в мой род требуется ой как много людей.
Откуда я это про всех в очериди знаю? Да вот, явно скучающий страж порядка, который находился в большом зале ожидания, поделился со мной это ценной информацией. Разумеется, шепотом и разумеется, не просто так, а за небольшую мзду в пару серебряных монет.
Мы стояли пятыми и движение очереди заняло где-то с час. Наконец-то вызвали и нас.
Несмотря на громкое название «клятва роду» все прошло более чем прозаично, но интересно.
Зашли. Нас спросили какую клятву будем давать и получив ответ выдали каждому по бумаге, где был напечатан текст именно этой клятвы. Единственно надо было вставить в контекст фамилию рода и имя человека который клятву будет произносить.
Мне соответственно выдали бумажку с текстом ответов. Ей богу, как на хорошо срежиссированной свадьбе где четко прописаны все вопросы и ответы.
У меня возникло подозрение во время процедуры клятвоприношения и оно переросло в уверенность, что в этом тексте лишь некоторые слова были своеобразным аудио триггером для активации артефакта. Остальное было лишь словесной шелухой для лучшего восприятия участниками ритуала.
Хм… Интересненько…
Не меньший интерес вызвал и сам императорский артефакт. В большой комнате, на втором этаже ратуши, находился на постаменте золотой и красиво украшенный камнями медальон с большим серым камнем посередине. Медальон и брошь были заключены в стеклянный куб по пояс взрослому человеку.
Детали ритуала были просты. Подходишь к кубу. На его верхнюю грань кладут руки глава рода и человек, который хочет дать клятву. Произносят текст по бумажке.
Сначала клятводаватель и соответственно потом глава рода.
Все. Ритуал можно считать оконченным. С этого момента человек давший клятву становится членом рода Демидовых.
Первым принятым в род Демидовых был само собой Маркус. Когда мы положили правую ладонь на куб, и мой уже без пяти минут командир гвардии торжественно прочел слова, я завороженно смотрел, как из медальона мгновенно вытянулись радужные энергетические нити, равномерно опутавшее его тело. Следом стал читать текст я и в тот момент, когда я произнес фразу «принимаю клятву роду Демидовых», выброшенная артефактом нить «лизнула» меня и быстро спряталась обратно. Затем клубок нитей на Маркусе ярко вспыхнул и осыпался искрами, а на его груди, напротив сердца бледно засияла незнакомая руна. Засияла, кстати, радужным светом, что говорило о том, что этот императорский артефакт изделие древних.
Ну, в общем то логично. Все, что мне встречалось непонятного было как правило изделия древних. Не зря же мне до сих пор никто не смог объяснить, как человека наказывает за неисполненную клятву. А оно вот как. На человеке просто остается отпечаток артефакта, который, судя по всему, сам является само поддерживаемым артефактом и контролирует исполнение клятвы всегда и везде.
Вопрос лишь в том откуда все они берут энергию? Могу лишь предположить, что основной артефакт подзаряжается так же, как и башни или царь-камень.
Я украдкой оглядел пол вокруг прозрачного куба.
Точно. Вон такие же незаметные выемки как на площади перед Академией. Так что этот вопрос я выяснил, а вот как берет энергию радужная руна в теле человека? Нет, был бы Маркус магом было бы понятно, но он «пустой». Никакого ядра и источника у него нет. Где руна берет энергию? Непонятненько. А уж про то, как этот артефакт функционирует и на что реагирует я уж молчу и думаю, что никто из ныне живущих мне на этот вопрос не ответит.
Маркус, с улыбкой до ушей отошел, а на его место встал Родион, с которым ритуал прошел по идентичному сценарию.
В результате, через полчаса род Демидовых стал на шесть человек больше.
Был ли я рад? Однозначно. У меня теперь есть люди, на которых можно положится и не ожидать ножа в спину. Разумеется, я им и так доверял, но теперь им можно рассказать чуть больше чем раньше.
Скелеты в моем шкафу продолжали прибывать с катастрофической скоростью и если не начать освобождать эту мебель, то боюсь, что скоро этот шкаф упадет и придавит меня так, что я пискнуть не успею. Первых скелетов я рассчитывал передать Маркусу по возвращению в дом. Передать и спросить совета.
Еще полчаса заняло внесение молодым и ушлым клерком записей в родовую книгу. Почему я говорю ушлым, потому что этот чинуша сразу стал тянуть время, неторопливо рассматривая мои документы. Я сразу понял к чему он клонит, достал из кошеля золотую монету и выложил ему на стол. Он сразу просиял, и достал бланки на всех принятых в род. Монета будто по волшебству исчезла. Вот она есть и вот ее нет. Мистика какая-то.
Само собой, все полагающееся было написано, внесено и выдано в самое короткое время.
Не люблю я взятничество, что в этом мире, что в прошлом. Но отношусь к этому как к неизбежному и неистребимому злу. Лучше пусть он возьмет денежку, но сделает все быстро и аккуратно, чем со скучающим видом будет тянуть мое время. Времени у меня мало, зато теперь есть деньги.
После жадного чинуши, мы заглянули к ювелиру на первый этаж, где я оставил заказ на шесть, артефактых родовых перстней отдав солидную бумагу с ажно тремя печатями, выписанную чинушей. У золотых дел мастера я оставил без малого тысячу золотых рублей и приплатил еще сто за срочность.
Таких денег было жалко. зато обещали завтра к вечеру все выдать в лучшем виде. Ну, посмотрим, что в их понятии означает в лучшем виде. Мне кажется, что за эти деньги мне должны вынести их на парчовой подушечке, в сопровождении живой музыки и стриптиза из красивых девушек.
Ой… Что-то мысли не туда свернули.
Тело — никакого стриптиза ни сегодня, ни завтра! Потому как ты идешь учиться с утра! А для этого надо восстановить силы.
В общем, когда вышли из ворот ратуши один из кошелей был пустым и из второго пришлось зачерпнуть немного золота. Жаба молчала, но закатывала глазки и хватала ртом воздух. Наверное, от значимости момента. Не иначе.
Я глубоко вздохнул и посмотрел на центральную городскую площадь, где собственно и находилась здание ратуши.
Уже завечерело. По краям площади зажглись фонари, хотя свету от заходящего светила было еще достаточно.
Вот день и прошел. Можно сказать, что пролетел галопом с учетом многого, что за этот день случилось. Наверное, столь насыщенный день у меня здесь впервые. Я единственно надеялся, что вечер будет по крайней мере спокойным. Ну, не беря в расчет то что мне надо будет переговорить с Маркусом.
