толком знать. Именно поэтому против тебя не стали бы использовать что-то серьёзное — не восприняли как реальную угрозу плану. Да и девчонка оказалась слишком самонадеянной, за что и поплатилась, — довольно улыбнулся наставник. — Но это ладно. Главное, что удалось проверить, насколько хорошо ты можешь играть роль, если тебя ввести в жёсткие рамки. А значит, можно экспериментировать с этим дальше.
— Как скажете, мастер, — спрыгнув с кровати, поклонился я ему, уперев кулак в ладонь и вытянув руки вперёд.
— Ты так быстро согласился на это, что даже неинтересно, — хмыкнул мужчина.
— А что изменится от того, что я попытаюсь с этим спорить? — спокойно подметил я. — Мне это, конечно, может не нравиться по тем или иным причинам, но я верю, что все мои мастера следуют какому-то плану, и всё это в итоге будет мне только на пользу.
— Стадия принятия? — рассмеялся мастер Райлин. — Не обижайся, Адриан, но когда ты такой серьёзный, то это выглядит довольно забавно.
— Просто со временем приходит понимание, что пока моего уровня умений явно недостаточно, чтобы противиться воле моих наставников, — пожал я плечами. — Да и если мне что-то не нравится, это же не значит, что подобное не несёт в итоге мне пользу. По крайней мере, мне хотелось бы верить, что вы за мой счёт не развлекаетесь, — внимательно посмотрел я на наставника.
То, что меня во время заданий преследует чьё-то внимание, я открыто говорить не стал, но хотелось всё-таки посмотреть на реакцию мастера — признается ли он в том, что они меня всё это время страхуют или нет?
— Развлекаемся мы, как ты это назвал, — улыбнулся мужчина, — иными способами. А всё остальное действительно направлено на твоё развитие, а то, что ты параллельно достигаешь сразу нескольких целей, что порой совпадают с нашими, скажем так, желаниями, то это несёт пользу обеим сторонам.
* * *
И вновь я стою перед каменной глыбой и бью по ней кулаками. Я уже давно перестал даже пробовать убрать кровь с её поверхности — всё равно бесполезно, ведь каждый раз я разбиваю свои кулаки, а значит, камень вновь окрасится в красное.
Пусть само по себе задание от мастера Дорна мне кажется странным, но я не могу не признать, что подобный способ позволил мне усилить сами удары и делать их так, чтобы при этом как можно меньше травмировать руку. Тут же многое зависит как от сжатия самого кулака, так и от поворота тела во время удара.
Да и пока можно было обходиться грубыми ударами, примеряясь к тому, что может быть сокрыто под слоем камня. А вот потом придётся учиться соизмерять свои удары и не разрушить уже начатый процесс, а то начинать с новой каменной глыбой очень не хотелось.
И возможно, я так начинаю лучше понимать мастера Дорна. С таким способом исправления силы ударов действительно возможно научиться бить полегче. Правда, в случае с наставником всё это не совсем работало на данный момент. Со статуями-то он умел каким-то образом дозировать свою силу, а вот со мной его явно переклинивало на другую линию поведения.
Впрочем, скорее всего, у него в целом была такая проблема с любым противником, но это уже точно не мои проблемы. Мне главное — выжить после таких тренировок с ним. Остальное как-нибудь уж приложится.
Окончательно вымотавшись, я отправился в дом, где обработал себе руки и ноги. Такие мелкие повреждения можно было обработать самостоятельно и не беспокоить и так вечно чем-то занятых помощниц моих наставников в лечебнице.
Вот тоже одна из загадок этого места — они постоянно присутствуют в лечебнице хотя бы в минимальном количестве (а так я их насчитал штук шесть за всё время). И при этом саму лечебницу за время моего нахождения в додзё никто не посещал.
Может, конечно, у них там есть какой-нибудь подземный проход или мастера принимают пациентов, только когда меня нет в додзё, но лечебница явно была рабочей. Причем настолько рабочей, что в любой момент была готова принять самых сложных пациентов, благо оборудование, которое я успел за это время увидеть, было самым современным, что значительно облегчало работу с пациентами.
Но я опять отвлёкся. В любом случае свои небольшие ссадины и отбитые костяшки я мог обработать и сам, благо в доме находилось всё необходимое для самостоятельного лечения. Да и мне весьма подробно объяснили нюансы не только лечения в «домашних условиях», но и общие принципы полевой хирургии. Понятное дело, что зашивать никого меня не заставляли (пока, по крайней мере), но понимать, что стоит делать с тем или иным повреждением, если оно серьёзнее обычного ушиба, надо.
Тем более, я по заданию мастера Беккера был вынужден работать в среде бандитов, где меня могли банально пырнуть ножом. Тут лучше знать, что с такой раной надо делать, чтобы не истечь кровью и добраться до додзё, где мне окажут всю необходимую помощь. Да и моя регенерация может справиться со многими вещами самостоятельно, благо медицинский гель для ран всегда был в одном из кармашков моего костюма, а это куда лучше медицинской иглы и ниток. Там организм как-нибудь и сам сдюжит, если я не буду работать на истощение.
День вышел сложный больше в плане психологического напряжения, так что я решил отправиться спать — так и восстановлюсь быстрее и отдохну.
* * *
Снова мне снится сон. Точнее, целая череда снов.
В этот раз я будто смотрел отрывки фильмов, правда, от первого лица, но ведь и такие тоже бывают, пусть и не особо популярны. Так вот я видел отрывки различных событий, происходящих с условным «мной». Сложно считать это как-то иначе, когда всё это происходит с «тобой».
Да, меняется обстановка, меняются люди вокруг, как, собственно, и твоё тело. Вот только когда тебя в таком отрывке ранят, ты на удивление чувствуешь эту боль, когда тебя нежно касаются рукой, то ты тоже это чувствуешь. Такое чувственно-эмоциональное погружение просто не может не оставить отклик в душе.
Я, по сути, проживал эти моменты вместе с теми, в чьих телах оказывался. Единственным нюансом во всём этом было то, что они были совершенно хаотичными и длились порой не больше десяти секунд.
За эти мгновения сложно уловить суть, когда ещё толком в самой обстановке разобраться не успеваешь, но постепенно мне удавалось всё быстрее оценивать окружение и впитывать в себя
