— Мы идем навестить своих родственников, племянников, племянниц, двоюродных и троюродных братьев и сестер, а также других потомков наших прадедов, которые живут на востоке от этих гостеприимных гор, — ответил сдержанно Торин, не зная, что еще придумать. Он догадался — если орки узнают правду, то будет еще хуже.
— Он лжет, о Великий! — сказал один из тех, кто их привел. — Нескольких наших убила молния в пещере, и они там мертвые валяются. И вот это он не объясняет, — орк протянул ему меч Торина — меч из логова троллей.
Главарь орков взглянул на меч, испустил яростный вой, а его охранники затопали, заскрипели зубами и застучали щитами, потому что тоже узнали этот меч. В свое время от него погибли сотни орков, когда белокурые эльфы из Гондолина бились с ними на холмах и у городских стен. Эльфы назвали его Оркрист, а орки со страхом и ненавистью окрестили «Кусачий».
— Убийцы! Друзья эльфов! — орал Главарь орков. — Бейте их! Хлещите! Кусайте! Бросьте их в змеиные норы, пусть они никогда не увидят света! — он пришел в такую ярость, что сам спрыгнул со своего камня-трона и кинулся на Торина, оскалив зубы.
В это самое мгновение все факелы в пещере погасли, а большой костер — ф-фф-фу! — превратился в голубую дымовую башню, вырос до потолка и обрызгал орков снопами белых раскаленных искр. Невозможно описать, какой при этом поднялся вой, стон, визг, рычание, шипение, крик… Наверное, если поджаривать живьем сотню диких кошек и волков, громче не будет. Искры жгли орков, а дым слепил их.Они натыкались на стены и падали, от боли и злости кусались, лягались и дрались друг с другом, будто посходили с ума.
Вдруг чей-то меч будто сам по себе выскочил из ножен, и Бильбо увидел, как он засветился, как пронзил Главаря орков, как затем от него кинулись врассыпную орки-охранники. Главарь остался лежать, где стоял, в самой середине зала, меч вернулся в ножны, а Бильбо услышал сильный и спокойный голос:
— За мной. Быстро, — после чего цепь натянулась и маленький хоббит побежал, мелко перебирая ножками по темным переходам, куда тащила его цепь, стараясь не упасть. Впереди бледной звездочкой двигался голубоватый огонек.
— Быстрее! — опять раздался тот же голос. — Пока они не зажгли факелы.
— Минутку! — сказал Дори, очень славный гном, бежавший перед Бильбо. Он присел, помог Бильбо взобраться к нему на спину, насколько позволяла цепь, и все побежали дальше, спотыкаясь, потому что руки у них были связаны.
Остановились они, наверное, в самом сердце горы. Гэндальф (а это, конечно, был Гэндальф) зажег свой Жезл поярче, но никто не спросил, как он очутился в пещере, ибо всем было не до вопросов. Маг снова вынул меч, и меч опять блеснул в темноте ярким светом. Он загорался от гнева, если рядом был враг. Сейчас он светился голубым пламенем от радости, что сумел убить страшного хозяина пещер.
Обрубить гоблинские цепи и освободить всех пленников никакого труда не составило. Как вы помните, меч назывался Гламдринг, «Молот, сокрушающий Врагa». Гоблины называли его просто «Лупило» и ненавидели еще сильнее «Кусачего». Меч Оркрист тоже был здесь — Гэндальф успел выхватить его из рук перепуганного орка и взял с собой. Гэндальф вообще о многом подумал. Конечно, он не был всесилен, но отлично выручил попавших в трудное положение друзей.
— Все здесь? — спросил Гэндальф, с поклоном протягивая Торину меч. — Раз — это Торин, два, три, четыре, пять, шесть, семь, восемь, девять, десять, одиннадцать… Где Фили и Кили? Ага, вот они!.. Двенадцать, тринадцать… Вот и господин Торбинс — четырнадцать! Ну-ну, могло быть хуже, но могло быть и лучше, конечно. Пони нет, еды нет, мы не знаем, где мы, а в горе полно злющих орков. Пошли дальше!
И они пошли дальше.
Гэндальф был прав — орки хрипели и кричали где-то совсем рядом, их жуткие возгласы заставили гномов впять бежать, что они при необходимости умеют делать очень быстро, а так как бедняга Бильбо за ними не успевал, его по очереди тащили на спине.
Но орки вообще бегают быстрее гномов, а эти еще и лучше знали дорогу (сами ведь выкапывали ходы) и были до крайности обозлены, так что расстояние между беглецами и преследователями все время сокращалось.
Гномы уже слышали топот вражьих ног за ближайшим поворотом и видели красноватые вспышки факелов, а сами так устали, что, казалось, вот-вот упадут.
— И зачем только я ушел из моей родной хоббичьей норки! — ныл Бильбо, трясясь на спине Бомбура.
— И зачем только мы взяли этого жалкого невысоклика в поход за сокровищами! — бормотал несчастный Бомбур, обливаясь потом и чувствуя, что у него самого сердце в пятках от страха.
Гэндальф резко обернулся. Тории тоже остановился.
— Кругом! — закричал Гэндальф. — Тории, доставай меч!
Больше ничего не оставалось делать, ибо орки наконец их настигли. Они высыпали из-за угла и остановились, увидев два сверкающих меча.
— Кусачий! Лупило! — заорали передние, побросали факелы, но уйти от удара не успели. Задние заорали еще громче и отступили, сбивая друг друга с ног. Проход очистился.
Орки не скоро осмелились снова напасть на гномов и дали им уйти далеко в темные туннели. А потом послали вперед самых ловких бегунов, которые помчались босиком, без факелов, бесшумно, как летучие мыши. Ни Бильбо, ни гномы, ни даже Гэндальф их сразу не заметили.
Внезапное нападение удалось оркам еще и потому, что Гэндальф светил своим товарищам Жезлом, и гномов было хорошо видно. Напали орки снова из-за угла.
Дори, который в тот момент нес на спине Бильбо, почувствовал, как кто-то схватил его из темноты, — он вскрикнул и упал. Бильбо скатился с него, ударился головой о камень и потерял сознание.
Глава пятая
ЗАГАДКИ ВО МРАКЕ
Когда Бильбо открыл глаза, ему показалось, что он не смог этого сделать, — так темно было вокруг. И он был один! Представьте, как он испугался! Он ничего не слышал, ничего не видел и ни до чего не мог дотянуться, кроме каменного пола пещеры.
Очень медленно Бильбо поднялся на четвереньки и дополз до стены. Она была совсем гладкой и по ней определить ничего не удалось. Не было слышно ни орков, ни гномов. Голова у хоббита кружилась, он никак не мог сообразить, в каком направлении они шли до того, как он упал.
Так он довольно долго ползал и шарил руками, надеясь найти хоть какой-нибудь ориентир, и вдруг нащупал что-то холодное и гладкое. Оказалось — металлическое колечко. Бильбо его машинально подобрал, не подозревая, что этот случайный поступок станет поворотным пунктом в его жизни. Подобрав, он так же машинально сунул его в карман, ибо в данный момент оно ему было ни к чему, авось, потом пригодится. После этого он сел на холодный пол и принялся оплакивать свою несчастную судьбу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
