тщательно перетасовал колоду и сдал.
Через четверть часа он выиграл около тридцати шиллингов.
– Очень хорошо, – заблеял плюгавый. – Вы не хотите несколько увеличить ставки?
Штайнер кивнул. Он выиграл опять. Потом сдавал толстяк. У него были розовые ладошки, которые, собственно, были слишком малы для трюка с дамами. Но Штайнер видел, что, несмотря на это, он проделал трюк очень ловко. Он раскрыл свои карты. У него были три дамы.
– Сколько вам? – спросил толстяк, жуя сигарету.
– Четыре, – сказал Штайнер. Он заметил, что толстяк смешался, так как он имел бы право прикупить еще только две карты. Толстяк сдал ему четыре карты. Штайнер увидел, что первая из них и была недостающей четвертой дамой.
Теперь у него, конечно, не было игры, и он бросил карты на стол:
– Черт возьми! Пролетел!
Остальные трое переглянулись и тоже сосредоточились.
Штайнер знал, что он может что-нибудь сделать, только когда сдает сам. Таким образом, его шансы были один к трем. Карманник был прав. Надо было действовать быстро, пока они не сориентировались.
Он проделал трюк с тузом, но только в простом варианте. Плюгавый играл против него и проиграл. Штайнер взглянул на часы.
– Мне нужно идти. Последний кон.
– Ну что вы, сосед! – заблеял маленький. Двое других молчали.
Следующий раз у Штайнера в первом же прикупе оказались четыре дамы. Он взял еще одну карту из колоды. Девятка. Волосатый брюнет прикупил две. Штайнер видел, что плюгавый подал ее снизу тренированным движением руки. Он понял, в чем дело, но, несмотря на это, довел ставку до двадцати шиллингов и только потом сдался. Брюнет пронзил его взглядом и снял банк.
– Какая же у вас карта? – заблеял плюгавый и быстро перевернул карты Штайнера. – Четыре дамы! И вы пасуете, несчастный? Деньги сами шли вам в руки! А что было у вас? – спросил он брюнета.
– Три короля, – ответил тот с кислой миной.
– Вот видите! Видите! Вы бы выиграли, сосед! А сколько бы вы поставили с тремя королями?
– С тремя королями я бы поставил целое состояние, – ответил брюнет с угрюмым видом.
– Я прозевал, – сказал Штайнер. – Думал, у меня только три дамы. Принял даму за валета.
– Ну и ну!
Брюнет раздал карты. Штайнеру достались три короля, а четвертого он прикупил. Он увеличил ставку на пятнадцать шиллингов и стал следить.
Маленький с шумом втянул воздух. Штайнер выиграл почти девяносто шиллингов, а оставалось еще только две игры.
– Что у вас было, сосед? – Плюгавый быстро попытался перевернуть карты. Штайнер отодвинул его руку.
– Здесь такая мода? – спросил он.
– Ну, извините. Любопытно ведь.
В следующей игре Штайнер проиграл восемь шиллингов. Большего он не мог себе позволить. Потом он взял карты и смешал. Он был очень внимателен и положил королей под колоду, чтобы можно было подсунуть их толстяку снизу. Это удалось. Для видимости брюнет тоже поднял ставки, толстяк потребовал еще одну карту. Штайнер сдал ему последнего короля. Толстяк шмыгнул носом и обменялся взглядом с брюнетом. Этот момент Штайнер использовал для трюка с тузами. Он отбросил три свои карты и взял себе два последних туза, которые теперь лежали сверху.
Толстяк начал торговаться.
Штайнер выложил свои карты и, колеблясь, слегка повысил ставку.
Брюнет удвоил. На ста десяти шиллингах он спасовал. Толстяк довел игру до ста пятидесяти. Штайнер держался. Он не был совершенно уверен в успехе. Он знал, что у толстяка четыре короля. Но он не знал, какая у него последняя карта. Если это джокер – Штайнер проиграл. Плюгавый ерзал на стуле.
– Можно посмотреть? – Он хотел заглянуть в карты Штайнера.
– Нет. – Штайнер положил руку на свои карты. Его поразила эта наивная наглость. Плюгавый немедленно телеграфировал бы толстяку движением ноги, какая у Штайнера карта. Толстяк начал нервничать. Штайнер был до сих пор весьма осторожен и спокоен, следовательно, у него наверняка должна быть очень мощная карта. Штайнер заметил беспокойство партнера и начал повышать ставки. На ста восьмидесяти шиллингах толстяк раскрылся. Он выложил своих четырех королей. Штайнер вздохнул и бросил на стол свои четыре туза.
Плюгавый присвистнул. Потом, когда Штайнер прятал в карман деньги, стало очень тихо.
– Мы играем еще один кон, – жестко сказал брюнет.
– Весьма сожалею, – сказал Штайнер.
– Мы играем еще один кон, – повторил брюнет и поднял подбородок.
Штайнер встал.
– В следующий раз.
Он подошел к стойке и расплатился. Потом передал хозяину сложенный стошиллинговый билет.
– Пожалуйста, передайте это Фреду.
Хозяин изумленно поднял брови.
– Фреду?
– Да.
– Хорошо. – Хозяин ухмыльнулся. – Попались, голубчики! Хотели поймать кильку, а нарвались на акулу.
Трое голубчиков стояли у двери.
– Мы играем еще один кон, – сказал брюнет и загородил выход.
Штайнер взглянул на него.
– Так не пойдет, сосед! – заблеял плюгавый. – Исключено, сэр!
– Я думаю, волноваться не следует, – сказал Штайнер. – На войне как на войне. Надо уметь иногда проигрывать.
– Нет, – сказал брюнет. – Мы играем еще один кон.
– Или вы вернете, что выиграли, – прибавил толстяк.
Штайнер покачал головой.
– Это была честная игра, – сказал он с иронической улыбкой. – Вы знаете, чего хотели, и я знал, чего хотел. Всего хорошего.
Он попытался пройти между брюнетом и плюгавым. При этом он почувствовал, как напряглись мускулы брюнета.
В этот момент появился хозяин.
– Прошу не устраивать скандала в моем заведении, господа!
– Я и не хочу скандала, – сказал Штайнер. – Я хочу уйти.
– Мы идем с вами, – сказал брюнет.
Плюгавый и брюнет прошли вперед, за ними Штайнер, а следом за ним толстяк. Штайнер знал, что опасен только брюнет. Не надо было пропускать его вперед. Проходя в дверь, Штайнер отступил назад, пнул толстяка ногой в живот и изо всех сил, как молотом, ударил брюнета кулаком в затылок. Брюнет покачнулся и упал на шедшего впереди плюгавого. Одним прыжком Штайнер выскочил из пивной и бросился бежать по улице, прежде чем его противники успели опомниться. Он знал, что в этом был его единственный шанс, так как на улице он один ничего не смог бы поделать против трех. Он услышал крик и оглянулся на бегу – но никто не преследовал его. Они были слишком ошеломлены.
Он пошел медленнее и скоро очутился на более оживленных улицах. Перед одной из зеркальных витрин он остановился. «Мошенник и шулер», – подумал он. Но половина паспорта уже есть… Он кивнул своему отражению и пошел дальше.
V
Керн сидел на стене старого еврейского кладбища и при свете уличного фонаря пересчитывал свои деньги. Целый день он торговал в районе горы Святого Креста. Это был бедный квартал, но Керн знал, что бедность милосердна и не зовет
