Владимир Григорьевич Вавилонский, что впоследствии получил прозвище Железный Дед.
– Я знаю, я хорошо выучил уроки истории, – буркнул Иванов. – Но старый граф умер, а его непутёвый сын разогнал эту гвардию. И что получается? Бывшие гвардейцы приехали к этому сопляку, который не то что не является графом, сейчас даже его наследование под сомнением! Я уж точно знаю.
– Ну… – пожал плечами СБ-шник. – Первым, как вы знаете, приехал Кирилл Александрович Полянин по прозвищу…
– Да, да, я, блин, знаю – Скала. Это тоже произвело нехилое бурление в нашем маленьком княжестве. Но ведь иметь гвардию – это привилегия, которую может позволить себе не каждый Род. Не так ли? – нахмурился Иванов.
– Всё так, – кивнул СБ-шник, – но, как вы понимаете, Род Вавилонских такую привилегию заслужил. И заслужил это довольно давно.
– Но у них не было гвардии с тех пор… – Иванов сбился. – Ну да, с тех пор, как дед умер. У этого жалкого Аристарха даже денег на гвардейцев не было! Только наёмные бандосы на сдельную оплату в качестве телохранителей.
– Тем не менее, – ещё раз развёл руками СБ-шник, – гвардию никто не отменял. И для этого нужен указ Императора.
– Так, стоп, – сказал Иванов, – для того, чтобы стать гвардейцами Рода, нужно принести клятву главе Рода. Ведь так?
– Верно, – сказал СБ-шник, – тут только один момент. Все прибывшие не прерывали отношения с Родом.
– А как же новый глава, которому они должны дать клятву? – начал Иванов, но потом тут же спохватился.
Сейчас он разнервничался, а так-то он на самом деле достаточно хорошо знал все эти аристократические заморочки и сам мог ответить на этот вопрос: нет, не надо. Гвардия клялась защищать Род в целом, а не главу в частности. Так что ответ на его вопрос был: нет, не нужно каждому конкретно главе Рода давать клятву.
– Чёрт, это усложняет дело, – Иванов нахмурился.
Дело в том, что, согласно тому же самому дворянскому уставу, личной гвардии Рода прощалось и разрешалось многое такое, чего обычным наёмникам было запрещено. Все эти законы придумывались как раз для того, чтобы подчеркнуть: обладание гвардией для Рода – не только почётная ответственность, а даже разрешение на основание гвардии Императором – это тоже не пустой звук. К Родовым гвардейцам даже законы применялись не так, как к обычным гражданам или тем более наёмникам. В случае какого-то косяка нельзя было бросить его в карцер и задним числом придумать какое-то обвинение. Нет, фактически гвардейцы Рода, будучи по факту простолюдинами, уже получали право, став этими самыми гвардейцами, на суд аристократов. А там было всё совсем по-другому. Да, там тоже можно было найти продажного судью и подкупить его, но суммы кратно увеличивались.
– Ваша светлость, – осторожно сказал СБ-шник, – но я собственно не из-за того пришёл вам доложить, что у Вавилонского появилась какая-то гвардия. Я хотел показать вам этими делами, КАКАЯ ИМЕННО у него появилась гвардия.
– И какая именно она появилась? – нахмурился Иванов, брезгливо глядя на папочку. – Двенадцать человек. Да что они могут сделать вообще?
– Ваша светлость, я дико извиняюсь… Вам бы ознакомиться с перечнем их заслуг и характеристиками. Я потратил много сил и денег, чтобы получить копии их личных дел.
– И что я там увижу? Супермены недоделанные?
СБ-шник внезапно закашлялся.
– Как вам сказать… Вы лучше сами почитайте. У меня есть ещё одна просьба. Я три года в отпуске не был. Отпустите меня, пожалуйста, на месяц.
– В отпуск? – нахмурился Иванов. – Как раз пришло время приводить в исполнение план по уничтожению Вавилонских.
– Вот именно, Ваша светлость, вот именно, – тихо пробормотал под нос глава службы безопасности, опытный боец, ветеран многих войн, который знал, что именно скрывается за сухими строчками досье этих бойцов.
– Ты что-то сказал? – повысил голос Иванов.
– Да ничего, Ваша светлость. Так как насчёт отпуска?
– Никакого отпуска. Ты лично ответственный за эту операцию.
СБ-шник про себя глубоко вздохнул.
– Понял, ваша светлость.
Он вышел за дверь, а в его голове сразу же прибежал ворох мыслей. Кадры последнего неудачного нападения на Вавилонских ещё были свежи в его памяти. Он видел чёткие действия бойцов гвардии и самого Вавилонского. План нападения он по большому счёту разрабатывал сам.
Только прямо в этот план сейчас вмешалась огромная неизвестная переменная. Ну как неизвестная? Досье-то он прочитал. В общем, похоже, главе службы нужно уходить на покой. Кому расскажешь – поднимут на смех. Жалкий юный аристократишка заставляет задумываться о том, чтобы покинуть насиженное место с почётом, уважением и огромным жалованием. Но, несмотря на свой уже не юный возраст, глава СБ имел ещё планы на дальнейшую жизнь, которые вполне мог прервать этот юный сопляк и его новые гвардейцы.
* * *
К сожалению, те, кого удалось взять в плен, не пролили много света на нападение. Нет, само нападение было организовано достаточно грамотно, и цель его была – нанести как можно больше ущерба и скрыться. А вот кто заказал его – это было непонятно.
Исполнителями же были швейцарские наёмники, которые прилетели в Лихтенштейн именно для того, чтобы осуществить этот акт нападения. Но обратно поедут далеко не все. Пленных я решил не убивать, а передать в руки правосудия – с претензией на то, что на меня, любимого, осуществлено вероломное нападение. Будут ли они разбираться – я понятия не имею. Всё зависит от личности конечного заказчика.
Но я придумал новый план: сдавать частично нападавших «для галочки», как подсказал мне Семён Семёнович. Да, и даже если они все будут «заминать» с помощью подкупов и откатов, то в случае какого-то действительно серьезного замеса у меня будет история нападений, которая возможно сможет перетянуть систему правосудия на свою сторону. Я привык действовать по-другому: жестко и окончательно. Но у меня сейчас новый мир и новая жизнь. Возможно, нужно будет и подстраиваться. Тем более, те, кого мы отловили, – они даже выстрелить не успели. Так что по факту мстить мне им было не за что.
Мы приехали в лавку. Я с удовольствием увидел многочисленных рабочих, которые прямо сейчас рыли канавы вокруг магазинов моих соседей, пытаясь вернуть свет, воду и восстановить канализацию.
– Ваше благородие, – подошёл управляющий магазином “Великий Подвиг”, Павел Турсов. – Разрешите вас побеспокоить?
Я широко улыбнулся. Надо же, я думал, что он конченый человек, но нет, походу, все-таки обучаемый. И вежливый сейчас какой.
– Да, слушаю, как там тебя?
– Павел, – смущенно сказал управляющий. – Петрович, – добавил он после некоторого раздумья.
– Хорошо, Павел, без Петровича, – улыбнулся я. – Говори, только быстро, у меня дела.
– Ваше благородие, я хотел спросить, все ли у вас в порядке с водой, с электричеством, с канализацией?
– Да, – улыбнулся я, – не жалуюсь. А у вас какие-то проблемы?
В глазах управляющего блеснула неприязнь. Ну вот,
