– После этого уик-энда? – спросил мистер Вагнер, после того как Мак выбежал за дверь. – Бриджитт ничего не сказала о том, что у вас с Маком был совместный уик-энд.
– О, ничего особенного. Совершенно ничего важного, – заверила Мия своего шефа, чувствуя, что у нее горит лицо.
Конечно, никто не сможет узнать о поцелуе Мака, но Мии все-таки не хотелось рассказывать об их совместном времяпрепровождении.
Она занялась Кэти. Вытащила малышку из автомобильного сиденья, пытаясь не обращать внимания на пристальный взгляд мистера Вагнера.
– Я просто немного помогла ему с Кэти во время уик-энда, – добавила Мия, надеясь, что после этого мистер Вагнер больше не станет ее расспрашивать.
– Ты помогла Маку? Намеренно? И вы оба остались в живых? – Мистер Вагнер рассмеялся, после чего пробормотал: – Что ж, чудеса продолжаются.
– Да ладно уж, мы с Маком не смертельные враги, верно?
– О вас обоих в офисе слагают легенды. О ваших бесконечных ссорах. У таких разногласий обычно бывает всего две причины. – Он чуть-чуть помолчал и, не дождавшись ответа, сказал: – Разве ты не собираешься меня спросить, какие именно?
– Нет. – Она расстегнула застежки на Кэти и принялась за «молнию» на зимнем комбинезоне. – Но вы все равно мне об этом расскажете.
– Конечно. Это одно из преимуществ, которые есть у старшего партнера… просто у старшего. Ты начинаешь говорить, а все остальные должны тебя выслушать. Так вот, когда два человека ведут себя так, как вы с Маком, подобное поведение обычно объясняется всего двумя причинами. Либо они не нравятся друг другу…
– Да, у нас с Маком именно так и есть! – Мия сняла с малышки комбинезончик, приподняла ее и поцеловала в лоб. – Эй, ты!
Кэти улыбнулась и радостно загукала.
– … либо… – медленно сказал Лиланд.
Мия отвела взгляд от Кэти и посмотрела на своего шефа. Мистер Вагнер улыбался.
– Либо они очень нравятся друг другу, но не хотят это признать. Поэтому день-деньской ссорятся, пытаясь скрыть взаимную симпатию.
– Ни о какой взаимной симпатии здесь не может быть и речи. Мы явно относимся к первому случаю. Мы не нравимся друг другу. Но так уж вышло, что нам обоим нравится Кэти. – Чтобы усилить впечатление от своего ответа, Мия снова поцеловала малышку в лоб. – Поэтому мы заключили перемирие.
Именно поэтому Мак ее и поцеловал – в знак перемирия. Только поэтому. Правда, не совсем ясно, почему этот поцелуй теперь ей снится. Но Мия не собиралась задаваться подобными вопросами и доискиваться до сути.
Их поцелуй был знаком перемирия. Символом их дружбы. Ни больше, ни меньше.
– Если ты так утверждаешь… – сказал мистер Вагнер с нотками недоверия в голосе. Но он не стал настаивать, а вместо этого воркующим тоном заговорил с Кэти: – О, какая она красавица! Как, ты сказала, ее зовут?
– Кэти. Кэти О'Киф.
Мия прижала к себе малышку. Неужели Мак собирается от нее отказаться? Если бы Кэти была ее ребенком, Мия никогда бы с ней не рассталась.
– Кэти-кексик, – нежно проворковал мистер Вагнер, – хочешь пойти в гости к дедушке Вагнеру?
Он протянул руки, и Мия отдала ему ребенка.
– Будьте осторожны, – предупредила она, – Она извивается. К тому же умеет ползать и скоро научится сидеть. Хотя лучше всего у нее получаются падения.
– Не беспокойся, у меня большой опыт, – сказал он.
Лиланд Вагнер говорил правду. Достаточно было взглянуть, как он удерживает малышку на бедре, а свободной рукой ласково похлопывает ее по спинке.
– Она может извиваться, сколько пожелает. Я ее не уроню.
– Хорошо, – сказала Мия. Но продолжала наблюдать за ним – зорко, как ястреб.
– Может быть, показать ей офис и познакомить со всеми остальными?
– Право же, ей хорошо и у меня. Я не хочу причинять вам неудобства. С вашей стороны очень мило уже то, что вы разрешили оставить ее здесь.
– Дело не в этом, ты просто боишься, что я могу ее уронить. Боишься потерять ее из виду. Не беспокойся, я не обижусь. Все мои дочки вели себя точно так же, когда у них родились дети. Слишком их защищали. Они забыли, что я когда-то воспитывал их самих. Но не стоит тревожиться. Обещаю, я скоро принесу ее обратно, целую и невредимую.
На это Мия ничего не могла ответить. Она улыбнулась и кивнула, но, когда он стал подниматься по лестнице с малышкой на руках, проводила его беспокойным взглядом.
Это же смешно! Мистер Вагнер умел обращаться с детьми гораздо лучше, чем она.
Странно, еще утром Мия чувствовала себя отлично, а сейчас у нее в желудке появилось какое-то неприятное ощущение. Должно быть, она беспокоится из-за малышки. В конце концов, больше беспокоиться не о чем.
Перед ее мысленным взором появился образ Мака, но Мия решительно выбросила его из головы.
Мистер Вагнер ошибся. У нее нет никаких чувств к Маку. Их связывают только общие цели, потому что они оба любят малышку. Вот и все. Не больше и не меньше.
Но Мия все равно не могла отделаться от мысли, что обманывает саму себя.
Маку пришлось сделать над собой усилие, чтобы уделить внимание слушанию дела. Мыслями он постоянно возвращался к Мии и малышке. Во время обоих перерывов он звонил, чтобы проверить, как у них дела.
Кэти была предлогом. На самом деле Маку просто хотелось поговорить с Мией. Весь вчерашний день ему хотелось ей позвонить, но тогда у него не было предлога.
Мак и сам не понимал, почему ему вдруг понадобилось поговорить с Мией, оказаться рядом с ней. Он знал только, что без нее его дом казался пустым. К его немалой гордости, Мак прекрасно сумел позаботиться о Кэти. Если на то пошло, малышка доставила ему огромное удовольствие. Ее смех и воркованье разносились по всему дому.
Даже когда Кэти спала, Мак по монитору слышал ее тихое дыхание. Благодаря ей дом наконец-то приобрел жилой вид.
Мак купил дом в Гленвуде пять лет назад. Он оказался уютным жилым помещением, а теперь внезапно перестал быть просто помещением. Как будто с появлением ребенка дом каким-то образом ожил.
И дело было не только в Кэти.
Мия пробыла в его доме недолго, но в нем осталось некое воспоминание о ней. Она словно согрела дом, он стал другим. И уже в воскресенье Мак почувствовал, как ему ее не хватает.
В половине пятого он наконец вышел из здания суда. Было довольно холодно. Мак быстро прошел несколько кварталов и вернулся в фирму. Вернулся к Мии и Кэти. У него на сердце было невероятно легко.
– Эй! Как там мои девочки? – спросил он, входя в офис.
– Ш-ш, – зашипела Мия, кивая в сторону изящного старинного стола, который Сара Донован когда-то поставила в офис, меняя обстановку. Позади стола спала Кэти. – Она заснула около часа назад. Очень устала. Все из-за мистера Вагнера. Он почти целый день всем ее показывал, заходил в каждый кабинет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
