Читаем без скачивания Костаная кукла - Холли Блэк

Кто-то прошелся по твоей могиле? Твоя белокурая подруга. В этих словах было что-то до боли знакомое, и в голове Зака промелькнула мысль.

— Нет, стойте. Тиншоу. Вот, что он сказал в автобусе: «Я не буду говорить с блондинкой». Потому что ему не нравилось, как она на него смотрела. Помните?

— Я помню, — сказала Элис. Поппи кивнула.

— Вы думаете, он тоже говорил о кукле? — Зак почувствовал озноб. Он хотел, чтобы призрак на самом деле существовал, но чем больше Элеонора казалась ему живой, тем сильнее был страх. Он старался не смотреть на Королеву. Он старался не думать о том, что значит «она очень голодна». Он старался не замечать того, что ее щеки сегодня были слегка розоватые, как будто она ела нечто иное, а не пончики.

Они должны похоронить ее и как можно скорее.

— Итак… — сказала Элис. Она проверила телефон, а затем достала карту. Она была порвана посередине, но Элис разложила ее на столе так, что карта казалась целой. — Сейчас десять сорок три, а следующий автобус будет только в четыре тридцать. У нас еще есть время, но мне просто необходимо быть в том автобусе.

— Ист Ливерпуль не так далеко, — сказала Поппи. — Так сказал Зак прошлой ночью. Мы все еще может туда добраться. Пешком. Как путешественники.

Они долго молчали.

— Я иду, — сказала Поппи, прижимая куклу к себе. Ее щека уперлась в бледный костяной лоб куклы. Ее глаза, казалось, были открыты еще больше. Молочно-белые и черные посередине. — С вами или без, — ее голос был тихим.

Зак думал о еде, раскиданной между деревьев, о разорванном спальном мешке. И задумался, что же еще может сделать призрак. Ты когда-нибудь слышал что-то подобное? Когда ты проходишь мимо кладбища, нужно задержать дыхание. Если ты этого не сделаешь, то духи недавно умерших проберутся через рот в твое тело и завладеют им.

Но он уже решил. Он не отступит.

— Приключения еще не закончились, — кивнул он. — Я иду

Элис похлопала ладонями по столу, будто призывала всех к порядку.

— Я не трушу. Я тоже хочу приключений, ясно? Это так. Но мне нужно вернуться домой до вечера, иначе бабушка сойдет с ума. Она позвонит в полицию. Я никуда не смогу выйти не один месяц, и она будет мне это припоминать всякий раз, когда я спрошу разрешения что-нибудь сделать. Всегда. Поэтому я не могу опоздать. Ладно? — громко сказала она, и слова выходили все быстрее, а когда она закончила, воцарилось молчание.

— Хорошо, — наконец сказала Поппи.

— Итак, слушайте, я хочу с вами, но только если вы пообещаете, что сегодня мы вернемся домой. Автобус отправляется в четыре тридцать, и я хочу, чтобы вы пообещали, что мы на него не опоздаем. Пообещайте, что мы вернемся, если будет нужно. Пообещайте, что вернетесь вместе со мной.

— Но что, если мы будем практически на месте и… — начала Поппи.

Поппи колебалась:

— Я не собираюсь возвращаться, не закончив дело.

— Тогда я отправлюсь на остановку сейчас же, — сказала Элис, вставая со стула. — Вы с Заком можете идти вместе, без меня.

— Подожди, — сказал Зак, поворачиваясь в ее сторону. — Мы пойдем вместе. Нам нужно держаться рядом. Мы успеем закончить дела в Ист Ливерпуле и вернуться домой.

Элис скрестила руки на груди.

— Поппи, — сказал Зак.

Она вздохнула.

— Хорошо. Но если мы хотим успеть во время, то нужно идти немедленно. И идти быстро.

Зак протянул руку, чтобы поднять Поппи.

— Мы готовы. Ждем только тебя.

Поппи встала без его помощи, держа в руках Королеву.

— Теперь-то вы мне верите? В мой сон. В призрака. Вы же мне верите?

Зак только собрался сказать ей, что тоже видел сон про Элеонору, но Элис его опередила:

— Конечно, мы верим.

Вместо этого Зак взял пончик с Пепто-Бисмол и сунул в рот.

Глазурь была приторно сладкой, но оставляла горькое послевкусие на языке.

Глава 10

Приключение оказалось скучным. Зак вспомнил все фэнтезийные книги, которые он читал, где группа путешественников бороздила земную твердь, воплощая свои желания в реальность. Сперва он представил себе верного скакуна, на котором проделал бы большую часть дороги, так что он даже не мог вообразить, что на левой пятке натрет волдырь, или что это сделал маленький камушек, забившийся под носок, такой крохотный, что, даже сняв носок, Зак его не нашел.

