— Адвокат, — робко подал голос Андрей. — Я, должно быть, уже надоел, но у меня снова куча вопросов!
— Так это же хорошо! Задавай!
— А ты случайно сам не… — Андрей карикатурно потянул себя за кожу лица. Адвокат захохотал.
— Не-не. Моя внешность — это не маскировка и не костюм. Под этой кожей не скрывается никаких внеземных тараканов или коварных роботов. Лишь мои внутренние органы.
— Ты из другой галактики. Это несколько миллионов световых лет от Земли. При этом ты выглядишь, как человек, но обладаешь нечеловеческой продолжительностью жизни. Как это может быть?
— Ну… Вселенная огромна. Ей можно позволить парочку невероятных совпадений, но лишь парочку! Одним таким совпадением больше и начнется сущий бардак!
Андрей бросил взгляд на речку. Вода всё также была скованна толстой коркой льда. Он смотрел на замершую воду и думал о расхожей фразе: «Восемьдесят процентов океана не изучено». Какая глупость! Земля вообще не изучена, как оказалось. Куда уж там океан.
— Как тебе парикмахерская? — спросил Адвокат.
— Ниче такая. Но подстричься я туда вряд ли пойду.
— Это станция маскировки. Вы, люди, ходите подстричь виски и припудрить носик, а пришельцы ходят поправить свою сползающую маскировку. Такие услуги оказывают только в парикмахерских с цирюльничьим столбом. В остальных работают простые люди, которых лучше не пугать своими клешнями, щупальцами, манипуляторами и Бог знает, чем ещё!
— То есть среди нас живут пришельцы?
— А ты наблюдательный… — посмеиваясь ответил Адвокат.
— И их много, и мы с ними сталкиваемся каждый день?
— Да, но при этом не имеете ни малейшего представления о том, что столкнулись с ними.
— Бред! Этого быть не может! Я эту паучиху одевал и могу сказать, что от человека ее отличить можно. Двигается она очень неестественно!
— Задним умом мы все умны.
— Ну давай тогда! Покажи мне пришельца. Прямо сейчас! Найди его среди прохожих!
Адвокат остановился и внимательно осмотрелся, в поисках людей на улице. Его взгляд приковал небольшая компашка из трех подвыпивших музыкантов. Они стояли, облокотившись на ограждение набережной, и что-то напевали. Бородатый мужчина в темных очках вяло бренчал на гитаре, извлекая из нее какую-то тухлятину, пока его двое друзей напевали песню, словно притащенную откуда-то из недр Грушинского фестиваля. Адвокат подошёл к ним и помахал рукой. Андрей остался позади наблюдать.
— Доброго странствия, скитальцы!
— И тебе доброго странствия, Адвокат, — ответил бородатый мужчина.
— Что нынче песни ветра доносят?
— А что слышал ветер, то и доносят. Поют о росте напряженности в секторе даргов, грядущих выборов в Совет Конфедерации, а ещё поют, что наш народ к концу столетия восстановит свою былую численность!
— О! Мои поздравления! Вам повезло не стать последними вокалиатами! Я могу попросить вас об одной услуге?..
Адвокат наклонился к бородатому мужчине и прошептал что-то ему на ухо, затем подозвал Андрея. Бородатый мужчина начал нажимать точки на татуировке своей левой руки. Послышалось шипение и… у мужчины отвалилась физиономия и упало в снег, обнажив под собой нечто совершенно непохожее на лицо. Теперь на месте лица зияла дыра, из которой букетом торчали органические трубки белого цвета. Они вибрировали и трепыхались от выходившего через них воздуха, что делало их похожими на морскую губку. Андрей завороженно смотрел, тщетно пытаясь понять, где у пришельца были зрительные органы. Адвокат, немного понаблюдав за немой сценой, наклонился, чтобы поднять лицевую панель, а затем поставил ее на место. Панель издала легкий щелчок и лицо бородача ожило и снова задвигалось.
— Андрей, познакомься. Это Барит, Тенр и Басио. Они вокалиаты, беженцы с планеты Вокальдии, — Бородач протянул руку Андрею.
— Доброго странствия, Андрей!
— И вам того же… — ответил парень, неловко пожимая руку в ответ.
— Мы бы ещё остались послушать вас, но нам надо очень спешить!
Андрей с Адвокатом попрощались с причудливыми музыкантами и продолжили свое путешествие вдоль реки.
