Читаем без скачивания Воспитанник Шао.Том 2.Книга судьбы - Сергей Разбоев

— На внешнем конверте стоял адрес моего племянника. Но, внимательно изучив его, понял, что оно может быть адресовано только вам. Чего-то опасается наш друг, раз так серьезно перестраховывается.

Да и написал… Не иначе у него под тамошним солнцем крыша накренилась. Или девки до ума…

— Может быть, — остановил генерал, — с ним все может быть. Чан — очень своеобразная личность, хотя и не дурак. И все же он многого не хочет понимать.

Полковник любезно вынул из конверта совсем небольшой листок, на котором более, чем придурковато было написано: — "Бразилия, господа, очень скверная страна крикливых обезьян и сонных бездельников. Ягуары давно не водятся. Кругом испарения болот и нестерпимая жара от пустынь. Рио такой же непутевый, как и его обитатели. Никто ничего не делает, ничем полезным не занимается. Все поголовно гуляют, танцуют, бесятся, пьют мадейру, баб за юбки таскают. От дикой музыки голова ходуном ходит. Тяжко приболел от перемены климата. Жить охота. Тут с одним типом бутылки собираем. Выгодно. Хочется хороших девок, а платить нечем. Высылай, дорогой папаша, не скупись, бабу с бабками.

Отсыпаемся на пляже. Совсем забыл, чего сюда притащился. Решили податься на фазенды подрабатывать. В Сан-Паулу предлагают работенку: пыльную, но денежную. Хочу обзавестись законной женой. Есть одна мулатка: зверь баба-огонь и лед. Но нечем завлечь. Она очень богатая, а у меня последние трусы и те дырявые. Стыдно в борделе приличном показаться. Но зато тепло, как у нас. Размаривает. Месяц-второй совсем местным амиго стану. Привет старым завистникам. Не думайте, что здесь только один кайф. Донимают разные болезни, проблемы и проститутки. С коммунистическим приветом, блудный сын и любящий кузен".

— "Чан-Кай-Кок".

— Ну, что ты скажешь на это, дорогой? — Генерал обиженно откинул письмо. — Срам. Это докладывает полковник китайских спецслужб.

Идиотство. Докатились.

— Ничего у них видно не получается, — задумчиво теребил свои маленькие очки Линь. — Нужны деньги, нужен еще один человек. Наших командировочных явно не хватает. На самый дешевый номер не хватает, раз отсыпаются на пляже. И это полковник китайских спецслужб.

Докатились. Так и засветиться не мудрено.

— Ты меня не поддевай. Сам знаешь, какие у нас средства. А почему он нас старыми завистниками обзывает? — очень резонно вскипел шеф.

— Это не нам. Он шутит. Это тем, кто несвоевременно заглянет в это письмо. Чего-то очень остерегается, — примирительно успокаивал полковник.

— Хорош подчиненный. Свои обиды на нас валит. И мы ему подшутим.

Пришлем мелкие юани, пусть покрутится. Шутник. И прошу вас, товарищ Линь, так составьте ответ, чтобы ему попрактичнее думалось.

Контрразведчик. Пацан уличный какой-то. Наверное на след не попал, раз про ягуаров упомянул. Переменил тему с обиды на дело генерал.

— Скорее всего. — Уверенно подтвердил Линь.

— А чего он про гулящих, пьющих. К чему это все?

— Есть две причины: первое — сейчас в Рио карнавал. А второе, — полковник помолчал, не решаясь прямо что- то говорить. Но видимо служба перевесила и он, выделяя слова, медленно проговорил:-Резидентура наша ловчит, делает больше видимость работы.

— Ах, да. Да-да, — шеф, забыв свои прежние укоры, стал злым, недружелюбным. — Кто там у нас по Южной Америке? Майор Ха? Что-то давно он мне ничего не приносит по Латине. И я забыл наказать Чану, чтобы он заодно проинспектировал нашу агентурную сеть.

— Видимо уже проконтролировал, раз так резко не доволен.

— Молодец. Догадался шельмец. Все же поумнел. А вам, полковник, я ставлю задачу: проверить весь отдел по Южной Америке вместе с майором.

Никаких поблажек. Надоели. Полный отчет мне через три дня.

Генерал нервно застучал ногтем по коробке из-под карандашей.

— Если Чан в Сан-Паулу подался, значит там будет продолжать свои поиски. А фазенды причем?

— Неверное и оттуда какую-то информацию черпает.

— А насчет бабы чего это он?

— Видно, долго пробудет в Америке.

— Не выдумывай. Скорее всего новое неожиданное лицо появляется.

Все остальное у вас, полковник, пока логично. Как это вы друг друга по намекам понимаете? Ну и волки. Надо было вас туда вместе посылать.

Хотя, кто мне потом бы переводил ваши фривольные сочинения. А почему огонь и лед?

— Наверное, где-то уже стреляли и Чан об этом знает.

— Не понимаю. Убей не понимаю: с чего ты это все берешь. А трусы?

Бордель? Это к чему?

— Нужны смокинги. В высокие круги метит, — уже твердо и серьезно продолжал Линь.

