— Марьяна Петровна! Что у вас там случилось? — надрывался Грег в трубку.
— Оборотень… — выдохнула она.
— В смысле? Оборотень в погонах? Капитан? Ну да, он…
Слова помощника слились и превратились в раздражающий комариный писк. Все чувства обострились до болезненного порога, но остатки человеческого сознания подсказали Марьяне поднять телефон и включить камеру. Руки дрожали и плохо слушались, обрастая шерстью, поэтому телефон пришлось держать обеими лапами, царапая экран выпущенными когтями. Зверь не шелохнулся. Он продолжал смотреть на Марьяну, однако его шерсть, как и у нее, встала дыбом. Щелчок — и снимок был сделан. Зверь прищурился. Марьяна могла бы поклясться, что он ухмыляется! И эта ухмылка была до чертиков знакомой! Господи, да он же ей позировал! И тут до слуха донесся какой-то шум. Зверь повернул голову, демонстрируя вытянутую морду, похожую на лисью. Марьяна невольно проследила за его взглядом. Из дома вывели Давида, заломив ему руку за спину. Мужчина пытался сопротивляться, ругался и угрожал, но ретивый жандарм тащил его к машине.
Зверь опять посмотрел на Марьяну и оскалил пасть. Она перестала дышать. Какого черта?.. Это его видела Лучана? Кто он? «Мой сын — человек!» Почему? Обрывки мыслей понеслись ураганом. Франция… 1769 год… якобы нищие пастухи… измененная на итальянский манер фамилия Шастелли… кровь оборотня… лисьи повадки… lupo…
— Лупо… — прошипела Марьяна.
Зверь опять повернул голову в сторону Давида и повел носом по воздуху. Он следил за Давидом!.. Почему?.. Зверь повернул голову к Марьяне и опять оскалил пасть. В до жути человеческих глазах мелькнуло какое-то странное просящее выражение. Потом зверь опять повернул голову к Давиду. Так ведет себя собака, когда хочет, чтоб человек пошел за ней!.. Или не за ней?..
— За Давидом? — шепнула Марьяна, обретая контроль над собой и втягивая когти. — Я должна пойти за Давидом?
Зверь ее услышал. Он встал и встряхнулся, снова повел носом в сторону Давида и посмотрел на Марьяну, оскалив пасть. Он словно пытался ей что-то сказать, но не мог! Не мог, потому что давно потерял способность становиться человеком? Это был оживший кошмар Марьяны… страх, что однажды она застрянет в кошачьем облике и никогда больше не станет человеком…
Негнущимися пальцами Марьяна тыкнула в телефон. Мадам Сигу ответила сразу же.
— Давида арестовали за убийство Касьенн Мондиелли, — выдохнула Марьяна.
— О боже!..
— И прямо сейчас я смотрю на лупо.
— Что?..
— Кто он? Он один из Шастелли?
Мадам Сигу всхлипнула.
— Младший… выродок Базиля… Я не… Не дайте им убить моего сына!..
— Вы зря его боялись. Лупо почуял родную кровь… Все это время он охранял своего брата… — и добавила почти неслышно, — пытался отогнать от него кошку…
Давид понимал, что все напрасно, но сдаваться не собирался.
— Если со мной что-то случится, вы не найдете настоящего убийцу. И разоритесь! Ваши виноградники заложены-перезаложены, только победа в конкурсе даст вам надежду!..
— В машину его, — лениво приказал капитан Мондиелли.
Он всегда напоминал Давиду разжиревшего и постаревшего Наполеона, опасного даже в отставке. А через несколько минут он полностью окажется в его руках… К счастью, вышла заминка, к дому подъехал священник.
— Что здесь происходит? — отец Поль соскочил с велосипеда и бросил его на подъездной дорожке. — Куда вы увозите Давида?
— Отец Поль, они думают, что я убил Касьенн! Позвоните в комиссариат Аяччо! И моему адвокату!
— Уймись, — приказал старик Шастелли, наблюдающий за ними с крыльца. — А ты, Поль, не вмешивайся.
— Касьенн убита? — перекрестился священник. — Господи, помилуй ее душу… Но вы не можете вот так… А как же наш проект?..
Капитан распахнул дверцу машины, и его молодой коллега попытался запихнуть туда Давида. Не на того напал! Давид извернулся и заехал руками в наручниках тому в пах. Жандарм охнул и отступил.
— Лягушатник чертов!.. Он пинается!..
