– Но Шаэт благороден, он рисковал жизнью, чтобы предупредить меня.
– А вы не задумывались, ваше неразумное высочество, почему король именно его определил вам в услужение? И вас не насторожило, доверчивый мой ученик, что тайные планы монарха мимоходом узнает какой-то мелкий паж? Мы, как ваши телохранители, обязаны знать всё о тех людях, которых подсовывает вам король. У Шаэта нет родственников во дворце. Роберт с его помощью хотел спровоцировать вас на немедленное бегство, и тогда у него появились бы все основания отменить договоренности с Белогорьем, не опасаясь войны с горцами.
– Все равно не понимаю, зачем ему предупреждать нас о том, что хочет помешать мне уехать?
– Поверите ли вы, прекрасный мой принц, что ваш наставник знает чуть больше вашего несостоявшегося пажа? Роберт даст вам уехать, чтобы не гневить горы, но по его замыслу вы не доедете. Он собрался инсценировать ваше похищение, Лэйрин.
На следующий день король вел себя как ни в чем не бывало, о Шаэте и не спрашивал. Затем устроил прощальный ужин, а после зашел благословить на добрый ночной кошмар в аду и очень трогательно посетовал, что завтра его сын и наследник уезжает.
В ту последнюю ночь во дворце Рагар усыпил пажа в комнате охраны. Не способом быстрой заморозки, как насекомых, но надежно. Погасил свечи, распахнул окно.
И тут же порывом ледяного ветра обожгло щеку, и в моей спальне появился вейриэн.
Или не вейриэн.
К моему стыду, я плохо их тогда различала: до того они были похожи – белоликие, черноглазые, высокие. Впрочем, в том возрасте всё кажется огромным. Но явившийся не принадлежал к моей охране. Таких я вообще еще не видывала.
Его лицо с тонкими чертами казалось полупрозрачной маской, расписанной морозными узорами. Серебристые волосы искрились, и это была не седина. Что я, седины у сэра Лоргана не видела? Стоило ему пошевелиться, по его волосам пробегала мерцающая волна лунного света. А глаза! Не бывает таких глаз у людей – россыпь звезд по ночному небу, и бездонные зрачки, засасывающие душу смотрящего. Настоящий демон, жуть какая.
Я опомнилась и отвернулась.
Явившийся поклонился, но этого ему показалось мало, и он встал на колено перед Рагаром.
– Приказывай, господин, – голос существа был низким и гулким, как рокот, мороз по коже пробрал.
Я села. Нет, я уже сидела, но убедилась, что не падаю. Высшему вейриэну Рагару служат такие существа? А я еще имела наглость ему приказывать, как выразился рыжий король равнин!
– Принц Лэйрин, – повернулся ко мне Рагар. – Познакомьтесь с настоящим снежным дьяволом. Тех, кого вы видели до сих пор – белых воинов-вейриэнов, люди считают таковыми по невежеству. Мастер Сиарей – ласх. Его родина – Север.
– А там все такие потрясающе красивые, как вы, мастер? – осведомилась я.
– Там все… разные, ваше восхитительное высочество, – пришелец улыбнулся, и звездная россыпь в его глазах закружилась, моя голова тоже. Я отвела глаза, продолжая искоса наблюдать. А вот прямо в лицо ему, пожалуй, смотреть не надо.
Рагар одобрительно кивнул мне – ему всегда доставляло удовольствие, если я соображала раньше, чем он предупредит об опасности.
– Сиарей, – сказал он. – Нам нужно усилить охрану принца Лэйрина до двух сотен твоих воинов, в зависимости от обстоятельств.
– А… как же договор? – выдавила я, внезапно охрипнув. Если люди увидят меня в обществе подобных существ, сожгут как колдуна уже не во сне, а наяву.
– Там есть лазейка. В договоре сказано только о горных воинах – не более шести. Но Сиарей приведет северян. Ласхов. Их никто не заметит, пока не возникнет необходимости. Я ставлю вас в известность, ученик, чтобы вы не испугались, если вдруг они свалятся как снег на голову.
Ночью по дворцу начали гулять морозные сквозняки, удивительные для последних жарких дней лета, но король Роберт Сильный, если что-то и заподозрил, утром ничего не сказал. Да и какие претензии он мог предъявить? Поди поймай ветер за шкирку и докажи, что это моя охрана.
Я никогда даже дня рождения не ждала с таким предвкушением, как день отъезда из Найреоса. И он наконец наступил!
Сопровождение король дал нам внушительное – сотню рыцарей во главе с бароном Аниром фьерр Гиртом, но сам не поехал. Государственные дела у него вдруг обнаружились. Разоренные им отцы тех двух исчезнувших фрейлин взбунтовались несколько дней назад, и Роберт собирал двухтысячную армию для усмирения.
Армию. На двух несчастных баронов, ну-ну.
Конец ознакомительного фрагмента.