— Здесь можно согласиться с твоими выводами. Но он хитер. Ловко намекает. На наших-то харчах. Мы и сами с тобой еще не прочь какую бабенку завлечь для пользы страны. — Генерал повеселел и раскованно захихикал. — А это, что его донимают болезни, проститутки?

— Полицейские. Да и мало ли еще кто?

— Но он меня все же достал: завистники. Тебя это не обижает?

— А чего обижаться? На школьной бумажке написано. Не гербовая.

— Ну тогда и пиши ему на такой же бумажке, что он Чан-Кай-Кок, артист и прочее. Кого пошлем к нему?

— Подумаю.

— Донесение составишь, дай почитать. Я ему тоже что-нибудь от Динстона попробую добавить. Сколько до Бразилии самолетом?

— За сутки управляются с пересадками.

— Может парусником отправим через Северный полюс, чтобы знал, плут, как правильно и уважительно депеши писать. Грамотей. Пусть бутылки собирает. Жизнь научит быть учтивее. Как ты думаешь, полковник?

— Так же думаю.

— Не шестери мне. Знаю, что не так думаешь. Сегодня же связника отправляй.

— Будет сделано, товарищ генерал. Сколько ящиков долларов отправлять?

— Не знаю. В каталогах должны быть расценки на самые скромные номера, питание. А на шик свой и баб пусть на бутылках подрабатывает.

От меня ему одну пустую бутылку перешлешь.

— И я пачку сигарет.

— С чего это ты такой щедрый. Левые имеешь? Не надо быть щедрее шефа. Спички перешлешь.

— Полковник ведь.

— Какой он к черту полковник. Детство у него еще звонкое и безоблачное. Думаешь он там делом занят? Напугал меня переводом и думаешь я сейчас так взял и раскололся? Не выйдет. На зрелища всякие у него там денег нет. Сразу писать начал, как командировочные кончились.

Монахи пусть ему подкинут. Они богаче. Мы бюджетники. Каждая юанька на счету. И пусть не зазнается. Завистниками нас обозвал. Пусть завидует нашей жизни здесь, дома. Скорее вернется. Торопитесь, полковник, ступайте.

— Слушаюсь, товарищ генерал, — облегченно прошамкал Линь и также скорыми мелкими шажками убрался из кабинета.

Глава пятая

ЧЕРНЫЙ ПЕПЕЛ ПУСТЫНИ

Монахи осторожно ступали по раскаленному песку. Сиротливые вышки лагеря тощими скелетами торчали из земли, пугая воображение самой черной фантазией. И только двухэтажное здание казармы с крышей обзора на ней немного оживляли мертвый лик проклятой долины. Лагерь был пуст.

Отважный грифон важно расхаживал по вышке над воротами и предупреждающе взмахивал огромными крыльями, напоминая людям о своем присутствии. Следы недавнего боя виднелись везде: рваные пробоины на грузовиках, стенах казармы, проволока клочьями висевшая на столбах, кривые обгоревшие опоры вышек. Трупов не было видно. Но мусор, черный пепел жуткой сущностью вяло шелестился по земле. Кругом все было мертво и загробно тихо. Только любопытный и хозяйственный орел набрался ветоши, развесил ее на перилах вышки. Это теперь было его и он готов был защищать свою скудную добычу.

Монахи остановились у входа в лагерь. Дальше Ван пошел один. Дойдя до бетонного колодца, который служил явно не для питья, присел на край.

Здесь он хотел ощутить обстановку лагеря. Определить, в какую сторону может направить мысль свое тело после столь угнетающей местности и климата. Ван не напрягался. Просто расслабился и логично рассуждал; куда удобнее скрыться из этой пустыни, если она известна по карте. До лагеря Рус жил в Аргентине, в Уругвае. Потом в Парагвае по просьбе оппозиционных группировок. Так передавал связник. Позже он пропал. Китайцы, жившие в Парагвае, ничего вразумительного добавить не могли. Был послан Хан Хуа с молодыми отроками. Но анализ событий настораживал. С сомнениями Коу Кусина все старейшины были согласны.

Ван решил, что его присутствие в Америке более оправдано, чем кого-либо другого. Он сидел, прикрыв веки и ни о чем не думал. Ему вспомнились скитания Руса трехлетней давности. По логике событий выходило, что эта, проведенная экстремистской оппозицией операция была скорее плодом не их тактических разработок, а инсценирована теми же силами, что преследуют Руса на протяжении всего этого длительного времени. В мире ничто случайно не происходит и само собой не совершается. Если бы брат был оставлен в покое, он просуществовал бы эти несколько лет в Латине и ничего не должно было произойти из ряда вон выходящего. Сейчас Рус остался верен себе и при приближении конкретного врага скрылся один, никого не ставя под удар. Значит это могут быть только американцы. И, если конкретно, то господин Динстон, крепко обиженный собственными фантазиями и раздутым не к месту апломбом. Пора его укладывать в постель на попечение сиделки. Странное упорство Динстона. Ван поднимет много китайцев в Латине, чтобы напомнить невежественному американцу, что нельзя быть долго злопамятным и обижать большой круг людей, которые могут успешно постоять за себя.