Капитан недобро прищурился и положил руку на кобуру. Отец Поль в растерянности смотрел на все происходящее.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Она опять исчезла! — появилась в дверях Бернадетт.
Шастелли нахмурился и сплюнул на пол.
— Его сообщница удрала, — сообщил он капитану.
Они обменялись взглядами.
— Кто такая?
Давид тоже хотел бы это знать. Зря он повелся на ее кошачий шарм и поверил лживым обещаниям. Это она убила Касьенн! Но зачем? Марьяна явно была послана не Мондиелли, те бы не стали жертвовать одной из своих. Тогда кто ее послал? Его недруги с материка? Черт бы все побрал!
— Я сам с ней разберусь, — ответил старик Шастелли. — Увози его.
— СТОЙТЕ!..
Она едва не сбила с ног старую Бернадетт, вылетев из дома и размахивая телефоном. Глаза у Марьяны были как блюдца, желтые и огромные.
— А вот и она. Вези обоих.
— Никто никуда не едет!
Ее голос дрожал то ли от ярости, то ли от страха, зубы стучали, отбивая дробь. Марьяна тыкнула телефон под нос старику и прошипела:
— Я все знаю! Жеводанский зверь!
Шастелли неожиданно побледнел и отпрянул, выбив телефон из ее рук и наступив на него ногой, как если бы она сунула ему не телефон, а ядовитую змею. Жеводанский зверь? Давид нахмурился. Это было как-то связано с оборотнем… Ну конечно! Он вспомнил, как матери сделалось плохо во время просмотра фильма «Братство волка». Она разрыдалась и сказала, что узнала… что видела Жеводанского зверя, что он существует на самом деле. Но Давид тогда все списал на выходку мерзавца Шастелли, который воспользовался невежеством пастушки и устроил мистификацию, затравив ее собаками, чтобы выгнать с острова.
Капитан вразвалочку направился к Марьяне, доставая наручники. Она как-то вздыбилась, встала на цыпочки, выгнула спину и снова зашипела:
— Мой помощник уже позвонил в центральный комиссариат и в местные новостные агентства!.. Через полчаса здесь будет не протолкнуться от прессы! Советую хорошенько подумать, капитан Мондиелли!
Тот замер всего на секунду, потом хмыкнул:
— Полчаса мне хватит.
— Врет, — пробормотал старик, озадаченно растирая ладонью затылочную часть шеи и давя сапогом телефон. — В доме нет мобильной связи, а телефонный кабель я выдернул.
Она развернулась к нему и атаковала:
— Высокие технологии достанут вас везде, даже в горах! Зря старались! Снимок зверя уже ушел по спутниковому каналу моему помощнику! Месье Шастелли, немедленно прекратите это самоуправство, иначе скоро вся Франция получит такую сенсацию, что ваши туристические компании захлебнутся от притока желающих поглазеть на Жеводанского зверя!
— О чем она, Базиль?
И тут запищала полицейская рация. Давид выдохнул. Кажется, Марьяна, черт ее раздери или бог благослови? — кажется, она не блефовала. Молодой жандарм торопливо ответил, прикрывая рацию ладонью, однако капитан по его выражению лица понял все без слов.
— Базиль, у нас проблемы.
— Обоих под замок, мне надо кое-что проверить, — распорядился старик. — А ты езжай к Сигу домой, проведи обыск.
— Без ордера?
— Когда тебя это волновало?
ГЛАВА 15
Не полагаясь больше на комнаты с окнами, подозреваемых заперли в кладовой. Когда их тащили туда, Марьяна шипела так, что у Давида, уже знакомого с ее острыми когтями, мороз шел по коже. Едва захлопнулась дверь, и лязгнул затвор, который снаружи закрыла Бернадетт, Марьяна заметалась по тесному пространству, задевая висящие кольца фигателлы, куски панчетты и коппы.
Впрочем, внутри было темно, и Давид только догадывался, что она мечется, поэтому сделал шаг вперед и поймал ее практически на ощупь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Успокойся…
— Я его видела!.. Видела! — она забилась в его объятиях. — Жеводанский зверь! Он настоящий, понимаешь?
Давид прижал ее к себе и погладил по волосам, чувствуя, как она дрожит. Что-то не на шутку напугало ее, но он не понимал, что. Явно не угрозы старика и не глупости с оборотнем. Она могла сбежать, но вместо этого бросилась на его защиту. Если она убийца, и ее целью было его подставить, то такое поведение неразумно. А если убийца не она, то кто тогда?
