Я вспоминала его прикосновения, горячие губы на моей коже и внутри меня снова разгоралось пламя неконтролируемого желания. Тело, истосковавшееся по искренней страсти и нежности, просило повтора, умоляло о разрядке. Не в силах сопротивляться я двинулась в сторону двери и замерла в нерешительности, прикоснувшись к ручке. Мое присутствие выдавало только рваное, шумное дыхание, которое бесконтрольно рвалось из груди. Сердце бешено отстукивало сумасшедшие ритмы, стиснув зубы, скользнула ладонью по деревянной поверхности и, развернувшись, пошла в сторону кровати.
Нельзя так рисковать. Возьми себя в руки, Карина!
Тяжело вздохнув, закуталась в одеяло и уснула.
Я проснулась от того, что ощутила на себе чей-то напористый взгляд, лежала, боялась пошевелиться, понимая, что единственным человеком, свободно входящим в мою комнату был Арман, а видеть его после вчерашнего я не хотела.
- Проснулась? – тихо спросил мужчина, без тени злобы в голосе.
Черт, выдала себя. Теперь глупо притворяться спящей. Резко села на кровати и посмотрела на сидящего напротив Армандо.
- Как видишь.
Его взгляд скользнул по моей шее, на секунду задержавшись на ране, а в глазах промелькнуло нечто знакомое, что-то от прошлого Армана, того, которого я повстречала на родине. Сожаление? Не знаю, да и разбираться не хочу.
- Как ты себя чувствуешь? Я пригласил врача, она приедет через час и осмотрит твою рану.
- Хорошо.
- Держи. Сегодня он твой – сказал Арман, протягивая мой телефон.
Уставилась на него в непонимании. Что вообще происходит? Опять что-то задумал?
- Не ищи в этом подвох, Карина. Возьми и напиши подруге, но без глупостей.
- О. Мой. Бог – прошептала я, не в силах контролировать эмоции бросилась к дону и обняла.
Осознание того, что я сделала, пришло через считанные секунды, быстро отстранившись, бросила короткое «Спасибо» не поднимая глаз, и дождалась, когда Арман покинет комнату.
Минуты шли, а я все еще смотрела в черный экран смартфона, боясь дотронуться до него.
- Доброе утро, Карина – послышался бархатный голос Луки из-за двери.
- Доброе утро – улыбнувшись, ответила я.
- Ты даже не притронулась к телефону, верно?
- Это правда…
- Боишься?
- Очень. Ты ведь не можешь быть в этот момент рядом со мной?
- К сожалению, я не могу войти, Карина. Но я могу попробовать стать чуточку ближе сев у двери. Присоединишься?
- Конечно, это лучше, чем ничего.
Я встала, зажав в руках смартфон, и подойдя, села, опираясь спиной на двери.
- Легче?
- Легче.
- Я хочу предупредить, Карина. Твои социальные сети изменились, возможно, тебе понадобится время, чтобы осознать это и привыкнуть. Прошу, не торопись швырять телефон о стену. Он – твоя последняя связующая нить с той, прошлой, счастливой жизнью. Не рви ее, ни смотря ни на что.
Трясущимися руками разблокировала экран и зашла в соцсеть. Ни одного сообщения, тишина. Словно я и не пропадала вовсе, никто не искал меня, не писал, не звонил…
Через несколько секунд я поняла, почему. Вся моя лента пестрила фотографиями. Роскошные приемы, деловые встречи, прогулки в парке, ужины и завтраки в кафе и ресторанах, поездки на лошадях… Кто-то создал мне фиктивную, яркую жизнь, жизнь, в которой я была счастлива. На каждом снимке улыбающийся Арман и я, всегда стоящая вполоборота или спиной к камере.
Он продумал все, создал идеальную иллюзию, и никому нет дела до того, что это фикция. Вместо меня на фото – профессиональная модель, вместо счастливых улыбок в реальности – горькие слезы.
В носу защипало, я уронила голову на колени, и только тихий голос, пробивающий каменную стену моей клетки своей нежностью и любовью, дарил осознания того, что его обладатель единственный реальный персонаж во всем этом театре абсурда.
