— Только если ты тоже выберешь для себя, — соглашается она.
Я беру яблочный штрудель, а она — корзиночку со свежей малиной. Смакует каждую ягодку. Смотрит с сожалением, когда те заканчиваются.
— Малину любишь? — спрашиваю.
— Очень, — улыбается она.
Мой брат любил малину. И мама.
***
Возвращаемся в номер.
— Сегодня здесь переночуем, а с утра поедем домой.
— Хорошо, — облегчённо выдыхает она.
Я удивлён. Неужели ей в избушке больше нравится, чем в городе?
Подхожу к ней и целую. Чтобы сходу все сомнения отмести. Чтобы поняла, чего желаю.
— Сейчас я тебя искупаю, Севиндж, — говорю нараспев. — А потом сделаем следующий шаг.
Глава 21
Она.
Целый день мы гуляем по городу. Сначала — по делам, потом — бесцельно. Мне неловко от того, что Тихон покупает мне все эти вещи. Неудобно, но приятно.
Дядюшка возил меня раз в полгода на рынок и покупал, что подешевле. А Тихон просто стоит в стороне, не интересуясь ценами. И глазом не ведёт на итоговую стоимость. Лишь смотрит так, словно хочет дать мне больше того, что я выбрала. И целует, вызывая мурашки по спине.
Когда он отлучается в туалет, я даже не дышу. Боюсь. И понимаю, что не людей вокруг. А того, что он не вернётся. Но вот он возвращается, и я снова могу дышать.
На ужин он выбирает для меня нежное суфле из кролика и овощи на пару, для себя — говяжий стейк с жирным картофелем в специях.
Тихон предлагает мне выбрать десерт, и я рада, хоть меня и смущают цены в этом заведении, но я не могу удержаться. Сладкое я люблю, хоть и позволяю себе нечасто. А когда вижу на странице меню корзиночку со свежей малиной, воля начисто покидает меня. Никогда не ела малину не в сезон!
Тихон смотрит на меня с лёгкой улыбкой, что делает меня слишком счастливой. Непозволительно. Словно я внезапно очутилась в сказке.
***
— Сегодня здесь переночуем, а с утра поедем домой, — говорит мне Тихон в номере.
— Хорошо.
Я ждала этих слов с самого выхода из его дома. Ждала его решения. И мне становится легче от того, что он забирает меня с собой. Я пока не готова вернуться в свою прежнюю жизнь. Но знаю, что однажды мне придётся это сделать. Я не тешу себя пустой надеждой. Но… Чем больше я провожу времени в компании сурового мужчины, тем больше веры пробуждается в моей душе. Может, думаю я, он найдёт небольшой кусочек тепла в своём сердце и не захочет меня отпускать?
Тихон подходит ко мне и уверенно целует. Его поцелуй настойчиво кричит мне о его желании.
— Сейчас я тебя искупаю, Севиндж, — говорит Тихон. — А потом сделаем следующий шаг.
И я замираю. От страха. От предвкушения. Что он приготовил для меня на сегодня?
***
Он не целует и не касается меня, просто раздевает, глядя в глаза. Я вижу, что он держится из последних сил, чтобы претворить свой план в действие. Чтобы не сорваться и не начать прямо сейчас.
А потом он раздевается сам, и я тяжело сглатываю. Стараюсь не смотреть во все глаза, но взгляд упрямо натыкается на его огромную, гордо поднятую вверх плоть.
Тихон набирает ванну и вливает туда ароматную жидкость, от которой на поверхности воды веселыми разноцветными бликами начинают искриться маленькие пузырьки.
Мужчина смело перешагивает бортик ванны и подаёт руку мне. Нерешительно вкладываю руку в его раскрытую ладонь, и он сжимает мои пальцы.
— Не бойся, — хрипло шепчет он. — Это просто купание.
И я решаюсь.
Тихон сажает меня спиной к себе и садится сам. Его ноги широко расставлены и повторяют силуэт моих, а его член упирается мне в спину. Мужчина расплетает мою косу и моет волосы. Едва касаясь, начинает массировать кожу головы, спускаясь вниз. Растирает по шее и плечам ароматную жидкость из бутылочки, нежно гладит руки, ласкает ключицы, обводит линию груди. Его руки погружаются в воду. Тихон пробегается пальцами по моему животу и опускается ниже.
