пытаюсь обмануть? Просто правители Великих Домов хорошо платят, чтобы их собственные города, могли сравниться со столицей в роскоши… А рядовые эльфы, являются не особо важной причиной… А так, да, всё красиво".
Голос рейнджера хоть и обрёл более светлый, эмоциональный окрас, Миаран всё-же успел заметить в нём более тёмный оттенок. Ирония была не уместна, но Отшельник предпочёл не комментировать.
— "Мне будет любопытно взглянуть на ваш город. И надеюсь, ему удастся меня удивить".
Слово за слово, яркие улицы начали быстро сменяться мрачными закоулками, в которых узнавались беднейшие кварталы Асфалота. Но, даже они в значительной отличались от таковых у людей.
Лично для спутника Алувирэла, белокаменные города перворожденных оставались в большем приоритете, чем людские. Хотя бы по той причине, что люди не особо пытались украсить свои дома так, как это делали эльфы.
Внезапно, из-за угла показалось две фигуры с закрытыми лицами, облачённые в серые, дублёные доспехи. И в руках у каждого, сверкали кинжалы.
Обернувшись назад, Миаран увидел схожую картину. Но, среди простых на первый взгляд головорезов, мудрец отчётливо ощущал тянущиеся к нему потоки энергии Воздуха… Среди нападавших, был чародей Круга.
— Lim o erfatel, dirvi! (Привет от лорда, мразь!) — холодно проронил один из эльфов.
Двое стоявших впереди колдуна, ринулись на прибывших гостей города, нещадно разрывая воздух.
Бандиты с противоположной стороны, тоже кинулись навстречу схватке. А чародей, образовав в руках прозрачную цепь из ветра, кинул её в своих сообщников, от чего те прибавили в своей скорости в несколько раз.
Блеснувший в полумраке клинок, высвободился из под плаща и, одним хлёстким, свистящим взмахом, ударил остроухих недомерков в область шеи. В воздухе разлетелось несколько капель крови. Бандиты в последний момент успели уйти в сторону настолько, насколько позволяло пространство переулка. Прежде, чем меч успел нанести фатальный удар.
Миаран раскрутил свой посох. Аккуратно выполненное из старой дубовой ветви оружие, зажглось золотым светом. В связи с чем, образовалось что-то наподобие светового барьера. Бежавшие к нему убийцы заметно сбавили ход.
Преобразовавшаяся сила высвободилась с последующим взмахом посоха, приняв форму небольшой волны.
Головорезы вскрикнули. И выронив оружие, закрыли опалённые глаза. Казалось, что из-под ладоней сочатся не слёзы, а расплавленные глазные яблоки.
— "А теперь, ты."
Уголки губ Отшельника скривились в надменной ухмылке, на что вражеский колдун рассвирепел ещё больше.
Чародей завертел руками и перед ним образовалась воздушная сфера, чья первородная мощь перешла под контроль эльфа.
Шар выстрелил с ужасающей сило, от которой повылетали все близ находящиеся окна. Из глубин которых в дальнейшем, раздался испуганный крик жильцов.
Сфера будто бы настигла Отшельника, но на самом деле её остановил тот самый барьер, что ещё мгновение назад казался лишь эффектной иллюзией.
Мудрец вытянул свободную ладонь вперёд. Она притянула магический снаряд и реформировала его в сотканный из воздуха пилум. Щёлкнув пальцем, Миаран отправил его обратно, но вражеский колдун моментально образовал вокруг себя прозрачный купол, который эльф поддерживал обеими руками.
Грянул взрыв. Пилум вонзился в защиту мага, но сила Отшельника заставляла большой дротик врезаться в купол всё больше и больше.
— "Alvi gir hor! (Убейте его уже!) — заорал чародей на родном языке.
Барьер начинал трещать по швам. Ведь напор оппонента не прекращался ни на секунду. Наскоро протерев глаза и с трудом совладав со страшной болью, эльфы похватали клинки и с силой воткнули их в твёрдую оболочку.
Повторно взмахнув посохом, мудрец отшвырнул негодяев назад. Отлетев, они чуть не врезались в щит союзника, который возможно, мог нанести им мощный ментальный, от которого перворожденные, уже бы не очнулись.
Нервы пульсировали и были готовы взорваться в голове. Руки горели, будто противник магическим образом поджог их изнутри, обрекая мага на мучительную смерть. Сердце вот, вот порвётся на части от огромного напряжения.
Пилум вклинившийся в воздушный щит, взорвался. И окровавленное, потерявшее сознание тело чародея отлетело в самый конец переулка.
Алувирэл ударил одного из напавших под колено и, рубанул наотмашь.
Подкосившийся, словно подрубленное дерево головорез, не почувствовал, как заряженный силой клинок разрубил дублёный наплечник и разрезал руку до самой кости.
С трудом выдерживая невыносимую боль, бандит ткнул рейнджера в бок и сумел нанести неглубокую рану. Воитель издал приглушённый рык, но не стал отступать. Вместо этого, лучник вытащил меч и проткнул череп врага насквозь.
Разбойник прохрипел что-то невнятное и, отпустив рукоять кинжала, упал на мостовую.
В эту же секунду, оставшийся на ногах убийца, успел сзади полоснуть шею Алувирэла. Эльф вскрикнул и сделал широкий взмах. Он успел слегка задеть бледное лицо врага, залив его левый глаз его же кровью.
Напавший схватился за израненное лицо и, более не успел увернуться о последней атаки, которая окончательно обезглавила его. — Наверху, Создатель узнает своих — произнёс Миаран. Когда раздался щелчок пальцами, тела двух ассасинов вспыхнули огнём. Огнём, который не был похож на обычный. Он горел с такой силой, будто на эльфов вылили три бочки горящего масла и ещё сверху добавили мощи Круга Огня. Трупы исчезали в считанные секунды, не оставляя после себя даже пепла. Сгорали броня и оружие. От беспрецедентной температуры трескались камни в мостовой. Но, что самое интересное, огонь не трогал жилые дома и растения, которые оплетали строения, будто паутина исполинского паука. Схожий ритуал Отшельник провёл с разбойниками, которые пали от руки союзника. Сам же рейнджер прислонился к стене и медленно сполз по камню на дорогу, держась за полученные раны. Разрубы не переставали кровоточить, а дыхание неумолимо замедлялось. Так, каждый вдох давался огромной ценой и очередным, хоть и небольшим количеством теряющейся крови, вырывающаяся из разреза. — Не переживай. Сейчас подлатаем. Мудрец приложил к шее эльфа раскрытую ладонь, в которой в мгновение ока сосредоточились остатки энергии Света. Ткани и жилы затянулись в считанные мгновения, а боль отступала, словно вода во время отлива. Взгляд Алувирэла прояснился. Он осторожно нащупал раненый участок шеи. Но, не почувствовал даже малейшего шрама, который должен был остаться после такого серьёзного разруба. — Сколько раз видел подобное, но никак не могу привыкнуть к подобным чудесам — проронил эльф, поднимаясь на ноги. — Чудеса? — удивлённо поднял брови Отшельник — Что-то в этом есть. Хе, хе. А, теперь, давай-ка опросим нашего "друга" о том, что это вообще было. Мудрец с расстановкой побрёл в сторону начала прогулка, где в собственной крови, валялось тело чародея. На главной улице, что находилась в двух шагах от места нахождения чужаков, в этот момент пустовала. Все граждане разбежались кто куда. А где-то неподалёку, отчётливо слышалось бряцание доспехов.
Рейнджер подорвался с места
