Он не ошибся. Там были мистер Лейси, владелец сталелитейного завода, крупный инвестор из Нью-Йорка мистер Даней и владелец одной из газет мистер Корнфилд. Байрони понимала, что для Айры было важно их внимание к ней. «Я хорошо выгляжу», — сказала она себе, расправляя плечи и посылая улыбку начинавшему лысеть Эзре Лейси.
— Джентльмены, — проговорила она, — пожалуйста, продолжайте разговор. А я буду слушать и набираться опыта.
Обеденный салон был ярко освещен. На столах, покрытых белоснежными льняными скатертями, сверкали серебряные приборы и тарелки из тончайшего китайского фарфора. Она попробовала устриц и нашла их превосходными. Услышав, как за ее спиной рассмеялся какой-то мужчина, Байрони чуть повернулась в кресле и посмотрела в сторону капитанского столика.
Она чуть не уронила фужер. На нее пристально смотрел, прищурив свои такие темные глаза, что они казались черными, не кто иной, как тот самый игрок.
Ее одновременно бросило в жар и в холод. Она непроизвольно чуть покачала головой, закрыв на секунду глаза. Это был он, Байрони не сомневалась. Она снова встретила его пристальный взгляд и улыбнулась. В знак приветствия он поднял ладонь.
Байрони обомлела: он был еще красивее, чем она представляла в мечтах, — в черном костюме, а из-под жемчужно-серого жилета выглядывала белоснежная рубашка. В свете канделябров ярко блестели черные, как ткань костюма, волосы и такие же усы.
— Вам плохо, миссис Батлер?
Она заставила себя успокоиться.
— Вовсе нет, мистер Лейси. Не скажете ли, сэр, кто вон тот джентльмен, за капитанским столиком?
— А! Это Брент Хаммонд. Новый бизнесмен в Сан-Франциско. На будущей неделе он открывает салун под названием «Дикая звезда».
— Вот как, — рассеянно обронила она. В одном и том же городе. Разумеется, она знала, что он живет в Сан-Франциско. Плохо. Почему он так пристально смотрит на нее этими бездонными глазами?
Она попыталась сосредоточиться на том, что происходило за ее столом. Услышала, как мистер Лейси в связи с Хаммондом говорил что-то о какой-то «герцогине» и о ее доме. Что за «герцогиня»? Жена? Любовница? И что это за дом, о котором они говорили?
Брент по-прежнему смотрел на Байрони. Он не мог оторвать от нее глаз. Да, это была она, но его поразил совсем другой ее облик. Она была роскошно и очень дорого одета — он узнал руку месье Давида. Ее гладкие плечи оттеняло легкое белое кружево отделки платья, намекавшее и на скрытые им округлые груди. Медового цвета волосы были высоко собраны на голове, и лишь один прелестный локон словно невзначай падал на плечо. У нее была тонкая, хрупкая шея, изысканно изящная, как и все остальное. Брент взглянул на четверых мужчин, сидевших с нею за одним столом, и узнал троих из них. Помедлив, он обернулся к капитану О'Мэлли.
— Кто эта леди, сэр, та, что сидит рядом с Эзрой Лейси?
Капитан О'Мэлли на секунду оторвался от своего собеседника Делани Сэкстона.
— Это новая миссис Батлер, сэр.
Брент, беззастенчиво флиртовавший с молодой женой Делани Сэкстона Чонси, почувствовал, как его охватил ледяной холод. Жена Айры! Боже, да он же ей едва ли не в отцы годится! Он посмотрел на аристократический профиль Айры Бейнса Батлера и почувствовал прилив острой ненависти к этому человеку.
Но почему, черт побери, это его удивляет и раздражает? Он же знал, какая она. Тот грязный старик в Сан-Диего рассказал ему о ней все. Вот она и вышла замуж за богача, как он и предполагал. Еще одна Лорел. Пальцы Брента впились в фужер. Презренная самка! Глубина собственного гнева поразила и обескуражила Брента. Какое его, черт возьми, дело? У него нет ничего общего с нею. Решительно ничего.
Байрони. Байрони Батлер.
Этот холоднокровный Айра Батлер, вероятно, занимается с ней любовью в темноте.
Бренту хотелось, чтобы как можно скорее кончился этот проклятый ужин и чтобы можно было уйти из обеденного салона. Зачем? Чтобы в одиночестве зализывать свои раны, подсмеялся над ним внутренний голос.
Байрони больше ничего не ела. Ее мутило. Она пыталась сосредоточить внимание на то и дело звучавших галантных замечаниях джентльменов по ее поводу. Она видела, как Брент встал из-за капитанского столика и вышел из салона. Она следила за ним сквозь полуопущенные ресницы. Он был крупнее, чем ей казалось, когда она о нем вспоминала, но безукоризненно стройным.
— Дорогая, вам не по себе?
— Ах, да, Айра. По-видимому, я немного утомлена. — Не прозвучала ли в ее словах едва заметная нотка вины?
— Так давайте я провожу вас в каюту.
Она пожелала покойной ночи джентльменам и подала руку Айре. Брента Хаммонда нигде не было видно. Она облегченно и вместе с тем несколько разочарованно вздохнула.
Айра вошел в каюту вместе с нею, чтобы повидать Ирен. Та все еще спала. Эйлин по-прежнему неподвижно сидела у ее кровати.
— До завтра, дорогая, — тихо проговорил Айра и нежно поцеловал в лоб. — Выспитесь как следует.
Байрони пыталась успокоиться, но это ей не удалось.
Она ходила взад и вперед по каюте, пока не поняла, что темные глаза Эйлин сверлили ее спину. Она внезапно схватила новую накидку сапфирового цвета и шепнула:
— Я ненадолго выйду на палубу, Эйлин.
Байрони не думала, что встретит Брента. Ведь он был не просто любителем покера, игра была его профессией.
Она пошла по широкой палубе, не обращая внимания на мужчин, приподнимавших шляпы, когда она проходила мимо. Она нашла себе укромное место, вдали от остальных пассажиров, и, облокотившись на ограждение палубы, уставилась на спокойные темные воды.
— Мы сейчас пройдем по Кэркинесскому проливу, — услышала она за спиной тихий низкий голос. — А пока плывем по заливу Сан-Паоло, — вы, наверное, не знаете здешних мест.
Она быстро повернулась, и ее глаза уперлись в его шею. Она медленно подняла лицо, пока ее взгляд не поравнялся с его глазами.
— Кэркинесский пролив, — машинально повторила она.
— Да, мы теперь плывем прямо на восток и скоро войдем в устье реки Сакраменто.
— Здесь так много рек и заливов.., так много воды…
— Да, это так.
— Я не ожидала встретиться с вами снова, мистер Хаммонд.
Он поднял вверх густую черную бровь.
— Может быть, вы припоминаете, что я живу в Сан-Франциско. Я удивлен еще больше, чем вы. Вы оказались так далеко от Сан-Диего… Вижу, вы быстро узнали мое имя.
— Да, действительно. Как я понимаю, вы открываете салун в Сан-Франциско?
— Да, открываю, — ответил он, и его глаза заблестели. — Вы превосходно выглядите, мэм.
Байрони насмешливо улыбнулась:
— Подозреваю, что несколько иначе, чем при нашей первой встрече.
Ты была прекрасна и с испачканным мукой носом.