Мои нервы скручены в напряжённый узел, и я хочу почувствовать его руки, его пальцы на себе. Я откидываю голову назад, на его плечо, когда это наконец происходит, и закрываю глаза. Но Тихон делает лишь пару скользящих движений и мягко смеётся прямо мне в ухо.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Нет, Севиндж, я не сделаю этого здесь, — говорит он, и с моих губ срывается вздох разочарования. — Пока я просто купаю тебя, милая. Оставь немного энергии на потом. Обещаю, это того стоит!
Он включает душ и быстро ополаскивает меня, после чего несколькими размашистыми движениями рук намыливает своё тело и волосы и смывает пену. Он выходит из ванны и повязывает вокруг крепких бёдер полотенце, после чего поворачивается ко мне. В его руках небольшая коробочка. И я знаю, что это такое.
Смотрю с ужасом. Он же не может сделать это?
— Надеюсь, у тебя нет аллергии? — спрашивает мужчина.
О, нет! Я топчусь в пустой ванне. Мне стыдно.
— Я никогда не…
— Не волнуйся, милая. — мягко прерывает он. — Я всего лишь хочу хорошенько позаботиться о тебе. Меня не смущает… наличие волос… где-либо на твоём теле. Просто позволь мне, и я обещаю, что всё будет ощущаться гораздо ярче.
Он хитро улыбается, словно знает какую-то большую тайну, и добавляет:
— Или ты можешь сделать это сама.
Я смотрю на него во все глаза, но не вижу на лице ни намёка на издёвку. Только заботу. И это успокаивает меня. Он действительно не хотел меня унизить! Я дышу ровнее и думаю. С одной стороны, я должна сделать это сама, но с другой — я абсолютно не имею ни малейшего представления, как делать депиляцию при помощи крема. Я вообще не знаю, как делать депиляцию, потому что, ну… я никогда не думала о подобном.
— Да, Тихон, — решившись говорю я. — Я хочу, чтобы ты помог мне.
Мужчина деловито читает инструкцию и уверенно наносит крем на мои ноги, а потом — я закрываю глаза — скребок скользит по моему лобку и слегка касается внешних половых губ.
— Не бойся, Севиндж, — шепчет Тихон, — миллионы девушек делают это каждый день. Подними руки.
Я подчиняюсь, не рискуя открыть глаза.
Когда наконец эта долгая процедура заканчивается, он снова намыливает меня везде, где был крем, хорошенько смывая остатки тёплой водой.
Тихон накидывает на меня большое полотенце и аккуратно берёт на руки.
— Готова? — шепчет он, накрывая мои губы поцелуем.
Не знаю, что меня ждёт за дверями ванной, но я готова. И меня почти не смущает огромная кровать и наша нагота.
Глава 22
Он.
Бережно сжимаю свой ценный груз, обрывая поцелуй.
— Да, Тихон, — еле слышно говорит она. — Я готова.
Улыбаюсь. Снова целую. Откидываю одеяло и кладу девушку на белые простыни. Полотенце распахивается, и пару секунд она раздумывает — прикрыть тело или оставить как есть? Облегчаю ей задачу.
— Оно нам больше не понадобится, — говорю ей и отбрасываю полотенце в сторону.
Её соски напрягаются от холодного воздуха в номере. Хочу, чтобы напрягались в предвкушении ласк! Но они заостряются независимо от моих желаний, и я хочу скорее уделить им как можно больше своего времени. Отогреть поцелуями.
Укладываю девушку на подушки. Нежно целую, ощущая волну дрожи. Касаюсь хрупкого тела. Прокладываю дорожку поцелуев от шеи до тугих вершин груди и смакую их во рту. И мне кажется, что теперь я тоже люблю малину.
Целую живот. Обвожу языком по кругу аккуратный пупок. И раздвигаю её ноги.
Севиндж обеспокоено смотрит на меня.
— Не бойся, — говорю хрипло, — сейчас я поцелую тебя. Тебе понравится. Обещаю.
Покрываю медленными поцелуями внутреннюю сторону бедра. Щёлкаю языком по чувствительному бугорку, и тело девушки содрогается мне навстречу.
Моя маленькая соблазнительная игра окончена. Вжимаюсь жадным ртом в её нежную плоть и начинаю кружить языком по складкам. Тонкие пальцы сжимают простынь, и я издаю довольный рык. Знаю, что сейчас всё закончится быстро. Несдержанная она. Не понимает, что можно лишь немного потерпеть, чтобы продлить удовольствие. Но я её научу. Непременно.
