— Честное слово, нет. Если думаешь, что я постоянно читаю твои мысли, ты ошибаешься. Неинтересно знать ответы на все свои вопросы.
Таша улыбнулась. Самым краешком губ.
Полуулыбкой, полуусмешкой.
— Поживём — увидим…
* * *
— Проснись.
Таша открыла глаза: казалось, она закрыла их лишь секунду назад. Поморгала, не понимая, где она. Села на кушетке — и лишь затем вспомнила, что не должна была сесть.
Однако ремни исчезли таким же чудесным образом, как и появились.
Таша неуверенно огляделась. Бородач, отступив на шаг, внимательнейшим образом созерцал пол, зачем-то сжимая в руках правдометр. Белобрысый лихорадочно что-то дописывал. Орек выжидающе смотрел на Советника — а тот в глубокой задумчивости глядел в потолок, подперев рукой подбородок.
Похоже, допрос был окончен.
И это всё? А как же пронесшаяся перед глазами жизнь?..
Таша собралась с духом.
— Я…
Взгляд Советника, наконец обратившийся на неё, заставил все слова трусливо ретироваться.
Не отводя глаз, без всякого выражения на аристократичном лице Эдреми Айронсул поднялся со своего стула. Шагнул вперёд. Сочувственно улыбнулся.
Провал, обречённо поняла Таша.
Советник сделал ещё шаг…
И склонился в поклоне.
— Его Величество ждёт, — изрёк он, — Морли-малэн.
Как выяснилось, спуститься на допрос и выйти сухим из воды — это полдела. Надо было ещё вернуться наверх, не пав смертью храбрых на бесконечной лестнице.
Таша уже оставила позади не один десяток ступенек, но всё ещё осмысливала то, что услышала после пробуждения. Как выяснилось, за время её сна маги успели не только просмотреть её память, но ещё и исследовать перстень Морли, украшавший её палец, и допросить на правдометре Орека, к которому после раскрывшейся тайны Кэйрмиль сразу возникли некоторые интересные вопросы. В частности, действительно ли он непричастен к её деяниям — и не имеет ли отношения к смерти жены и брата.
К счастью, правдометр убедительно подтвердил, что нет.
— Любопытно, однако, что вы сразу не обратились к страже, Норман-энтаро, — будто услышав Ташины мысли, отстранённо бросил через плечо Советник.
— Если б не Таша-лэн, я предпочёл бы вообще не предавать это огласке, — сдержанно ответил герцог из-за Ташиной спины. — Об этом не говорили даже слугам, для них мы с Кэйрмиль просто разошлись. Когда о подобном инциденте знает кто-то, кроме тебя, утечка информации может произойти в любой момент. Я не хотел и не хочу, чтобы имена моих родных полоскали в каком-нибудь новостном листке, а меня заклеймили как супруга их убийцы.
— И даже не хотели справедливого возмездия для этой самой убийцы? Так прониклись словами этого дэя о прощении врагов своих?
Орек помолчал.
Так, будто и сам не знал ответа на этот вопрос.
— Да, — поколебавшись, наконец откликнулся он.
— Надеюсь, Морли-малэн, когда-нибудь мне доведётся услышать проповедь вашего отца. Судя по всему, он просто демонски убедителен, — в голосе Советника прорезалась насмешка. — Что ж, думаю, в особом отделе стражи с вашей жёнушкой разберутся быстро. Боюсь, вам предстоит нанести туда визит в самое ближайшее время… но не беспокойтесь, Ваша Светлость. Тамошние сотрудники не любят, когда новостники лезут в их дела. Ваша тайна останется тайной.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Айронсул-энтаро, — неуверенно произнесла Таша: наконец осознавшая одну простую вещь.
— Да, Морли-малэн?
— Вы сказали, что перстень зачарован… и надеть его может лишь тот, кто имеет на это право. Либо Морли, либо вошедший в семью. Но тогда выходит, что досмотр моей памяти не был нужен?..
— Допрос — формальность, которой, увы, нельзя избежать. К тому же мы должны были узнать, кому доверяем наследие одного из древнейших родов королевства. — Повернув голову, Советник бросил на Ташу несколько ироничный взгляд. — Да, как и сказал герцог, мнимая помолвка останется между нами. Его Величество, конечно, захочет лично просмотреть протокол, но его это разве что повеселит… а любопытная у вас семья, Морли-малэн. Я даже никогда не слышал о таких, как ваш брат. И о телепатах такой силы, как ваш отец.
— Даже я за минувший час узнал о них много нового, — усмехнулся Орек.
— А скажите на милость, — уклоняясь от темы, спросила Таша, — зачем нужна была игра в хорошего и плохого стражника, если я не должна была ни в чём сознаваться?
— Игра? — в голосе Советника просквозило удивление. — Никакой игры, Морли-малэн.
— Но я…
— Чен и Тьен — первоклассные специалисты и отличные напарники, однако, к сожалению, полярно различные по характеру. Ирония судьбы, но им и играть не надо. Кстати, учитывая особенности здешней акустики и то, что обсуждаемые поднимаются следом за нами, советую в следующий раз говорить подобное несколько тише.
В подтверждение его слов откуда-то снизу донёсся двойной смешок.
— Идут за нами? Значит, на сегодня они свободны?
— Во всяком случае, не обязаны сидеть в подземелье. А вам-то что?
— Ну… я за них рада.
Советник мельком обернулся, и Таша — к своему огромному удивлению — заметила на его лице улыбку.
— Ясно. — Мужчина помолчал. Отвернулся, и в голос его, на миг потеплевший, вновь вернулась корректная нулевая температура. — К слову, теперь вам не нужно объяснять Его Величеству всю сложность ситуации, в которую вы попали. Он прочтёт протокол и, уверен, примет меры по вашей защите. Для него это будет делом чести. Какая жестокость, какая бесчеловечность…
— Святой отец говорил мне, что тебя преследует некромант. Тогда, когда ты убежала с бала, — тихо произнёс Орек. — Но я и подумать не мог, что всё настолько серьёзно.
Она лишь невесело улыбнулась.
Лестница вскоре кончилась, однако выяснилось, что радоваться рано: им предстоял подъём на вершину Королевской башни, что являлась одной из самых высоких во дворце. Учитывая, что дворец строили давно, а лифты вошли в обиход недавно, подниматься снова пришлось на своих двоих.
— Надеюсь, бальный зал… расположен… несколько ниже? — выдохнула Таша где-то на полпути.
— Да, он внизу, — невозмутимо ответил Советник, который даже не подумал запыхаться. — Гостям предстоит всего-навсего подняться по парадной лестнице.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Может, всё-таки примешь мою руку? — уже не в первый раз предложил Орек.
И теперь Таша не стала отказываться.
