Читаем без скачивания Дорога - Кэтрин Джинкс

— Может быть, мы оказались не на той дороге? — спросила Линда.

— Я не могу понять как, — пробормотал Ноэл. Он всегда бормотал под нос, когда попадал в стрессовую ситуацию. — Здесь не так уж много дорог.

— Но мы не могли по ошибке свернуть на дорогу к Менинди? Или к Аделаиде?

Ноэл покачал головой.

— Если бы мы это сделали, — сказал он, — мы бы уже куда-нибудь приехали. Путь до Менинди занимает меньше трёх часов. А недалеко от Брокен-Хилла находится Кобурн, если ехать в сторону Аделаиды. Нельзя сказать, что Кобурн очень большой город, но мы не могли не заметить его.

— Тогда что происходит? — потребовала ответа Линда.

— Я не знаю.

— Мы ехали не особенно медленно, правда? По крайней мере, мне так не показалось.

— Ты права, — объявил Ноэл. — Я постоянно проверял спидометр.

— Может быть, он сломался?

— Сомневаюсь.

— Мам, — сказала Роуз. — Я хочу есть.

— Ты можешь съесть яблоко.

— Но я не хочу яблоко.

— Мне жаль, но это всё, что ты можешь получить.

— Но я хочу печенье…

— Роуз, помолчи немного, ладно? — с раздражением сказал Питер. Он понимал, что она начинает уставать от машины — что ей скучно и она не может усидеть на месте, — но он не испытывал сочувствия. Он и сам начинал уставать. — Ты настоящее наказание.

Роуз сморщилась, готовая заплакать.

— Нет! — воскликнула она. — Не говори так!

— Питер! — Голос Линды прозвучал резко и угрожающе. — Прекрати! Дети, ведите себя хорошо, вам ясно? Хорошо.

— Я и вела себя хорошо, — пробормотала Луиз, но никто не обратил на неё внимания. Пока Роуз всхлипывала, а родители разговаривали, Луиз продолжала рисовать в своей записной книжке девочек с длинными волосами. Питер наклонился вперёд.

— Это не та дорога, которую я помню, — с беспокойством сказал он. — Кусты должны становиться гуще. Вам так не кажется? Когда мы выехали из Вентворса, по дороге в Брокен-Хилл были заросли кустов.

— Я не заметила, — ответила его мать. — Я была слишком занята тем, что распределяла сладости и улаживала споры.

— А ты помнишь, пап? — Питер повернулся к Ноэлу, который некоторое время размышлял над этим предположением, прежде чем ответить.

— Да, — неохотно признался он. — Но этому должно быть логическое объяснение.

Теперь они все смотрели на дорогу, которая прямой линией устремлялась на юг. Она немного блестела на солнце. Казалось, машина съедала её. Тёмная поверхность дороги исчезала под колёсами, словно её всасывал огромные пылесос, приделанный к задней оси. Но местность по обеим сторонам этой бесконечной серой ленты оставалась неизменной. Взгляд падал на те же самые серо-зелёные островки растительности, жёлтые пески и солончаки. Справа в отдалении виднелся тот же самый ручей; те же самые столбы электропередач тянулись по левой стороне. Воздух колыхался от жары.

Красный джип «лендровер» приблизился к ним и пронёсся мимо, направляясь на север. Его вид по какой-то причине успокоил Питера. Неожиданно он подумал о том, что им очень давно не встречались машины.

— Может быть, нам следовало остановить их? — внезапно сказала Линда. — Спросить, сколько времени они едут.

— Папа, — Питер смотрел в проём между сиденьями родителей. Его взгляд переместился от спидометра к счётчику топлива. Рядом с подпрыгивающей красной стрелкой (которая указывала на отметку с буквой «Е») горела маленькая лампочка. На освещённом диске прибора появилось упрощённое изображение бензинового насоса. — У нас, у нас кончается бензин?

Ноэл вздохнул, и Линда задержала дыхание.

— Вообще-то, Питер, в ближайшее время я не собирался это комментировать, — сказал он.

— Ноэл! — Голос Линды прозвучал очень требовательно и отчётливо. — Бак почти пустой, если ты до сих пор этого не заметил!

— Всё не так плохо, как ты думаешь.

— Ноэл…

— Это всегда выглядит хуже, чем есть на самом деле. Ты это знаешь. Когда стрелка показывает на «Е», всегда в запасе кое-что остаётся.

— И это означает, что у нас есть сколько? Десять минут?

— Я не уверен…

Линда снова потянулась к сумке, стоявшей у ног. Она рылась в ней, пока не достала мобильный телефон.

— Вряд ли он будет работать, — сказал Ноэл.

— Попытка не пытка.

— Он не будет работать здесь.