— Почему у них такие странные лица?
— Лица? Ты смеешься? Лица у вокалиатов! У них нет лиц. Они схожи с земными беспозвоночными по строению. Те трубки, которые ты видел, это специальные органы для коммуникации и слуха. Они общаются между собой при помощи песен.
— В таком случае эти вокалиаты выбрали отличную маскировку под уличных музыкантов!
— Ох! Знал бы ты сколько уличных музыкантов в Питере это просто замаскировавшиеся вокалиаты…
— Теперь понятно, почему они все обдолбанными выглядят. Они же пришельцы!
Вскоре Андрей, Арктур и Адвокат добрались до Синего моста. Рядом с ним красовалась огромная статуя Николая Первого, во всём его имперском обличии, а позади него виднелся Исаакиевский собор. По широкому мосту проезжали редкие автомобили, прокладывая себе путь светом желтых фар. Адвокат перебежал дорогу по пешеходному переходу и направился к ограждению моста. Парень с котом проследовали за ним. Адвокат взял Арктура на руки и, поглаживая его, поднес к столбу, увенчанному старинным фонарём с витиеватыми узорами.
— Ну что же, Андрей. Ты, должно быть, думаешь, что тебе уже совсем ничем не удивить.
— Переплюнуть поющих губок, маскирующихся под говнарей, вряд ли возможно.
— Тогда могу лишь посоветовать держаться покрепче за перила.
— Чего?
— Держись!
Андрей схватился за ограждение, а Адвокат с котом в руке, стал выстукивать по фонарному столбу какой-то ритм. К удивлению Андрея, из столба через внезапно открывшиеся пазы вылезла золотая цепь, обвивавшая столб сверху до низу. Адвокат аккуратно поставил кота на цепь, и почесав за ушком, отошел от него. Арктур, облизнув лапку, начал идти по цепи, которая прокручивалась под ним вместе с фонарем, потому кот ходил на месте. Адвокат начал декларировать: «У лукоморья дуб зелёный; Златая цепь на дубе том: И днём и ночью кот учёный Всё ходит по цепи кругом; Идёт направо — песнь заводит, Налево — сказку говорит».
Внезапно послышались раскаты грома. Поднялся ветер. Небо замерцало, как танцпол на дискотеке. Арктур продолжал своё бесконечное восхождение по фонарному столбу. Всё вокруг завибрировало. Вибрировало всё: и воздух, и мост, и фонарный столб, и Адвокат и Андрей.
— Адвокат, что это?! Что происходит?!
— Тихо ты! А не то в промежуточную частоту провалимся!
И как ни в чём не бывало, Адвокат продолжил зачитывать Пушкина наизусть: «Там чудеса: там леший бродит, русалка на ветвях сидит; Там на неведомых дорожках следы невиданных зверей; Избушка там на курьих ножках стоит без окон, без дверей;». В небе вспыхивали молнии. Всё вокруг продолжало громыхать и звенеть, как при землетрясении. Мир от усилившейся вибрации начинал двоиться, троиться и даже четвериться! Арктур явно не в первый раз шел по цепи, вращая фонарь, не пугаясь разворачивающейся вокруг канители. Андрей почувствовал, будто земля уходит из-под его ног. Адвокат не останавливался ни на секунду. Он жестикулировал, размахивал руками, пританцовывал на месте и крутился то в одну, то в другую сторону. «Там ступа с Бабою Ягой идёт, бредёт сама собой, там царь Кащей над златом чахнет; Там русский дух… там Русью пахнет! И там я был, и мёд я пил; У моря видел дуб зелёный; Под ним сидел, и кот учёный свои мне сказки говорил!» — на последних словах все небо озарила вспышка, практически ослепившая Андрея. Он повалился на землю и закрыл голову руками, опасаясь, что на него что-нибудь упадет, но всё стихло, и гром исчез, и вибрация пропала. Доносился шум города, хотя в нем что-то было не так. Адвокат потрепал Андрея за плечо.
— Эй! Вставай! Всё закончилось!
Андрей открыл глаза и осторожно поднялся, держась за руку Адвоката.
— Что это было?
— Наше всё! Пушкин Александр Сергеевич! Знал бы ты, как я горжусь, что я преподавал у него! — Андрею на секунду показалось, что по щеке Адвоката скатилась слеза.
— Да не это! Шум весь! Грохот! Что это?
