не было никаких двусмысленных ситуаций.
* * *
Пока Демид ищет место парковки, я осторожно перекладываю Еву спать. Не решусь будить ее ради купания. Уже слишком поздно, игры с водой ее всегда бодрят. Не хочу потом полночи скакать и мучить и себя, и ее. Поэтому укладываю спать, забираюсь в душ.
Спустя время ко мне присоединяется Демид.
Не спрашивает разрешения, просто раздевается и сдвигает дверь душевой кабины в стороны.
Входит и обнимает меня жарко, голодно набрасывается с объятиями, целует страстно.
Сверху течет теплая вода, наши губы и лица мокрые. Напор мужа и его желание не оставляют никаких шансов на сопротивление.
Его руки и пальцы всюду — гладят и ласкают так, как мне нравится.
Столько наслаждения, что пальчики на ногах поджимаются, а когда он туго и уверенно заполняет меня отрывистыми толчками, все, о чем я могу думать, это то, как не кричать от удовольствия.
Мои пальцы царапают его плечи. Спина прижата к матовому стеклу. Демид удерживает меня и продолжает целовать, двигаясь быстро.
Череда резких движений заканчивается моим взрывом — сладко, щемяще нежно разлетаюсь на кусочки от удовольствия, чувствуя, как Демид тоже проживает пик наслаждения.
От экстаза голова совсем перестает соображать. Перед глазами все кружится, мы продолжаем целоваться неспешно.
— Прости. Прости, что сразу не сказал. Я идиот, да? Но ты мне дорога. Как никто. Люблю… — произносит твердо и снова целует. — Люблю. Будь со мной. Ты — моя. Та самая, от которой сердце тает…
— Буду, — обещаю.
Может быть, момент самый подходящий, чтобы предложить Демиду сделать тест на отцовство?
Но я не хочу сейчас ничем омрачать такое бурное, жаркое и одновременно нежное примирение.
В конце концов, у меня осталась обслюнявленная дудочка Макса. Нужно взять ее и поинтересоваться в лаборатории, получится ли взять образец…
Да и вообще, можно ли как-то узнать… без непосредственного участия Демида.
Вроде бы можно сравнить образцы Евы и Макса.
Если Демид отец, покажет родственные связи…
— О чем задумалась?
— Просто устала, — отвечаю ему, забыв, что одна маленькая ложь неизменно тянет за собой большую…
Глава 17
Она
Следующее утро я встречаю в более позитивном настроении, несмотря на то, что Ева половину ночи хныкала и не давала спать, грызла свою одежду, соску, отказывалась от грызунков специальных. Мне кажется, у нее снова режутся зубки. Верхняя десна теперь припухла. Может быть, уже пора. Но, если честно, процесс не быстрый, даже не знаю, на сколько затянется на этот раз. Демид под утро ушёл спать в другую комнату, не выдержал похныкиваний дочери. Я не стала заострять на этом внимания.
Главное, что мы помирились и хотим сохранить семью. Остальное образуется…
— Надеюсь сегодня уйти пораньше. Как ты на это смотришь? — интересуется Демид.
— Не против, какие-то особенные планы?
— Вот и узнаешь, — подмигивает загадочно. — Пусть будет сюрприз. Насчет Евы я уже договорился. За ней присмотрят родители. Отвези Еву к ним, — распоряжается.
Вот чудеса… Не припомню, чтобы раньше Демид настолько досконально планировал наши совместные дни. Что принесёт нам этот день? Поневоле тело окутывает взбудораженным состоянием, предвкушение волнует кровь.
— Мне что-то особенное надеть? Или…
— Нет, Соня. Ничего сверхординарного. Повседневный стиль.
— Хорошо.
Мы прощаемся, муж целует меня перед расставанием, задерживает за талию. Он заглядывает мне в глаза, говорит:
— Люблю тебя. Очень…
* * *
В гостях у свекров приходится бывать довольно часто. Но я не могу называть их мама или папа, не те отношения. Однако не стоит забывать, что именно свекровь меня поддержала, в то время как родная мать во всех грехах о. винила и стоит горой за падчерицу. Она и Макса просто обожает… Души в нем её чает!
Обменявшись приветствиями и переодев дочурку, помогаю свекрови накрыть на обеденный стол. Разговор вялый, чувствую, будто свекровь хочет что-то сказать, но помалкивает. Однако вместе с этим постоянно просматривает на супруга, будто источником информации должен стать он.
Так и происходит после изготовления, как мы сели за обеденный стол.
— Ты разговаривала со своей сводной сестрой после неприятной сцены?
— Нет.
— Не было желания? Или не видишь смысла? — наседает свекр.
Немного растерянно смотрю на него. Обычно он со мной почти не разговаривает… Лишь обменивается замечаниями вскользь.
Но сейчас он явно настроен побеседовать со мной и спрашивает о довольно сложном. Причем, я не привыкла открыто делиться своими чувствами со всеми. Тем более, с теми, с кем нет особенно близких связей!
Но сейчас уйти от ответа не выйдет. Потому что свекр снова наседает, сообщив:
— Демид навещает ребенка от той женщины в больнице. Ты в курсе? — громко втягивает куриный суп с лапшой.
Моему удивлению и возмущению нет предела!
Выходит, Демид промолчал.
Боже, я не спрашивала. Он сам и не сказал.
И вроде бы чего такого, да? Но мне все равно неприятно.
— Вижу, ты не знала, — продолжает свекр. — Какую еще лапшу ты готова выслушать? Или собираешься жить вместе, шведской семьей? — спрашивает неприязненно.
Потом он громко опускает ложку на стол и заявляет:
— Кажется, в этой семье только я один готов на решительные меры!
— Что вы имеете в виду? — интересуюсь я. — Под решительными мерами вы понимаете скандалы? Кругом все только и делают, что лезут с советами. А бывали ли вы сами в подобных ситуациях? Очевидно, что не бывали!
— Одно я знаю точно. За семью побороться стоит. Мне нравится, что Демид выбрал себе жену покладистую. Но есть покладистые жены и не мямли. Не уверен, что скоро о двоеженстве моего сына не будут говорить на каждом углу. Может быть, уже шепчутся, ведь кое-кому ума не хватило все скрыть, как следует!
— Я не понимаю, к чему вы клоните.
— Одна — стерва, вторая — мямля, — вздыхает секр. — Послал же бог родственничков!
— Довольно, — поднимаюсь я из-за стола. — Пожалуй, нам с Евой пора домой. Была рада увидеться.
— Присядь, Соня, — просит свекровь. — Не обращай внимания на речи моего супруга. Такой стиль общения. Всегда начинает издалека, заходит с неприязни, а потом удивляется, почему у него так мало друзей. Более того, мы обеспокоены. Всерьез обеспокоены. Андрей говорил с Демидом, но тот словно рогом в землю уперся, что Макс — его сын. Но мы желали бы в этом убедиться. Понимаешь?
— Вы про тест ДНК? — уточняю я.
— Гляди-ка, не совсем глупая.
— Андрей, прекрати, пожалуйста! — просит свекровь. — Да, мы говорим про тест ДНК.
— Признаюсь, я тоже думала об этом, — говорю, смутившись. — Я бы хотела выяснить это, прежде всего, для себя самой, а потом уже