— Ты можешь предложить что-то лучшее? — огрызнулась Линда. Питер съёжился на своём сиденье, молясь о том, чтобы они не начали ссориться. В маленькой тесной машине всем от этого будет только хуже. Роуз сказала:

— Мамочка.

Питер похлопал её по плечу и предостерегающе нахмурился. Даже Луиз начала прислушиваться к драматическому разговору. Она закрыла записную книжку и начала грызть кончик ароматизированного карандаша, посматривая на мать.

— Ничего, — с беспокойством сказала Линда. Она нажала несколько кнопок мобильного телефона, прижала его к уху, потрясла его и затем повторила весть процесс от начала до конца. — Ни звука.

Ноэл оставил её слова без комментариев, но фраза «Я же говорил», казалось, повисла в воздухе.

— Что будет, если у нас кончится бензин? — Линда хотела это знать. — Наша страховка покроет расходы на буксир? Я не замечала, чтобы дорожная служба техпомощи автомобилистам в Брокен-Хилле высылала сюда механика с канистрой бензина.

— Нам не понадобится ни буксир, ни механик, — с уверенностью ответил Ноэл. — Скоро должна появиться ферма. Мы просто постучим в дверь и спросим, нет ли у них лишнего бензина, который мы могли бы купить. В этих местах они обычно держат много бензина. Должно быть, у многих людей кончается топливо на этой дороге.

— Ты заправился перед отъездом? — требовательно спросила Линда.

— Ты же знаешь, что да.

— Тогда что происходит, чёрт возьми?

— Точно не знаю.

— Дети! — Линда повысила голос. Она повернулась, чтобы посмотреть каждому из них в глаза. — Кто-нибудь видел почтовый ящик или что-нибудь похожее? Может быть, название фермы или фамилию, написанную на дорожном указателе? Я знаю, что я не видела.

Питер начал размышлять. Он не высматривал почтовых ящиков. Он искал указатели расстояния, и ему показалось, что на данном отрезке шоссе не стояло ни одного знака, который не был бы погнут или изменён до неузнаваемости ветром и песком. Он смутно припоминал пыльную просёлочную дорогу, отходившую в направлении ручья, — может быть, даже две дороги — но он не помнил ни одного почтового ящика или таблички с фамилией.

Он наверняка вспомнил бы, если бы он видел что-то подобное. Здешние почтовые ящики были очень интересными сооружениями, которые зачастую состояли из старого цилиндра, микроволновой печи и других странных предметов. Надписи на этом шоссе были настолько редки, что любые написанные слова задержались бы в его голове, оставляя после себя отзвук, как от привязавшейся мелодии.

— Я ничего не видел, — в конце концов, признался он.

— Я видела, — сказала Луиз, и все — кроме Ноэла. — посмотрели на неё.

— Правда? — Голос Линды звучал скептически. — Где?

— Позади. Это был почтовый ящик, выкрашенный белой краской. Рядом с дорогой.

— Ты уверена?

— Ага.

— Мы далеко от него отъехали? — спросил Питер, опередив свою мать. Луиз подняла лицо к потолку. Её кожа имела оливковый оттенок, как у Линды.

— Я не помню, — сказала она. — Довольно далеко.

— Останови машину.

Линда произнесла это очень спокойно, но, тем не менее, её слова застигли Ноэла врасплох. На мгновение машина слегка замедлила ход, но затем Ноэл снова нажал на педаль газа.

— Что случилось? — спросил он.

— Останови машину. Пожалуйста.

— Почему? Разве что-то не так?

— Просто останови её. Пожалуйста.

Ноэл устало вздохнул. Он включил сигнал поворота (хотя позади него на дороге никого не было) и подъехал к обочине. Затем он выключил двигатель.

— Хорошо, — сказал он. — Что теперь?

— Мам, можно мне сходить в туалет?

— Подожди минутку, Роузи. — Ноэл смотрел на свою жену, которая опиралась локтями на панель, обхватив голову руками. — Тебе плохо?

— Нет.

— Тогда…

— Луиз, — прервала его Линда, — пожалуйста, выйди из машины и помоги Роуз сходить в туалет, хорошо? Сначала надень ботинки. И возьми бумажный платок.

— Но мама…

— Быстро. Ты тоже, Питер. Можешь выйти и немного размять ноги. Ты слишком долго сидишь.

Питер не спорил. Это было бы неразумно; его мать была в сильном раздражении. Он знал, что она просит детей выйти из машины только для того, чтобы поговорить с Ноэлом наедине. Но, несмотря на то, что Питер испытывал сильное любопытство, он не собирался настаивать на своём участии в разговоре.

— Пойдём, — сказал он Роуз. — Мы найдём тебе большой куст.