class="p1">Я взяла в руки ложку и устроила маленькую воронку посередине, и на выдохе разбила яйцо.
— Первый блин комом, — заметил прадед. Впрочем, я это и сама видела, я умудрилась разбить яйцо так, что повредила желток, и он некрасивой кипящей массой растёкся по воде.
Я прикрыла глаза и досчитала до десяти, чтобы немного успокоиться, собраться и вновь взяться за приготовление. И на этот раз яйцо нырнуло в подготовленную воронку так, как надо. Белок начал вихрем закручиваться, а на лице проступила улыбка довольства собой.
Как раз вовремя для того, чтобы увидеть падение сразу нескольких поступающих, которые, как и предсказывал прадед, были слишком самоуверенны и решили сначала сварить яйцо.
— Не отвлекайся, — ругнулся предок, — ты воду холодную забыла подготовить, дурында!
И действительно, я забыла главное. Стоит ли говорить, что и второе яйцо я испортила?
— Так, соберись и давай уже делай то, чему я тебя учил, — ворчал прадед и я действительно отрезала себя от окружающего мира и смогла сосредоточиться на том, что было для меня важным.
Яйцо получилось прекрасным, оно красиво вытекло на тарелку, стоило его только разрезать, форма была хорошей, а белок достаточно сварился.
— У нас с тобой осталось семь яиц, так что давай делать омлет, и ему лучше бы получиться с первого раза, — заметил прадед. И я прекрасно понимала, о чём он, поэтому только ниже опустила голову, ограничивая свой мир размерами стола, и полностью сосредоточилась на готовке, послушно следуя указаниям привидения.
— Сейчас только растопить ещё немного масла и полить им сверху для того, чтобы получилась красивая глазурь, — вещал он, я же была его руками. И лишь поставив тарелку на небольшой столик перед собой, осознала, что за мной внимательно наблюдал один из проверяющих. Кровь отхлынула от лица, стоило ему коснуться вилкой моего омлета.
— Похвальная сосредоточенность, и омлет удовлетворительный, продолжаем, — возвестил он, а я не смогла сдержать вздох облегчения. Прадед был прав. У меня оставалось четыре яйца и предоставить на суд надо было только одно.
— Так, уши не развешиваем, с ритма не сбиваемся, — подытожил прадед, — кипятим две кастрюли воды. Добавляем соль, — мне было несколько неловко от того, что тот, кто давно умер, умеет фокусироваться лучше, чем я, но я тут же поспешила исполнить просьбу призрака и поставила две кастрюли с водой.
— Теперь слушай внимательно, сейчас подготавливаешь отдельную чашку с холодной водой, чтобы отложить в неё остывшее яйцо. Затем опускаешь два яйца в одну кастрюлю. Считаешь до шестидесяти и в другую опускаешь еще два яйца. Таким образом у тебя получится минута запаса, яйца всмятку в среднем варятся три минуты, а “в мешочек” около пяти минут. Но тебе все равно надо быть очень внимательной. Соль поможет предотвратить растрескивание. Сначала вытащишь первую пару яиц и вскроешь одно, чтобы проверить, если оно подходит, то тут же подаешь второе, а если нет…
— Ты чего это киваешь как жираф? — раздалось у меня прямо над ухом, заставив подпрыгнуть и чуть не выпустить из рук упаковку с оставшимися яйцами. Я с недовольством уставилась на все того же противного парня, который подозрительно на меня пялился.
— Тебе чего надо? — поинтересовалась я, не скрывая раздражения.
— Ты ведешь себя странно, — заметил мой собеседник.
— Занимайся лучше своим тестом, чем мной, — парировала я.
— Идиот, — согласился со мной прадед, вот только внимательный идиот и это нехорошо!
— Не мешай мне, — сказала я достаточно громко для того, чтобы привлечь внимание проверяющего, который тут же с нахмуренным видом зашагал в нашу сторону, а приставучий парень поспешил вернуться к своим занятиям.
— Так его! Но вернемся к нашим баранам. Значит, вскрываешь осторожно ножом яйцо, и если оно подходит, то второе тут же на подачу. Если недоварено, то тебе стоит подождать еще две минуты или около того, если же переварено, то ты тут же вытаскиваешь оставшиеся два и подаешь к столу.
Вся схема показалась мне очень разумной, если не сказать логичной, поэтому я без лишних размышлений приступила к исполнению
— Браво! — сообщил мне проверяющий, стоило мне только поставить перед ним яйцо.
Он явно видел то яйцо, которое я уже успела вскрыть, и теперь, несмотря на второе, которое я поставила на оценку, сначала ловко ударил по скорлупе ножом, а затем одним движением срезал верхушку. Это выглядело настолько ловко и одновременно элегантно, что я потеряла дар речи. Тоже хочу так научиться!
— Вы прошли, — эти слова оказались буквально музыкой для моих ушей.
Но очевидно, что совсем не всем это пришлось по нраву. Противный сосед цокнул и скривился так, словно я его лимонами угостила. И чего это он ко мне привязался, в самом деле?
Но мне уже было всё равно, я смотрела на тех, кто ещё заканчивал приготовление яиц, но их оставалось совсем немного. Прадед был абсолютно прав, тут действительно оставались самые сильные. И только я одна была маленьким мышонком по сравнению с этими, не побоюсь этого слова, грудами мышц. В самом деле, все парни, которые уже прошли отбор, больше походили на воинов, нежели на поваров. Крепкие, натренированные, если не сказать хищные, и у всех выражение лиц такое, словно они любого загрызть готовы. Бррр! Интересно, если их откормить, как проверяющих, будет лучше или нет?
— Прошёл! — послышался голос проверяющего и уже настал мой черёд скривиться, потому что тот самый противный парень с улыбкой победителя двигался в нашу сторону. Наши глаза встретились ровно на секунду, но и этого хватило, чтобы дурное предчувствие поднялось во мне огромной волной. А уж когда он вместо того, чтобы влиться в наш строй, резко развернулся и отправился в сторону проверяющих, предчувствие переросло в уверенность.
— Ты чего так дёргаешься? — поинтересовался у меня прадед.
— Неприятности чую, — буркнула я, разглядывая, как с бурными жестикуляциями этот парень объяснял что-то проверяющему.
— Какие неприятности? — полюбопытствовал призрак, вот только отвечать я не стала, потому что прямо сейчас этот гадкий поступающий и проверяющий двигались в мою сторону и лицо проверяющего не предвещало мне ничего хорошего.
— Мицио Карреттони, вас обвиняют в использовании магии или запрещённых артефактов для того, чтобы поступить в академию, что вы можете сказать в своё оправдание? — грозно поинтересовался проверяющий, а внутри меня всё сжалось в маленький комочек, а плечи, кажется, так и вообще коснулись ушей в моей безмолвной попытке втянуть в себя голову.
— Какие артефакты? Откуда? — наконец, смогла пролепетать я. Вот только звучало это как-то совсем неуверенно.
— Да вы только посмотрите на него, этот заморыш, которого от ветра шатает, точно не смог сам пройти два
