устойчива в обучении на своих ошибках, что она все еще ходит в дом главы гильдии даже после того, как ее там так сильно обманули, наконец-то нашла кого-то, кому она может доверять? Пожалуйста, люди, скажите мне, кто это передо мной?
Я все еще хожу в дом главы гильдии, только потому что это полезно для меня. Я меняю свои рецепты на сахар, и, хотя глава гильдии и обманул меня с магическими инструментами, нельзя отрицать, что он спас мне жизнь. Конечно же, у меня нет достаточного доверия к ним, чтобы позволить им нести мои деньги, но, если появляется у меня дело с ними на равных, партнерских, условиях, тогда я просто пожму плечами и соглашусь на нее.
Я не могу доверять кому-то, кто прямо в лицо говорит мне, что они намерены причинят мне неприятности.
— Из трех помощников, которых мне поручили, одна шпионит для главы храма, один шпионит для главного священника, и один из них — проблемный ребенок, который, кажется, был назначен мне исключительно в качестве наказания. Я даже не хочу, чтобы они слонялись рядом со мной в храме, не говоря уже о том, чтобы они несли хоть какую-то сумму денег для меня.
— Вот как… я думал, что это может когда-то случиться, но ты уже нажила себе врагов, не так ли?
Я немного простонала, ведь он попал в яблочко.
— Когда мне казалось, что мне осталось жить всего полгода, я думала, что пусть мне и не нравится все это, но пока я читаю книги, я все стерплю, а раз уж это будет продолжаться какое-то время, то для меня это стало проблемой.
— Сейчас действительно стали другие обстоятельства. Итак, что касается шпионов, то все, что ты можешь сделать прямо сейчас, это попытаться хоть как-то улучшить свои отношения с ними. Тебе не нужно полностью доверять им, попытайся выяснить, где именно ты сможешь им довериться им…А к этому проблемному пацану лучше относись, как к дикому животному.
В моей голове сразу же появился образ Гила-обезьянки на дереве, хлопающего в ладоши и визжащего на меня.
— Но люди ведь не животные?
— В основном в своей массе одно и то же. Если они не будут делать то, что ты говоришь им, дай им прут. Если они все сделают, дай им пряник. Если ты хочешь, чтобы этот парень знал, кто его хозяин, то тебе нужно будет вбить в него это.
Все меньше это становится похоже на построение здоровых рабочих отношений взаимного доверия и больше похоже на простое грубое подчинение на страхе.
— …Похоже, что это займет много времени, которое я предпочла бы потратить на чтение.
— Не будь такой лентяйкой! Состоять в благородном обществе и не знать, как использовать своих слуг — серьезная проблема!
— Гхм… ладно, я подумаю об этом.
Бэнно глубоко вздохнул, а затем слегка покачал головой, как бы отбрасывая свои мысли.
— Мы отошли от темы. Итак, когда ты собираешься доставить это пожертвование?
— Я как раз пришла обсудить это с вами. Я уже сказала своим помо… слугам, что мы вернемся с деньгами, как только вам будет удобно.
Лицо Бенно мгновенно побледнело.
— Это значит, что ты сказала "немедленно"! Марк, приготовь вещи! Мы отправляемся в храм!
— Уже готовлю, сэр!
Марк выпрыгнул из комнаты, жутко бледный.
— Э-э, э-э, значит, мы сейчас идем в гильдию торговцев?
— Нельзя тратить на это время. На самом деле нам не нужно куда-то идти. Твоя карточка?
После того, как мы соприкоснулись нашим карточками вместе, Бенно сказал мне, чтобы я снова надела мантию, так как мы идем в храм, а затем он исчез за дверью, прыгая вверх по лестнице.
Я развернула свою мантию, которую сняла несколько минут назад, а затем надела ее через голову. Я обвязала пояс вокруг талии, а затем уныло опустила голову. Я не думала, что все так обернется. Я хотела лишь сказать своим слугам, чтобы они оставили меня в покое, но это только доставило всем кучу хлопот.
— …Что я наделала, Лютц?
Фразы и способ, которым даются обещания, могут меняться в зависимости от того, в какой организации вы состоите. Это такая простая и очевидная вещь. Я знала об этом, но не осознавала.
Лютц успокаивающе погладил меня по голове. — Мы же ничего не знаем о том, как работает дворянство, ведь так?
— …Да.
— Конечно же, на этот раз ты все испортила, но используй эту возможность и исправь свои слабые места.
Я наклонила голову. — Мои слабые места?
Лютц решительно кивнул, глядя на меня с какой-то маленькой долью строгости в глазах.
— Слушай, я знаю, что ты любишь книги больше всего на свете, и я знаю, что ты так давно хотела их почитать, но, прежде чем ты сможешь это сделать, тебе нужно научиться жить по их образу жизни, а это значит, что ты должна задавать всем вокруг себя даже самые крошечные и незначительные вопросы об этом, которые у тебя есть.
— Их образ жизни?
— …Вот, например, существует так много вещей, которые я не знаю о мире торговцев. А это всевозможные вещи, которые все вокруг меня считают очевидными, но я никогда не слышал об этом раньше. И что же я делаю? Я спрашиваю обо всем, чего не понимаю, как бы мало это ни было. Когда я это делаю, то не имеет значения, другие ли это ученики или даже сам мистер Марк, они все научат меня тому, что мне нужно знать. Если ты не приложишь усилий, чтобы спросить, то ты никогда ничего и не узнаешь.
Его слова поразили мое воображение. Он сын ремесленников, бросился в мир торговцев. Я прекрасно понимаю, как тяжело ему пришлось работать, чтобы понять, как все устроено в магазине. Несмотря на то, что я знала об этом, даже оказавшись в практически такой же ситуации, когда я окунулась в неизвестный мир храма, я не приложила никаких усилий, чтобы хоть что-то узнать об самых общих знаниях о храме, я просто хотела тратить все свое время на чтение книг.
