спать.
— Она маг, — шепчу я ему, когда мы остаёмся одни.
— Знаю, а ты умница, что заметила, — отвечает мне хозяин.
Вокруг него начинает клубиться дым, формируясь в чёрного, как смоль гепарда.
Чувствую волнение, идущее изнутри. Не понимаю его природу. Меня тянет к Мелвасу. Хочется приласкаться, как кошке.
Некромант с удивлением смотрит на меня. Я расстраиваюсь. Меньше всего мне бы хотелось вызывать у него удивление.
Но когда я вижу, что белый туман, обволакивающий мои ноги, формируется в белоснежную пуму, я и сама смотрю в изумлении на свой фамильяр.
Моя пума тянется к гепарду Мелваса, трётся о его бок, лижет морду. Фамильяры затеяли возню, а некромант стал темнее ночи.
— Что случилось, хозяин? Вы не рады, что мне удалось призвать полноценного фамильяра? — огорчённо спрашиваю Мелваса.
— Нет же, я рад. Конечно, рад, — но радости в его голосе не ощущается.
— Тогда почему вы так расстроены? — я пытаюсь докопаться до истины.
— Ты ничего не поняла?
Я огорчённо мотаю головой. Что я должна была понять? Я сосредоточена только на том, какой у меня красивый фамильяр.
Хозяин погружается в раздумья, а я наблюдаю, как милуются наши фамильяры. И чем спокойнее я становлюсь, тем сильнее меня тянет к Мелвасу. Мне физически плохо оттого, что я не могу дотронуться до него, обнять, поцеловать. По телу горячей волной разливается томление, желание чего-то большего, чем просто поцелуи.
Такое же чувство было у меня, когда у меня впервые получилось призвать фамильяра.
Я с удивлением смотрю на хозяина. А он с такой же, как у меня тоской по ласкам во взгляде смотрит на меня.
— Поняла теперь? — хрипло спрашивает Мелвас.
— Фамильяры как-то связаны с влечением к вам, — краснея отвечаю я.
— Если вкратце, то да. Если подробнее, то наши фамильяры нашли друг друга раньше, чем мы, — говорит Мелвас, а сам не сводит с меня пылающего взгляда.
Я и без этого уже горю, как в огне. В шатре стало невыносимо жарко. Мне ужасно захотелось раздеться.
Мелвас словно читает мои мысли, он стягивает с себя камзол. А затем рубашку. Снимает сапоги.
Я, как загипнотизированная смотрю на него. На игру мышц, на рассыпавшиеся по плечам волосы.
Протягиваю руку и зарываюсь в чёрную тьму его волос. Мелвас рывком притягивает меня к себе и впивается в губы требовательным поцелуем.
— Мы с тобой истинная пара, — шепчет он в мой приоткрытый ротик, — большей насмешки судьбы трудно было ожидать.
Я провожу рукой по его рельефным мускулам его плеч и спрашиваю, наклонившись к уху:
— Что это значит?
— А это значит милая моя, что мы теперь связаны прочнее, чем узами брака, — его хриплый от возбуждения голос проникает в каждую клеточку моего тела.
Я наполняюсь смыслом произнесённой фразы. Мне хочется расспросить его подробнее, что значит истинная пара, но Мелвас не даёт мне этого сделать.
Он накрывает мои губы своими. Его нетерпеливые руки разрывают одежду там, где не смогли дотронуться до моего тела.
Я теряю связь с реальностью. Древний, как мир танец двух тел закружил нас в безумном водовороте чувств.
Глава 17. Всё не так, как видится
Утром я натыкаюсь на насмешливый взгляд Светаны. Меня словно ушатом холодной воды окатили. Она, получается, слышала нас ночью? У меня не получилось сдерживаться, уж очень Мелвас умело разжигал мою страсть.
Некромант, как ни в чём не бывало, сидел у костра и ел кашу, приготовленную Светаной.
— Что-то долго ты сегодня, рабыня, — зло говорит наёмница. — Я что должна за тебя выполнять твою работу?
Я не успеваю даже рот открыть, как за меня отвечает Мелвас:
— А тебя здесь никто не держит, — его спокойный голос накаляет атмосферу ещё больше. — Ты сама к нам прибилась, так будь добра приносить хоть какую-то пользу.
Светана фыркает и порывается демонстративно встать.
— Кэрри, чего стоишь? Садись ешь, — не обращая на попытки Светаны никакого внимания, зовёт меня Мелвас.
Наёмница делает вид, что усаживается поудобнее.
— Итак, раз все успокоились, давайте решать, что делать, — произносит некромант.
Моя рука, которая подносила ко рту ложку с кашей, застыла. Светана напряглась, как гончая.
— Я предлагаю вызвать духа и узнать, где искать амулет Повелителя Мёртвых.
— А как же твой способ, где нужно три мага? — спрашивает Светана.
— А разве у нас есть три мага? — пристально глядя ей в глаза, вопросом на вопрос отвечает Мелвас.
Не знаю, что она прочла во взгляде некроманта. Только наёмница судорожно сглатывает и ослабляет воротник на рубашке, которой ей совсем не мешал.
— Ну, раз вопросов больше нет, и новой информацией об амулете тоже никто не располагает, — некромант опять выразительно смотрит на Светану, которая старается не встречаться с ним взглядами. — Я иду на кладбище, выбираю подходящего мне покойника и провожу обряд.
— А мы? — спрашиваю его я.
— А вы остаётесь в лагере и готовите ужин, — тоном не терпящем возращений говорит Мелвас. — Завтра с утра едем дальше.
— У кого ты собираешься спрашивать? — решается спросить Светана. — Здесь поблизости я не видела поселений.
— Профессиональная тайна, — почти грубо отвечает некромант, — тебе всего знать и не полагается.
— Я хочу пойти с тобой, — набравшись храбрости заявляет наёмница.
— Нет, я же сказал, что я хочу пойти один, — отмахивается от неё Мелвас, не замечая, как хмурится наёмница.
Она до крови прикусывает губы. Что такого должен сделать Мелвас, что наёмнице жизненно важно находиться рядом.
Не обращая внимания на страдания Светаны, Мелвас подхватывает свой дорожный мешок и в полной тишине скрывается за деревьями.
Даже сейчас он не счёл нужным сказать мне, куда направляется, словно не было между нами этой ночи. Он же сказал, что истинность нашей пары связала нас прочнее уз брака.
— О чём мечтаешь? — Зло бросает мне наёмница. — Давай, мой посуду, да пошевеливайся.
— Не тебе мне приказывать, — решительно даю отпор задиристой девице.
— Ты рабыня, вот и знай своё место, — она угрожающе надвигается на меня. — Думаешь, если согреваешь постель некроманта, так это дарует тебе безопасность.
Он неё веет бедой. Светана перестаёт закрываться. Она сейчас напоминает мне Мелваса на том невольничем рынке. Та же аура смерти, обволакивающая фигуру.
— Так, ты не наёмница, — поражаюсь я своей догадке.
— Поразительная догадливость, — смеётся Светана.
— А, кто ты тогда? — внутри меня всё дрожит от страха.
Не думаю, что если она прицепилась к нам словно репей, ещё на постоялом дворе, то это было чисто из желания помочь нам.
Помощи, как раз от неё было мало.
— Глупая курица, я тоже некромант, — Светана кривит губы в презрительной улыбке.
Чего-то подобного
