на пользование телом».
«Надеюсь, это нам не пригодится, — ответил я, ухмыляясь. — Совсем скоро я должен оказаться дома».
«Ну, если вдруг твои каникулы совсем уж затянутся, — сказал он, чётко обрисовывая свою позицию. — Может же такое быть? А я уже соскучился по полноценной жизни. Тут, конечно, как у бога за пазухой, но всё-таки».
«Если затянутся, мы что-нибудь придумаем, — проговорил я, твёрдо веря, что так оно и будет. — В накладе ты точно не останешься».
Бойцы, Алексей с Максимом, я и Оралик шли под прикрытием артефакта невидимости. Причём, перед нашим выходом над ним поколдовала Силикона, зарядив до отказа. А вот цербер предпочёл двигаться рядом, но отдельно.
— Будет подозрительно, если я буду появляться из пустоты, а затем в ней же исчезать, — сказал он перед самым выходом. — Демоны хоть и тупые, как пробка, но всё равно могут догадаться, что в этой самой невидимости может прятаться кто-то ещё. А так я буду свободен в действиях и вас прикрою, если что.
И помощь его понадобилась практически сразу. Два демона добрались до пещеры как раз в тот момент, когда мы собирались выходить. Понятно, что они хотели просто проверить её на предмет того, чем можно в ней поживиться. Вот только не факт, что они не нашли бы пространственный прокол. Скорее всего, нашли бы. И тогда нашему миру тоже было бы не избежать экспансии.
Но пока мы, замерев, думали, каким оружием их уничтожить так, чтобы самим не попасть под обвал, Дезик рванулся вперёд, обнажив клыки. Он даже увеличился в размерах и пыхнул на демонов пламенем. Понятно, что им это мало повредило.
В отличие от острых, словно бритва, клыков. Первого демона Дезик схватил поперёк туловища, комкая красные крылья, и раздробил о стену буквально двумя ударами. Второму, не мудрствуя лукаво, отгрыз голову, не забыв перед этим рявкнуть:
— За Оралика!
До замка добрались достаточно бодро. Нам несказанно повезло, что основные орды демонов уже ушли прочь от замка. Понятно же, что добычи с такого небольшого укрепления на всех не хватит. Поэтому возле самого замка крутилось всего несколько сотен нападающих.
На самом деле это, конечно, немало, но по сравнению с тем, что живописали Оралик и Дезик, — сущие пустяки. По большей части они уже заняли замок и орудовали внутри. Отдельные особи пытались что-то отыскать вблизи. Возможно, ход внутрь центральной башни.
— На случай подобной угрозы, — просвещал нас инкуб, стараясь говорить тихо, но так, чтобы было слышно всем. — Существует механизм, отрезающий центральную башню от всего остального замка. Там есть проход и в пустоши, но, полагаю, им не станут пользоваться из-за опасения, что им устроят засаду.
Тут я понял, что довольно далёк от военных хитростей. Мне банально просто не было интересно вот так вот продумывать все ходы противника и, исходя из этого, планировать собственные. Я — сторонник жизни в кайф и решения проблем дипломатическим способом. Морды бить и воевать вообще не по моей части.
— Есть только одна возможность попасть в башню, — продолжал рассказывать Оралиус. — Нам нужно будет подняться на один из балконов, а затем надавить на нужный кирпич. Так как это весьма тайный ход, его не должны были обнаружить. Тем более он служит именно для секретного проникновения внутрь.
Но прежде, чем нам это удалось, пришлось обходить большую группу демонов, рыскающих по окрестностям. А затем на нас из боковых ворот вывалилась и вовсе целая связка отвратительных созданий. Дезик бросился на них, но Гагарин попросил отозвать его, а сам распылил усыпляющий газ, от которого мы оказались укрыты защитным заклинанием.
Последовав инструкциям инкуба, мы довольно быстро очутились внутри башни и застыли перед хлопающими глазами суккубами, которых тут было большинство. Я лишь отметил, что тайная дверь внутрь действительно была расположена так, что её сложно было бы найти.
— Здравствуйте, братья и сёстры, — проговорил Оралиус, выходя из-под сени защиты артефакта.
— Оралик, — всхлипнул кто-то из собравшихся. — Ты жив! Это такое счастье!
— Да, я жив, благодаря своим друзьям, — с гордостью ответил он и добавил с чрезмерной на мой взгляд долей пафоса: — И пришёл, чтобы вы тоже жили!
— Вы так и не закатали подвал бетоном? — спросила пожилая женщина, которая вместе с тем сохранила львиную долю своей красоты. — Самоуверенные дураки, — и после этих слов она вздохнула. — Мы были лишь приманкой. Они ждали, что мы пошлём за помощью.
* * *
Когда Гагарин отключил артефакт невидимости, собравшиеся только слабо охнули, но не отпрянули и не принялись напропалую соблазнять бойцов.
— Это мои друзья, — всё с той же гордостью проговорил Оралиус. — Когда они узнали, что вы тут находитесь в плачевном состоянии, они согласились помочь переправить вас на Землю. Поэтому прошу не пугаться и не обижать. Сейчас они расскажут свой план.
— Это всё прекрасно, но там же полчища демонов! — высказалась госпожа Лулулиана, которая, судя по всему, привыкла скептически относиться к инициативам инкуба. — Мы не выйдем отсюда живыми.
При этом и сверху, и снизу раздавались удары, как будто кто-то хотел выломать двери. Собственно, именно так дело и обстояло. И я мог поклясться, что долго эти самые двери не простоят.
Гагарин объяснил, что они спланировали, рассказал, что демонов за стенами не так уж и много. Одну из групп они усыпили. Выбираться они планировали по воздуху на суккубье-инкубьей тяге.
Лулулиана с таким осуждением посмотрела на Оралиуса, что даже мне стало не по себе.
— То есть ты договорился, чтобы мы таскали людей? Мало того, что мы им… — начала было хозяйка замка.
— Отставить пререкаться, — прервал её Гагарин. — У нас нет на это времени. Либо вы следуете моим инструкциям, либо мы разворачиваемся и уходим обратно с чистой совестью.
— Нет! — чуть ли не хором завопили собравшиеся, а один из инкубов кинулся к нам.
— Ранди, не уходи, вытащи меня, пожалуйста, отсюда! — он, кажется, был готов бухнуться на колени. — Я всё для тебя сделаю! Всё, что угодно! Верну всё, как было, обещаю! Только не оставляй меня здесь!
— Попадос, ты? — я его не узнал по манере общения. Он всегда был надменным и грубым, а тут лебезил. — Что с тобой случилось?
— Потом, потом расскажу! Вытащи меня отсюда! — у меня сложилось ощущение, что ещё чуть-чуть
