и нанести очередной удар.
— Добрый вечер, сыночка, — проходит с подарочным пакетом голубого цвета.
— Уходите, — холодно произношу, замечая, как она снимает обувь.
— Элечка, перестань, столько воды утекло, обиды в прошлом. Пора бы уже и внука бабушке показать, так хочется взять маленькую прелесть на ручки, — отвечает, словно не было той грязи, которая сочилась из ее поганого рта.
— Я рада, что у вас все в порядке, но у меня ничего не изменилось.