Собравшись с силами, зашла в диалог с Мариной. За это время мы успели обсудить многое: наряды, шикарный особняк и невероятные пейзажи Неаполя. Но это была не я!! Не я!! Моя тень, клон, глупая пустышка!
Глотая слезы, задыхалась в рыданиях, от сознания того, как просто заменить в этом мире человека. Любого, совершенно не напрягаясь. Ругала себя последними словами за то, что так рьяно благодарила своего мучителя за возможность связаться с подругой, за такое не благодарят. За такое плюют в лицо и отвешивают пощечины.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Но пока все это получаю я, а он упивается своим превосходством и с завидной регулярностью вгоняет в мою грудь раскаленные колья…
Глава 16
Армандо
Идеальная сделка, выгодный союз. Я долго пытался усмирить северный клан и, наконец, мы пришли к соглашению. Отмечались такие важные события традиционно с размахом. Закрытый клуб, реки элитного алкоголя и десятки шлюх, готовых только по одному кивку раздвинуть ноги и набросить на смазливую мордашку маску вселенского счастья и приторной, искусственной нежности.
Тупые куклы, без цели и амбиций, они будут считать тебя хозяином ровно до того момента, пока не закончится оплаченное время, а после – ты для них никто.
Многие плюют в их сторону ядовитыми словами, называя рабынями, но я не встречал более свободных людей, чем они. Шлюхам не нужна любовь, они презирают ее, как и я. Зачем им рыдать от боли над разбитым сердцем, если можно получить иную боль, сковав свое тело цепями или связав веревками, получить боль, от которой они испытывают наслаждение, а не страдания.
Но сейчас я не хотел свободную, я хотел ту, что заперта в каменных стенах моего особняка. Одна мысль о том, что я снова пройдусь губами по нежной, полупрозрачной коже Карины заставляла мое тело гореть от нарастающего возбуждения.
Не сломлена. Разбита, но не до конца. Она, словно исполосованный трещинами графин, уже не цела, но еще и не уничтожена.
Я не знаю, чего хотел больше, ее беспрекословного подчинения или строптивости, которую буду высекать из ее сознания своей жестокостью, ломая и подчиняя, как марионетку.
Одно я знаю точно, она – моя, пленница, кукла женщина – не важно, и сегодня я ее возьму, и хотелось бы – силой. Опьяненный алкоголем мозг вырисовывал в сознании будоражащие картины: намотанные на кулак женские волосы, извивающееся тело, капли пота на спине и глубокие стоны, хриплые мольбы о пощаде и разрядка, моя, не ее.
Поднимаясь по лестнице дома, встретился глазами с Лукой, что-то в его взгляде изменилось, но он упорно пытался скрыть это, навесив маску хладнокровия и покорности.
Наплевав на уговоры друга отправиться в постель и хорошенько выспаться, пошел в комнату к своей пленнице.
Карина спала, мирно посапывая. Нагнулся и провел пальцами по оголенному плечу, черный ряд густых ресниц дрогнул, из ее груди вырвался вздох, она потянулась навстречу прикосновениям, безмолвно умоляя о продолжении.
Мои поцелуи стали настойчивее, я знал, что именно она выдаст мне настоящие эмоции и чувства, без притворства, искренние. Фальшь мне не нужна, я повидал ее слишком много, теперь хочу того, от чего кровь в венах превратится в потоки возбуждения.
- Я хочу большего, Лука.
Услышав слова Карины, я почувствовал, что закипаю. Эта дрянь обязана шептать мое имя, всегда, только мое!
Когда боится, когда возбуждена, когда зла, когда ненавидит. Я знал, что Лука бы не посмел ее тронуть, я верил ему, верил безоговорочно, но ярость преобладала над здравым смыслом, я бил его, потому что не мог ударить женщину.
Но я знал, что мои действия возымеют над Кариной тот же эффект, если не раз в десять хуже.
Смотри, сука, это снова твоя вина!
Когда Карина бросилась в ванную и заперла дверь, я понял, что переборщил. Перед глазами поплыли до боли знакомые картины из прошлого.
Белый кафель на стенах, теплая вода, ручьями текущая из переполненной ванны и алые ленты, струящиеся из бледных маминых рук. Тишина, беспощадная, звенит в голове, перемешиваясь с беспокойными мыслями.
