…Тихий плеск волн успокаивал, навевал сон. На черной воде дробились в бисерные нити отражения далеких звезд, шум поселка утих вдали, лодка мягко покачивалась, послушно двигаясь вслед за течением — и дети незаметно для себя задремали.
Проснувшись, Анораль не сразу поняла, где она находится. Девочка села и посмотрела вокруг. Но увидела лишь высокие борта лодки.
Анораль тихо вскрикнула, и тут же лежавший рядом Орс поднял голову и потер кулачками сонные глаза.
— Эй…
Анораль вскочила на ноги, но в это мгновение лодку качнуло чуть сильнее, и девочка снова шлепнулась на дно, прямо на Орса. Но она успела заметить…
— Орс! Корабль близко!
Дети забарахтались, торопясь встать, но это им удалось далеко не сразу. Однако через несколько секунд они все-таки уже вскочили на банку и отчаянно замахали руками, крича:
— Подберите нас! Подберите нас!
Огромный корабль шел под всеми парусами. Едва начавшийся рассвет окрашивал его в золотые и розовые тона, и Анораль показалось, что это не просто корабль, а обиталище нежных фей, спешащих к ней на помощь…
Конечно, с такого расстояния никто не мог услышать их криков, но команда давно уже заметила лодку, болтавшуюся прямо по курсу. А теперь вдруг в ней возникли двое малышей…
Не прошло и четверти часа, как Анораль с братом очутились на борту.
Вместо фей и эльфов детей окружили дюжие бородатые матросы, изумленно таращившие глаза на хрупкую девочку и тощего мальчишку. Но вот они расступились, и дети увидели высокого широкоплечего человека в малиновом с золотом камзоле, в кружевной рубашке, в белоснежных брюках, заправленных в алые сафьяновые сапоги… Анораль, подняв голову, всмотрелась в его лицо. Нет, это был не тот, кого она видела в своих снах. Но глаза у него были добрые, веселые…
— Ты — капитан? — спросила девочка.
— Угадала, пташка, — ответил тот раскатистым басом. — А ты кто такая?
— Я — дочь племени ларитов, — с достоинством ответила Анораль. — Но мы с братом попали в беду… Ты нам поможешь?
— Постараюсь, — ухмыльнулся капитан, поглаживая яркую каштановую бородку. — Только прежде мне надо узнать, что, собственно, произошло.
Дети переглянулись. Орс кивнул. Анораль снова заговорила:
— Конечно, мы тебе все расскажем. Но… ты не дашь нам сначала чего-нибудь поесть? Наш мешок в лодке остался…
Матросы радостно заржали. Капитан фыркнул и, чуть повернув голову вправо, приказал кому-то:
— Отведите на камбуз, искупайте, накормите, а потом — ко мне.
,
В то же мгновение детей подхватили огромные — загорелые руки, и не успели они опомниться, как их обоих уже принесли на камбуз, раздели и окунули в лохань с теплой мыльной водой.
А чуть позже, отмытые до блеска и накормленные до отвала, дети очутились в капитанской каюте.
Но, хотя тетушка и племянник и не сговаривались ни о чем и вполне доверяли капитану, они, рассказывая ему историю своей короткой, но уже . такой запутанной жизни, почему-то ни словом не упомянули о дарейтах.
Глава 11
Йинор считал, что устроился он совсем неплохо. Конечно, кто-то мог счесть его бедняком, но он ведь и не стремился к большому богатству и роскоши. Ему это было просто не нужно. Своими рисунками и резными фигурками из дерева он зарабатывал достаточно, чтобы не думать о необходимом. Он даже купил крошечный домик неподалеку от порта — ведь его суженой нужно было где-то жить. Вот только она все не появлялась и не появлялась… Ну, терпения Йинору было не занимать. Он знал, что она все равно придет.
Шли дни, проходили месяцы. Йинор встречал в порту каждый корабль, каждую шхуну. Он расспрашивал моряков о девочке с медовыми волосами. Но никто ничего не мог ему рассказать. Однако Йинор и не думал отчаиваться. Он просто ждал, не сомневаясь, что выбрал нужный город и нужный порт. Ведь он по-прежнему видел те самые сны…
…Ив этих снах девочка играла со странными многоногими —чудищами. Они резвились на золотистом песке, а неподалеку от них набегали на берег веселые пенистые волны. Девочка о чем-то говорила с чудищами, и они понимали ее, а она понимала их, и им было так хорошо вместе… А потом Йинор видел девочку в богатом селении, где по улицам бродили причудливо одетые пьяные люди — пьяные мужчины, пьяные женщины, пьяные дети и дряхлые старики… И нежная девочка с медовыми волосами казалась среди них пришелицей из другого мира — из непонятного мира добродушных морских чудищ, готовых день напролет кувыркаться на светлом песке, развлекая свою хрупкую подружку…
И еще Йинор видел худого, изможденного человека, карабкающегося по прибрежным утесам, чтобы там, наверху, на гладких плоскостях нависающих над морем камней, рисовать загадочные картины. Он изображал фигуры, в которых смешивались черты обычных людей — и морских многоногих чудищ… Эти фигуры танцевали на скалах, глядя на бесконечное море, а изможденный художник спускался вниз и говорил с чудищами, и пытался понять, что они хотят рассказать ему о своей жизни, о своем прошлом — но не понимал… И сам Йинор тоже не понимал, что произошло с многоногими. Он лишь знал, что им приходится нелегко. Потому что они — слишком далеко от своей родины. Но где эта родина?..
Впрочем, морские звери не слишком интересовали Йинора. Он ждал. .
Но вот однажды, зайдя пообедать в портовую таверну, он услышал за соседним столом странный разговор. Говорили между собой четверо рыбаков, прибывшие, судя по одежде, издалека. Едва Йинор уловил, о чем идет речь, как сразу насторожился и стал внимательно прислушиваться. Ведь рыбаки рассуждали о тех самых чудищах, которых Йинор видел в снах и которые были друзьями его девочки…
— …Ну да, те самые, у Желтого залива.
— И все померли?
— До единого! В окрестных степях говорят, что это морские звери на них мор наслали.
— Да им-то зачем?
— А затем, что лариты с них жемчуг без конца требовали, перламутр, вообще за их счет жрали да пили.
— Ну, перестали бы им приносить, и всех дел!
— Не могли, говорят. Шаман у тех ларитов был уж так силен, что одолел зверей своими заклятьями. А теперь вот они и с шаманом, и со всем племенем расправились. Вот еще говорят, правда, что какие-то дети оттуда сбежали. Могут по всем побережьям заразу разнести.
— Ну, если это насланный мор, ничего он не разнесется.
— Как знать, как знать…
Но тут к столу рыбаков подошла толстая подавальщица с горой мисок и тарелок на огромном подносе, и компания занялась едой, забыв про чужие беды.
А Йинор встревожился.
Он ни на мгновение не усомнился, что рыбаки говорили именно о его девочке с медовыми волосами. Это она сбежала из погибшего селения пьяных злых ларитов. Рыбаки сказали — «дети»… значит, она ушла не одна. Но где же она теперь? Нет, Йинор не верил, что и она тоже погибла от загадочной болезни. Ведь морские звери любили ее. И она, конечно, жива. Но если весть о гибели далекого селения уже разнеслась по степям и побережью, значит, случилось это не вчера. Куда же она подевалась?..
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
