прадед, Калита, еще тогда их берег. А скажи, Елферьевы дома аль нет?
Купцы Елферьевы были с древних времен торгашами. Много сделали как для Ивана Калиты, так и для его потомков.
Дьяк пожал плечами:
– Я сейчас же узнаю и доложу те, Иван Васильевич.
– Узнай, узнай, – ответил князь.
И Иван Васильевич вскоре услышал из уст дьяка неутешительную весть: домой купцы еще не вернулись! Повернувшись к иконе, князь перекрестился.
– Господи, не оставь их без своей помощи! – произнес он.
Да, помощь Елферьевым была нужна. Купец и его сын Василий возвращались с далекого Севера. Поездка была удачной. Возы забиты добротной пушниной. Егор, еще крепкий, коренастый мужик, обходя готовые к отъезду возы, проверял каждый узел.
– Дорогой-то и задремать можно, а узелок вдруг распустится. Сколь убытку будет, – говаривал он, уча сына, – а все из-за небрежности, сынок. Куда мы заехали, сколь мук испытали, и все псу под хвост? Вот, Васюта. Ты учись не только кулаками махать.
– Да я что, – басил тот, идя вслед за отцом, – ну, потешусь. Мне это и пригодиться может. Сам, батяня, знаешь, всяко может случиться. А возы я буду проверять.
– Молодец! Стой-ка! – Он легко дернул один из узлов.
Тот сразу же распустился. Егор мгновенно взъерепенился. Он выхватил из рук возницы кнут и так огрел его по спине, что старая шубейка лопнула, точно по шву.
– Что я сказывал? – взревел купец.
– Я сейчас, я сейчас!!! Да я проверял. Каюсь, хозяин, немного недоглядел.
– А ты гляди, гляди! – И еще раз огрел его кнутом, но уже не так сильно.
Вначале пурга помогала, присыпая низины, но вдруг так запуржило, что день сравнялся с ночью. Егор забеспокоился.
– Если завтра не остановится пурга, – он перекрестился, – ох, тяжело нам будет…
Но пурга на следующий день не остановилась; остановился караван. Передняя лошадь, сбившись с дороги, угодила в топь. И чуть не ушла на дно вместе с санями. Возчик оказался шустрым, ловким. Он словно ожидал этого. Пока конь жалостливо издавал ржание, бился, погружаясь в тину, возчик успел обрубить постромки и спасти воз, за что получил от хозяина пять рублей. Но обоз встал. И его стало заносить. Возчики, стража, всего человек сорок, собрались у Егорова возка.
– Что делать-то будем, хозяин? – Этот вопрос тревожил всех.
Но и Егор не знал, что делать. Много раз он ходил на Север, но такого не случалось. Выручил Василий.
– Батяня! – с какой-то веселостью в голосе произнес он. – Я думаю, давай сани напротив друг друга ставить, оглобли подымать, на них холстину крепить…
– Верно! – вырвалось у возницы, ведшего обоз. – А малой-то… соображает. Давай, мужики!
И работа закипела.
– Овес и жратву поближе, – зычно командовал Егор.
Прошло несколько дней. Метель стала выдыхаться и наконец выдохлась совсем. Но грянули морозы. Затрещал лес. Как известно, любое начало имеет конец. Прекратились и морозы. Вскоре вышло солнце, заставив забыть все пережитое. Позабыли и о купцах Елферьевых. Тем более, как предвидел еще зимой Иван Васильевич, реки бушевали, и довольно сильно. Несмотря на все старания князя, люди, любовавшиеся разливом бурных рек, с высоких, безопасных берегов видели, как проплывали чьи-то халупы, трупы животных, нередко и человеческие.
Люди тогда печально вздыхали, крестясь, желая им рая на небе да пуха земного. Но вот всех всполошила неожиданная картина: на бревне, издавая резкие звуки о помощи, плыл… козел. Как он умудрился удерживаться, только можно было дивиться. Тут уж людская душа не выдержала. Несколько парней спустили лодку, сели за весла и, гребя изо всех сил, старались догнать козла на бревне. Народ не выдержал и побежал по берегу, на ходу давая советы, которые глохли, не долетая от бурлящего потока. Козел оказался умным животным. Увидев догоняющую его лодку, он стал кричать еще сильнее и чаще. Побоялся, вероятно, что люди могли раздумать. Но стоило им приблизиться, как козел в неожиданном скачке оказался в лодке. Какой вздох облегчения вырвался у людей, когда они увидели этот финал!
А Елферьевых все не было и не было. Их уже, как и всю команду, похоронили. Реки спали, люди пошли на свои поля. И тут многие увидели встречный необычный санный обоз. Вмиг все преобразилось. Люди, забыв, зачем они выехали, поворачивали коней, бежали к соседям с одной радостной вестью: «Вернулись! Вернулись!» Худые лошади еле тащили полные возы, хорошо увязанные, скрывающие от глаз поклажу. Весть долетела и до ушей Ивана Васильевича. Он вскочил на коня, да вроде опомнился, засомневался: «А позволительно ли великому князю мчаться навстречу пусть и знатному купчине?» и решил повременить. Он посетил купца на другой день. Неожиданно вошедшего великого князя встретил сам Егор. Его глаза поблескивали довольно странным блеском: или он еще не верил своему спасению и радовался со слезами на глазах, или так поразил его приход Ивана Васильевича. Они обнялись. Для этого князю пришлось нагнуться. После первых объятий Егор показал на сына:
– Ему, Иван Васильевич, мы обязаны своим спасением.
Князь шагнул к Василию. Купеческий сын пошел в мать, рослую купчиху из Соларева рода, тоже древнего, торгового. Князю наклоняться не пришлось. «Да, – мелькнуло в его голове, – здоров, вот бы его во дворяне!» После объятий предложил:
– Василь, иди ко мне. Дам я те землю. Дворянином будешь. Службу понесешь. Платить буду хорошо. Что те по свету мотаться?
Услышав эти слова, отец испуганно взглянул на сына: «Никак согласится?»
– Нет, великий князь, я пойду тем путем, каким идет мой батяня, шли дед и прадед. Менять ничего не хочу. Прости мня, великий князь.
– А мне тя прощать нечего. Ты правильно ответил. Мы все живем по старине, как жили наши отцы, деды и прадеды. И изменять им не будем! – И он вновь обнял и похлопал по спине Василия.
Когда князь собрался уходить, Егор встал на его пути.
– Иван Васильевич, не побрезгуй, отобедай с нами. Весь наш род будет помнить этот день.
– Ну что ж! – Князь посмотрел на Василия.
А тот говорит:
– Уважь, князь, батяню моего. Наш род завсегда был верен делам княжьим.
– Я знаю и помню. За стол так за стол.
Уходил князь от них, придерживаясь за отца и сына. Уже на пороге своего дворца он вдруг отстранился от них и со словами: «Я сам», пошатываясь, поднялся на первую ступеньку. Повернувшись к ним, сказал:
– Егорушка, сделаешь правильно, если поедешь в Кафу. Езжай… – И он махнул рукой.
Княгиня встретила его с испуганным видом:
– Ты где пропал? Я тя…
– Возьми-ка! – И он вытащил из кармана ожерелье необыкновенной красоты и огромной ценности.
Увидев, она даже ахнула:
– Это откуда же?
– Купец подарил!
Князь
