- Не знаю, святой отец. Он все время сидел ко мне спиной, и я не видел лица. У него светлые прямые волосы до плеч, сильные жилистые руки... Высокий. Одет довольно бедно, во все синее. Только плащ мне показался из дорогого материала, скорее всего, из ригийского шелка, но я не уверен в этом, святой отец.
- Уж не Синий ли это пустынник?
Сурт съежился.
- О чем говорил высокий? - после короткого молчания спросил гнофор.
- Я плохо слышал его, святой отец, - сказал Сурт. - Но, кажется, они беседовали о том, что происходит в Стране.
- А о тайнике с записями не упоминали?
- Нет, святой отец. По-моему, нет...
- Ладно! Теперь я убежден, что тайник именно в этом забытом храме! Надо спешить! - Гнофор поднялся. Торопливо, но без суеты и видимой тревоги подошел к лошади и, взобравшись в седло, оглянулся на Сурта: - Ты вот что... Столичный начальник отряда много знает. Обязательно разыщи его и...
- Я убью его, святой отец!
- Уедешь отсюда погодя, не сразу. - Плеть громко хлестнула в воздухе, и подковы глухо застучали по каменной мостовой.
Сурт постоял в задумчивости, опустился на колени и стал молиться маленькой статуэтке какого-то идола, которую всегда носил с собой, а когда поднял голову, увидел стоящего перед ним с обнаженным мечом Никора. В сухих глазах мальчишки на мгновение вспыхнул испуг, перевязанная рука дрогнула и медленно легла на грудь.
- Ну, гаденыш!... - Меч со свистом рассек воздух.
Сурт с непостижимой быстротой кинулся в сторону, перевернулся несколько раз и, пока Никор опомнился, был уже далеко.
С минуту Никор стоял, как заколдованный, потом приблизился к тому месту, где только что скрылся маленький негодяй, и уже сделал шаг, чтобы войти во двор дома, как вдруг услышал за спиной давно забытый голос:
- Стойте, Гел! Остановитесь!
Столбы рухнули - сначала один, за ним другой, - и лавина бесформенных камней чуть не раздавила Никора. Сильная рука вовремя схватила его за ворот и отшвырнула на мостовую.
Человек в белом плаще проскочил мимо, одним махом преодолел возникший завал и исчез за ним. Сидя на неровных булыжниках и машинально массируя ушибленный локоть, Никор бормотал растерянно, сквозь слезы:
- Может ли быть... может ли быть...
Потом стремительно поднялся и закричал:
- Рит! Это же вы, Рит! Или дух ваш? Или добрый спаситель в вашем облике?..
Лоэр скоро вернулся и улыбался, стоя на вершине завала, глаза его светились нескрываемой радостью. Он сбежал к Никору и так крепко прижал к себе, что кости у того хрустнули и сдавленный крик вырвался из груди:
- Вы ли это, Рит?
- Конечно же, друг мой! Однако я упустил мерзавца, который покушался на вас!
- Злой дух с ним... Злой дух с ним. - Никор все еще не мог поверить, что встретил живого Лоэра. - Постойте... значит, все что болтали о вас... - Лицо его наконец осветилось весенним солнцем. - Боги! Боги! Как это хорошо! - Он слабо, по-женски обнял друга и, чтобы скрыть слезы, уткнулся ему подбородком в плечо.
- Ну же, ну, Гел, перестаньте... Вы не представляете, как я рад вас видеть!
- Да, да, Рит. - Никор смущенно утер щеки, чуть отстранился и стал внимательно разглядывать Лоэра. - Вы возмужали. А усы и борода... впрочем, они необходимы - труднее узнать вас.
Лоэр засмеялся.
- Что вы, Гел! Меня здесь окликают даже те, кого я совсем не знаю! Но о чем мы болтаем, друг мой? Отложим все разговоры до трактира! А теперь идемте: хочу рассмотреть вас на солнце, хочу слышать ваш голос!
- Идемте, идемте, любезный Рит... О боги! Как это хорошо! Вы со мной! Вы здесь! - Никор вскинул руку и, вдруг что-то вспомнив, опустил ее на плечо Лоэра. - Я забыл, Рит... Мне надо срочно зайти к одному горожанину.
- А может, к горожанке? Вы оговорились, Гел! Ой, смотрите, скажу эрине Алии!
- Нет, нет, любезный Лоэр. Дело весьма важное и еще более неотложное. Зато потом я свободен. Где ваш конь?
- Здесь, неподалеку.
- Ну, а мне придется взять лошадь своего противника.
Лицо Лоэра омрачилось.
- Что-нибудь серьезное, Гел?
- Пустяки!
- Вы уверены? Я же совсем случайно оказался здесь!
- А, кстати, что вы делали в этом пристанище диких кошек и гиен?
- О, тут у меня была тайная встреча, которая дала массу полезного!.. Ах, как много мне надо сказать вам, мой славный Гел!
- А мне еще больше, Рит!
Они крепко обнялись и зашагали по перекошенной мостовой, глядя друг другу в лицо и спотыкаясь о торчавшие камни.
7. СТРЕЛА ДЛЯ НИКОРА
К брату соратника Урса Латора друзья проехали дворами, в дом вошел один Никор, и тут же вернулся в сопровождении седовласого старика и двух юношей, один из которых был рабом. Старик казался взволнованным и все время просил молодых людей поторопиться. Те, на ходу пристегивая мечи и принимая из рук старика арбалеты, подошли к Лоэру, стоявшему возле коней, ни слова не говоря, вскочили в седла и пустились с места в карьер.
- Что все это значит, друг мой? - спросил Лоэр.
Никор опустил голову и не сразу ответил:
- Не знаю - имею ли я право выдавать чужие секреты...
- Разумеется, нет, Гел, если это не связано с изменой или заговором против народа. Однако, если нужна моя помощь...
- Благодарю вас, любезный Рит, но там разберутся без нас.
Все тот же. Все тот же Рит. По-прежнему готов помочь каждому. Отпустил усы. Не усы, а пух - мягкий, как мех соболя... Никора так и подмывало рассказать о встрече с Синим Пустынником, и все же он сдержал себя, помня обет молчания. Успокаивало, то что с посыльными брата старого Рама он передал о готовящемся нападении гнофоров на тайник разрушенного храма.
Когда друзья вышли на площадь Амазонок, водяные часы на башне храма бога лесов показывали уже шестой час. Быстро надвигались короткие сумерки. Ленивые факельщики неторопливо бродили от дома к дому и будто нехотя требовали от хозяев зажигать большие факелы для освещения улиц. Дневной шум постепенно затихал, было слышно, как скрипели водяные колеса, поднимавшие воду в верхние этажи.
Торговцы неторопливо закрывали свои лавки. Веселые краснолицые виноделы окликали молоденьких рабынь, грубо шутили с ними, и, крякая от удовольствия, прикладывались к большим глиняным кружкам, не обращая внимания на громкую брань дородных жен.
В храмовой роще время от времени призывно ударяли в тамбурины священные блудницы, слабо долетал их негромкий журчащий смех, а через растворенные двери храма виднелись сверкающие в свете бесчисленных светильников богато убранные залы и бледные безликие гнофоры в длинных одеяниях.
Едва друзья успели свернуть с площади на узкую улицу, как вдруг о каменный забор со звоном ударилась стрела. Лоэр огляделся по сторонам, поднял стрелу и осмотрел.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
