– Что случилось, – спросил Керк, когда они вышли на холодный ночной воздух.
– Ты никогда не поверишь, если я расскажу, – ответил Язон. – Это последний?
Он указал на лишенного сознания морона, связанного крепкими ремнями. Ракетный катер навис над ним с ревом, с него свисал трос с крюком на конце.
– Да, остальные два уже на месте вместе с козами. Вы отправитесь следующим рейсом.
Они молча следили, как крюк зацепили за ремни и катер поднялся. Он поднимался, а ноги морона безжизненно свисали. Через мгновение катер исчез во тьме.
– А как насчет снаряжения? – Спросил у Керка Язон.
– Оно тоже доставлено. Мы поставили для вас камач и все разместили в нем. Вы трое выглядите внушительно в этих нарядах. Думаю, что первое время вам будет трудно к ним привыкнуть.
В словах Керка не было скрытого значения. В холодной ночи, когда ветер, как ножом резал кожу, их костюмы были не неуместны. Они были также эффективны, как и изолированный и подогреваемый электричеством костюм Керка.
– Ты должен уйти внутрь, или натереть щеки. Кажется, ты их отморозил.
– Похоже что так, если я вам больше не нужен, я пойду.
– Спасибо за помощь.
– Удачи, – сказал Керк, пожимая всем руки, включая и мальчика. – Мы организуем в радиорубке постоянное дежурство и вы в любое время сможете связаться с нами.
Они молча ждали возвращения катера. Полет до равнины не занял много времени, что было к лучшему, так как душная кабина катера казалась тропической жарой после морозной ночи.
Когда катер высадил их и улетел, Язон указал на округлые очертания камача.
– Идите туда и чувствуйте себя как дома, – сказал он. – Я хочу убедиться, что мороны крепко связаны и не убегут, когда очнутся. Внутри вы найдете портативный атомный светильник и обогреватель. В последний раз будем пользоваться благами цивилизации.
К тому времени, когда он кончил свои дела с животными, камач прогрелся, а в щели входного клапана пробивался свет. Язон завязал за собой клапан и подобно остальным сбросил тяжелые меха. Из одного ящика он извлек железный котел и налил в него воды из кожаного мешка. Этот мешок и несколько других стояли в ряд с пластиковыми сосудами, вода в которых была не только чище, но и другого вкуса. Он поставил котел на нагреватель. Мета и мальчик сидели молча, следя за каждым его движением.
– Это чар, – сказал он, отламывая кусок от большого брикета черного цвета. – Он сделан из листьев местного кустарника, их увлажняют и прессуют в блоки. Вкус вполне сносный и мы должны научиться потреблять его. – Он бросил обломки в воду, которая немедленно поддернулась отвратительным пурпурным налетом.
– Мне не нравится его вид, – сказал, глядя с подозрением, Гриф. – Не думаю, чтобы он мне понравился.
– Тебе все равно придется попробовать – если мы хотим избежать разоблачения, нам придется жить как эти кочевники. Кстати, это напомнило мне еще одну важную вещь.
Язон, говоря это, отвернул рукав и начал отстегивать кабель, соединяющий пистолет с кобурой. Остальные глядели на него, удивленно вытаращив глаза.
– Что случилось, что ты делаешь? – Спросила его Мета, когда он снял пистолет и сунул его в металлический ящик.
Пирряне носят оружие днем и ночью. Жизнь без оружия для них немыслима.
– Снимаю пистолет, – терпеливо объяснил он. – Если я выстрелю из него или кто-нибудь из туземцев его увидит, наша маскировка будет разоблачена. Давайте ваши пожалуйста тоже…
Прежде чем он кончил, раздался резкий щелкающий звук и пистолеты оказались в руках их владельцев, выскочив из кожаной одежды. Язон спокойно смотрел на устремленные на него стволы. – Именно это я и имел в виду. Как только что-то вас волнует, сразу щелк – и выскакивает пистолет. Это уже от вас не зависит, срабатывают ваши рефлексы. И мы должны будем спрятать наши пистолеты в укромном месте, чтобы можно было их использовать в случае необходимости, но чтобы их нельзя было обнаружить. Нам придется справляться с туземцами их оружием. Смотрите.
Пистолеты прыгнули обратно в кобуру и внимание пиррян было привлечено выставкой Язона. Он принес тяжело звякнувшую шкуру. Она была полна разнообразного вида ножами, мечами, дубинками и булавами.
– Хорошо, не правда ли? – Спросил он. И они оба кивнули в знак согласия. Дети и конфеты: пирряне и оружие! – С этим мы будем вооружены так же хорошо, как и любой туземец, или даже лучше. Ибо любой пиррянин стоит троих варваров. Я надеюсь, что это так. Кроме того, наше оружие гораздо лучше – это копии местных изделий, но они сделаны из лучшей стали, они прочнее и края у них острее. А теперь дайте мне ваши пистолеты.
На этот раз только пистолет Грифа появился в его руке, и он настолько сохранил самообладание, что пистолет тут же нырнул в кобуру. Потребовалось пятнадцать минут лести и уговоров, чтобы Мета неохотно рассталась со своим оружием: для того, чтобы обезоружить мальчика, потребовалось еще два часа. Наконец это было сделано, и Язон раздал полные кружки чара своим несчастным партнером – оба сжимали мечи, чтобы как-то утешиться.
– Я знаю, что это отвратительно, – сказал он, глядя на них, на их разочарованные лица. – Вам не нужно привыкать к нему, но по крайней мере научитесь его пить так, чтобы никто не думал, что вас отравляют.
Если не считать их случайных испуганных взглядов на свои правые руки, пирряне забыли о пистолетах. Когда нужно было готовиться ко сну, Язон раскатал спальные мешки-шкуры и выключил обогреватель, в то время, как остальные прятали оружие…
– Пора спать, – заявил Язон, – нам придется подняться очень рано, чтобы достичь нужного места. Там небольшая группа кочевников движется к лагерю Темучина, мы присоединимся к ним. Это поможет нам приглядеться к жизни варваров, потренироваться в нужных навыках и присоединиться к главным силам без дополнительных подозрений.
Язон поднялся до рассвета и запрятал все чуждые местным обычаям предметы в металлический ящик, и лишь потом разбудил остальных. Он оставил три саморазогревающихся пищевых набора, но решил не открывать их, пока не будет нагружен полностью эскунг. Это была тяжелая, требующая много времени работа, и Язон чувствовал большое облегчение от сознания, что его разгневанные пирряне безоружны… кожаное покрывало камача сняли и выкопали железные столбы. Их связали в четырехугольную раму и приделали к ней колеса. Сверху погрузили весь остальной багаж. Солнце уже стояло высоко над горизонтом, а они были мокрыми от пота, несмотря на ледяной пронизывающий ветер, когда все погрузили на эскунг. Мороны громко хрустели травой, козы рассыпались по равнине и тоже паслись. Мета выразительно посмотрела как они едят, и Язон понял намек.