Он не хотел думать о том, как будет печь солнце. Когда он собирал припасы, то даже и не думал про крем от загара. Арагорн никогда не пользовался кремом от загара. Таран никогда не пользовался кремом от загара. Но, несмотря на все это, он был уверен, что его нос будет красным, когда он взглянет в зеркало.

Ему хотелось пить, такое случается во многих книгах, но жажда мучила его сильнее, чем какого-либо книжного персонажа.

И в отличие от книг, когда в самый скучный момент появлялись монстры или разбойники, Заку не с кем было воевать, разве что с тучами комаров, пару или тройку которых он случайно проглотил.

Приключение совсем не было похоже на путешествие по невероятным долинам Средиземья, на лес, полный Энтов и эльфов, снежный горный перевал, кишащий орками; оно больше напоминало прогулку мимо промышленных зданий и лужайки для игры в шары. Со временем склады поредели, и осталось лишь шоссе с одной стороны, да вода — с другой. Ребята продолжали идти вдоль дороги, иногда останавливаясь, чтобы попинать камни или поправить рюкзаки.

Элис шла впереди, Зак — следом за ней. В руках у нее была травинка, которую она пыталась превратить в свисток, как, утверждала Элис, мог сделать ее дядя. Но у нее пока получалось только шипение.

— У меня есть идея, — сказала Поппи, ускорив шаг и поравнявшись с Заком. Она все еще несла Королеву: кукла сидела у нее на бедре, как ребенок. Зак старался не пересекаться с ней взглядом.

— Об Уильяме. О том, кем был его отец.

— Ты обещала, что больше ни слова об игре.

Хотя это его и раззадорило. С тех пор, как он перестал играть, ему было интересно узнать, чем закончится история. И ему было скучно.

— Нет, — сказала Поппи, хитро улыбаясь. — Я обещала не спрашивать, почему ты перестал играть. И не нарушаю обещания.

Зак вздохнул. Он спорил, потому что думал, что так нужно, а не потому, что так хотел.

— Думаю, у меня тоже есть пара идей, — признался он.

Поппи с удивлением посмотрела на него.

— Серьезно?

— В конце концов, это мой персонаж. Но, даже если его отцом окажется хоть сам Король Серой Страны, он все равно останется пиратом. Он счастлив там, где он есть, на Жемчужине Нептуна. И отец не изменит его судьбы.

Поппи странно посмотрела на него, как будто страшно хотела спросить, почему он думает о таких мелочах, когда сказал, что больше не будет играть. Но на этот раз она поступила умнее и промолчала.

— Даже если его отец — Герцог Леденящего Кургана?

У них не было для него куклы, но Герцог слыл негодяем, очень и очень злым. Преступления доставляли ему удовольствие. Он поднял армию зомби из сломанных кукол для захвата всех остальных земель. Он отрубил головы своих врагов и похитил злую жрицу, чтобы сделать ее своей герцогиней. Другой персонаж, которым играл Зак, воевал с его армией на Серебряных Холмах и чуть не погиб. Его исцелила одна из кукол Элис в храме, сделанном из обувной коробки.

— Было бы замечательно, — сказал Зак. — Если бы Уильям был сыном Герцога, то он смог бы подобраться к нему поближе и покончить с ним. Или Герцог мог сказать, что Уильям его сын, а, на самом деле, он мог оказаться ребенком кого угодно. Может быть, даже кого-то гораздо лучше. Типа древнего пиратского лорда или какого-нибудь монстра.

Поппи выглядела растерянной. Она придумывала хорошие истории, но не всегда воспринимала должным образом различные мелочи, которые выдумывали Зак с Элис, независимо от того, какими бы невероятными они ни были. Ей потребовалось время, чтобы принять вселенную, над которой у нее не было абсолютной власти.

Элис резко остановилась.

Дорога закончилась. Впереди другая широкая река впадала в Огайо, делая невозможным дальнейший путь. Два моста соединяли противоположные берега, но Зак понял, что им эти мосты не помогут. Один мост был железнодорожным, поржавевшим и закрытым, с большими дырами на месте некогда выпавших металлических рельс. Другой был массивным бетонным трехполосным шоссе, к тому же платным и без пешеходных дорожек.

— Ну, ничего не поделаешь, — сказала Элис. У нее было странное выражение лица: то ли облегчение, то ли разочарование.

Зак вздохнул, глядя на реку. С другой стороны неизвестной реки были запущенные причалы. Если бы это была книга или кино, они встретили бы загадочного незнакомца, который бы их и переправил. Как Харон. Возможно, попытается обмануть их, но если они поступят умно, то не попадутся на уловку. И если бы Зак был Уильямом, ему не нужно было бы переплывать на другую сторону, ведь у него была Жемчужина Нептуна — двухмачтовая шхуна — и его команда.