И вновь Чичеро оставалось невесело вздохнуть: что бы не узнали в Цанце два некроманта, передать это знание они не смогут, коль скоро собираются тут же нырнуть в подземные туннели. Нет, так разбрасываться драгоценными возможностями нельзя, понял Чичеро. Необходимо потребовать от Эйуоя, чтобы замок обязательно развернулся! Конечно, сейчас ночь, и группу мертвецов, идущую по болотной тропе вместе с Гны и Флютрю, разглядеть с высоты будет почти невозможно, но если дождаться рассвета, её будет надежда перехватить… В Цанце бы только не обратили внимание на суетливый подлёт к его стенам небесного замка!
Ах, до чего же всё изначально неправильно пошло! Сколько сложностей возникло, когда разделилась банда Дрю! И ведь случилось это оттого, что внезапный спасительный прилёт замка в бандитский Базимеж, не успевший оправиться от шока движения Порога Смерти, внёс такую неразбериху…
Завершая свой круг по стенам летящего замка, Чичеро решительно обратился к Бларпу Эйуою. Однако тот, продолжая о чём-то расспрашивать Уно, от предложения посланника немедленно развернуть замок в сторону Цанца, по сути, лишь вежливо отмахнулся:
— Замок ведут драконы, а их не переубедишь!
* * *
Мертвец Чичеро всегда отличался завидным хладнокровием. Поскольку он не спешил, он делал мало ошибок. Но уже с осени, после памятной стычки с Живым Императором, посланник сделался смешанным мёртво-живым существом, и известная импульсивность в его действиях появилась. Ещё бы, ведь удержать в узде троих горячих отшибинских карликов — тут и мертвецкого хладнокровия не хватит.
После отказа Бларпа всерьёз рассмотреть его просьбу о смене курса замка, Чичеро, и сам пребывая в известном раздражении, еле смог усмирить Лимна, Зунга и Дулдокравна, готовых уже выпрыгнуть наружу и обложить Эйуоя отборнейшей бранью.
Кажется, Бларп хорошо понимал чувства посланника, но не считал себя обязанным ими руководствоваться.
— Все ваши идеи, Чичеро, вы сможете воплотить в следующем же полёте. И посланника Дрю, и некромантов мы обязательно найдём, если только карательные отряды некрократии их не переловят. И хватит об этом! Послушайте лучше, какие изумительные слухи наш Уно принёс с рынка. Повторите самое важное, Уно!
Уно заколебался при ответе, наверное, он вновь удивлялся, вспоминая весьма разноречивые слухи, добежавшие к нему в Дрон неведомыми путями.
— В Дроне об этом много болтали: будто бы глубоко под нами, в подземельях Шестой расы у Владыки Смерти… отпала голова. Вот такой слух.
Судя по реакции Бларпа, этот слух был для него пока что нов. Не его он ожидал услышать, спрашивая Уно о самом важном.
— А как именно отпала голова? Упала, или, может, взлетела? — заинтересовался Эйуой.
— Да всяко болтали — и так, и эдак… Только голову не рубили. Сама отпала.
— Спасибо, Уно, за интересную историю! — саркастически усмехнулся Чичеро и стал спускаться с замковых стен во двор. Высматривать в тёмной ночи было нечего. Слушать, как оказалось, тоже.
Чичеро подошёл к той башне, в которую после драки с наложниками из лесов Кляма были определены его товарищи по Базимежу. Шестеро из них при слабом свете магической свечки коротали ночь за игрой в карты, Клех из Цанца и ещё двое мирно спали в углу.
Стоп, сколько же их было изначально, спутников Чичеро, поднявшихся на борт замка? Тогда их и не пересчитали. Сейчас их девять, но в какой-то момент — в тот самый, когда состоялась драка с изнеженными наложниками с Клямщины — их было точно восемь. Значит, кто-то из них куда-то уходил. Хорошо бы — просто по нужде. А если… Чичеро гнал от себя недобрые мысли, но те возвращались: всё-таки, в банде Дрю люди были всякие. Неужели кто-то шнырял по углам приютившего их замка в поисках каких-то ценных вещиц?
Можно было бы задать прямой вопрос игрокам: кто, дескать, отлучался? Но Чичеро отказался от этой идеи. Если один из них и впрямь что-то украл, то, зная о подозрениях, он сумеет сбросить награбленное. А уж с летящего по небу замка сбросить его можно так далеко, что ни в жизни потом не найдёшь, ни в посмертии. Лучше будет утром спросить у Бларпа, ничего ли не пропало, решил посланник, укладываясь спать в свободном углу.
* * *
Во сне, увиденном Чичеро, разговор между ним, Эйуоем и Уно продолжился. Вот уж точно: попробуй уйти от какой-нибудь глупости наяву, так она потом приснится. В сновидении Чичеро пытался доказывать, что слухам верить нельзя, а Бларп и Уно хором ему возражали, причём первый из них даже подыскивал неопровержимые аргументы.
«Слухов не следует бояться! — говорил Эйуой. — Их просто надо уметь собирать».
«Пожалуй, это так!» — поддакивал Уно.
«И что же надо, чтобы правильно их собирать?» — криво ухмыляясь, «интересовался» Чичеро, которому было и вовсе не интересно.
«Надо просто отличать верные слухи от ложных, вот и всё!» — отвечал Эйуой, и Чичеро поражался простоте и надёжности этой его методики.
«А как их отличать?» — вдавался в подробности Уно, которому и самому хотелось заранее знать, чему верить, а чему не стоит.
Бларп и тут не делал секрета: «Если слух существует только в одной редакции и повторяется слово в слово множеством людей, то это ложный слух, который распустили специально. В такой слух ничего не добавишь, он не будит фантазию рассказчика. Этот слух изначально прост и незамысловат, да таким и остаётся, ведь он рассчитан на немедленное действие и не даёт пищи для ума. Мерзок такой слух, ведь не зря его даже никому не захотелось переврать»…
Потрясённые Чичеро и Уно признавали правоту сказанного, а Бларп Эйуой продолжал: «Если же слух обрастает такими подробностями, что сама Смерть голову сломит, если он будит мысль каждого, кто его передаёт, если его версии противоречат друг другу и сами себе, то такой слух верен. И не важно, случилось ли то событие, о котором повествует верный слух. Важно, что такой слух верен сам по себе. Верен человеческой природе!». И хор ветров, обтекающих в ночи летящий замок, повторял за Эйуоем последние фразы.
И вскакивал тогда обрадованный Уно на самый мощный северный ветер, и кричал он оттуда, поднимаясь выше замкового донжона: «Мой слух об отпавшей голове Владыки Смерти, пожалуй, верен!».
И вскакивал Бларп Эйуой на восточный ветер, и взлетая ещё выше, чем Уно, подзуживал его: «А ты докажи, что твой слух именно таков!». Но Уно не терялся, а говорил, что об отпавшей голове ему доводилось слышать на рынках как Старого, так и Нового Дрона, что ни разу ему дважды не рассказали одного и того же, что рассказчики привирали прямо на ходу, и что ему самому сейчас приврать хочется.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
