я попозже приду, ладно? Голова болит, пойду таблетку выпью.
– Неа, не пудри мне мозги. Надо быть смелее, малыш, ну что ты в самом деле. Давид не злой серый волк и не съест нас. Пошли, – тянет за руку. – Прыгаем на счет три.
И мы летим в бассейн, не заморачиваясь лестницей. Прохладная вода бодрит, всплываю на поверхность и сразу беру быстрый темп кролем. Надо выветрить из головы наваждение.
Останавливаюсь достигнув края. Давид и Кристиана о чем-то болтают у противоположного бортика. Поворачиваюсь к ним спиной, положив локти на край бассейна.
Почему-то остро ощущаю себя третьей лишней. Они так мило беседуют… и это раздражает меня. Плыть в их сторону не хочется. Торчать возле бортика тоже не особенно интересно.
Направляюсь к лестнице, чтобы вылезти, но вдруг мою талию обхватывают крепкие руки.
– Уже уходишь? – поворачиваюсь на хриплый голос. Сердце начинает отчаянно трепыхаться в грудной клетке.
– Я… устала, – все что удается просипеть.
Но Давид вдруг дергает меня на себя. Вместе уходим под воду. Всплеск адреналина, зашкаливающее возбуждение. Несмотря на шок – это самый лучший момент в моей жизни. Особенный. Пронзительный.
Всплываем. Давид тут же мощными гребками плывет прочь, я – за ним. Глупо оставаться на месте и демонстрировать свою растерянность.
**
Ну вот, он тебя не съел, хотя смотрел так, словно очень хочет откусить кусочек, – продолжает упражняться в остроумии Кристиана.
Мы поплавали вволю. Давид вскоре покинул бассейн, сказав, что ему надо работать. Кристиана уговаривала его статься, но он был не умолим. При этом смотрел на меня – я чувствовала его прожигающий взгляд. Но сама не могла поднять глаз. Происходящее было слишком интимно. Мое тело, особенно места которых касались его руки – горели. Прохладная вода не могла остудить их. Между ног мучительно ныло. Меня выкручивало от желания близости с этим мужчиной. Он едва дотронулся – я стала пылающим вулканом.
Необходимо побыть одной, осознать что с этим делать. Заняться самовнушением, побороть это как-то…
Вместо этого я еще несколько часов выслушивала болтовню Кристианы, разные шуточки.
***
– Лили, можно мне сегодня пойти к соседям с ночевкой? – удивляет меня вопросом София.
Сестра не только обжилась в этом доме, но и нашла себе подружку, соседскую девочку. Причем та говорит только на французском, София, разумеется, не знает ни слова на этом языке. Точнее, не знала. Быстро учится. Ей и Натали на удивление интересно вместе.
– Ты уверена, дорогая?
Не могу нарадоваться тому как проходит реабилитация Софии. Давид нашел для нее психолога, раз в три дня проходят сеансы. Прогресс замечательный. Кошмаров почти нет. Но мне все равно немного тревожно отпускать сестру.
– Я очень хочу, правда. Все будет хорошо, Лили. Обещаю.
Я не могу запретить. Вспоминаю как сама любила такие ночевки. То я у Насти, то она у меня. Ох, надо позвонить подруге по скайпу. Я ужасно скучаю. Три дня мы не списывались.
Помогаю Софии собрать рюкзак, провожаю ее к соседям. Милая женщина, мама Натали, обещает что все будет хорошо, говоря явно заученные на английском слова. Французы ненавидят чужие языки, как объяснила Кристиана. Зазнайки и снобы.
– Так что, учи язык, Лили, – добавила со вздохом. – Но если честно, мне до сих пор слабо дается… Мучение сплошное.
*******
Вечером в доме неожиданно случилась вечеринка.
Дарина отмечала особенно выгодную сделку, приехала домой с подругой и клиентом, обаятельным мужчиной лет пятидесяти на вид. Впрочем, Эрик выглядел шикарно, ему нельзя было дать этот возраст – о нем мне сказала вездесущая Кристиана. Ее мать вовсю флиртовала с Эриком. Явно была заинтересована в нем. Они обнимались никого не стесняясь. А вот ее подруга, Мари, не сводила глаз с Давида. Чуть ли не облизывалась.
Никогда до этого момента я не испытывала чувства ревности. Оно меня буквально душило, терзало. Давид смотрел благосклонно, ясно что не прочь провести время.
Улучив момент я неловко поворачиваюсь и выливаю на Мари полбокала красного вина.
– Ой, простите ради бога! – восклицаю по-английски. Русский, разумеется, эта мадам не знает. – Мне так жаль.
Белое платье француженки безнадежно испорчено, как и ее настроение. Давид смотрит на меня прищурившись. Его взгляд меня словно просвечивает. Плевать. Меня бесит эта вечеринка, бесит Мари, Давид, и вообще все. Наверное, третий бокал сухого мерло был лишним…
Мари спешит в уборную, Давид прощается со всеми и уходит в свою комнату. Похоже вечеринка быстро пришла к завершению. Благодаря мне. Чувствую себя прескверно. Не понимаю, зачем все это сделала…
– Ну ты и стерва, – шепчет едва слышно мне на ухо Кристиана. – Но я в восхищении.
– Не понимаю что ты хочешь сказать, – бормочу себе под нос. – Голова болит. Пожалуй, спать пойду.
– Мари очень расстроилась, – ко мне подходит Дарина. – Понятно, что твоего знания языков не хватает чтобы извиниться как следует. Но я прошу тебя, больше так не вести себя с моими гостями, Лилиана. Если не умеешь пить, то не стоит портить другим веселье.
Дарина, Эрик и Мари вскоре уезжают. Мы с Кристианой выходим на веранду проводить их. Я подхожу к Мари и еще раз бормочу извинения, под строгим взглядом хозяйки дома.
– Ее больше заботило что Давид ушел. Клала она на твои извинения, – говорит Кристиана, глядя вслед выезжающей со двора машине матери. – Эта баба, оказывается, дальняя родственница Эрика. Мать на него глаз положила, а ты, видишь, чуть идиллию не испортила.
– Мне ужасно паршиво. Прости. Я пойду спать, голова раскалывается…
– Я тоже уезжаю, – подмигивает мне Кристиана. – За мной сейчас друзья приедут, в клуб отправимся, потанцуем. Хочешь с нами?
– Нет, я лучше сегодня приторможу.
– Я тебя понимаю, – снова лукавый взгляд.
– Да? Спасибо. Я очень расстроила твою маму, мне ужасно не по себе.
– Вперед, девочка. Дерзай и ничего не бойся, – произносит странные слова Кристиана.
Я догадываюсь, что она имеет в виду, но напускаю на себя вид полного недоумения.
Кристиана не пытается меня разоблачить. Быстро чмокает в губы и сбегает со ступеней веранды. Оборачивается, машет рукой.
– Смелее, Лили!
Глава 10
Дом погружен в тишину и безмолвие. Разумеется, у меня и мысли нет последовать совету, или, точнее, подколу Кристианы. Нет, это все бред полный! Чтобы я пошла соблазнять Ериханова? Ни за что! Тем более,
