день? Поблагодарив служку и захватив с собой восковое решето, царевич со всех ног бросился к пруду. Времени на повторную проверку у него не было, оставалось только надеяться на прочность воскового слоя.
У Девичьего пруда нынче яблоку было негде упасть! Весь честной народ стекался сюда дружною рекою, и не мудрено, ведь каждый из собравшихся хотел стать свидетелем царского испытания. Некоторые даже разбились на группы, чтобы поддержать любимого царевича. Особо ушлые делали ставки, то и дело мелькали калиты и слышался звон монет, а лавочники, пользуясь наплывом народа, прикатили на место проведения телеги с провиантом, втридорога продавая с них калачи да сахарных петушков на палочке, кто-то наливал из бочки хмельной квас, поддерживая общее радостное настроение, царящее вокруг.
Царь Берендей тоже был на месте, окружённый свитой из бояр и бдительных воевод, вездесущий Прошка как обычно всячески помогал своему государю, заботясь о его комфорте. Старшие царевичи так же были рядом с отцом со своими невестами, они выглядели как обычно — самоуверенно, будто им и море по колено. Младший, судя по имеющимся у них холщовым мешкам, понял, что старшие всё же выполнили поручение, и тоже присоединился к ним, держа своё решето при себе.
Бирюч, обрадованный навалившейся на него работой, задорно вещал на всю Ивановскую:
— Собирайся, честной народ! Сей час царские сыновья первое испытание проходить будут!
Толпа образовала ровный полукруг у Девичьего пруда под чётким руководством стрельцов, что сдерживали особо ушлых, стремящихся пролезть как можно ближе. Все с нетерпением ждали начала испытания, выкрикивая подбадривающие слова в адрес царевичей:
«Царевич Сергей, покажите всем, где раки зимуют!»
«Царевич Василий, я в вас верю! Я ваша на веки!»
«Иван-царевич, вы тоже не лыком шиты! Утрите нос старшим!»
Царь Берендей осторожно поднялся с принесённого деревянного трона, что использовали вне царского терема, и поднял правую руку, одним жестом заставляя всех вокруг замолчать.
— По традиции царевичи должны пройти три испытания за право занять царский престол. Давайте же начнём первое из них. — царь говорил негромко, с трудом унимая дрожь во всем теле, что давалось ему совершенно плохо, но все внимательно его слушали, искренне любили жители Тридевятого своего старого царя, и любовь эту не в силах был убить ни один недуг.
— Царь-батюшка добро на начало дал! — прокричал бирюч, вновь заводя толпу. — А заключается оно в том, что нужно перенести воду из Девичьего пруда решетом да доверху наполнить ей царскую чарку, не пролив ни капли.
Люди вокруг зашептались, все обсуждали невиданную задачку, стараясь предположить, как взаправду можно воду решетом таскать.
— Сей раз по жребию будем идти. — вновь раздался громкий голос бирюча.
Он достал три соломинки разной длины, продемонстрировав их сначала царской семье и их сопровождающим, а затем и остальным собравшимся.
— Кто самую короткую соломинку вытащит — тому первому испытание проходить. Кто длинную — тому последним!
Он вернулся к царевичам, перемешивая в руках соломинки, и протянул им зажатый с ними кулак. Сергей по старшинству тащил первым, ему досталась длинная, Василию — средняя, ну, ну, а младший Иван в этот раз вынужден был проходить испытание в первую очередь.
— Иван-царевичу должно первому пройти царское испытание. — провозгласил бирюч. — Думаете, сможет ли кто-то из царевичей наполнить чарку?
Толпа вновь удивлённо зашепталась. Где это видано, чтобы воду в решете можно было таскать? Ерунда какая-то!
Бояре тем временем открыли ларец и вынули из него царскую чарку, аккуратно поставив её перед царём-батюшкой, который так же с огромным интересом ждал начала испытания.
— Что ж, Иван-царевич, извольте начинать! — попросил его бирюч.
Василий и Сергей переглянулись, первый надеялся, что младший слишком туп для такого дела и точно не смог решить эту непростую загадку, не то, что его умница-невеста Оленька. А Сергей как обычно сохранял невозмутимый вид, словно его совершенно не интересовало происходящее вокруг. Впрочем, так оно и было — он всё ещё считал царскую затею с решетом вздорной.
Иван же и бровью не повёл. Он достал из холщового мешка своё решето и аккуратно зачерпнул им прозрачной воды, подняв её и демонстрируя, что не пролил ни капли. Под удивлённый шёпот толпы младший царевич направился прямо к царю-батюшке и на глазах у изумлённых людей до верху наполнил стоящую перед ним чарку. Воздух наполнился радостным гомоном, люди считали, что на их глазах буквально произошло невозможное. Значит, всё-таки можно воду и в решете таскать — вот, это новость!
— Дай-ка посмотреть на твоё решето, Иван. — попросил Берендей, принимая его из рук царевича, с интересом рассматривая.
Он осторожно колупнул дрожащим пальцем поверхность и растёр потеплевший воск между пальцами.
— Мудро-мудро. — наконец проговорил царь. — Как пришло тебе в голову использовать воск дабы закрыть все дырки в решете?
— Давеча ездил я на местную пасеку к Семёну Петровичу. Вы знаете его, царь-батюшка, это мёд с его пасеки постоянно доставляют ко двору.
— Как же не знать, Семёна Петровича. — согласился с ним Берендей. — У него самый лучший мёд во всем Тридевятом царстве.
Пчеловод засиял как начищенный самовар, отвешивая поклоны царской семье:
— Благодарю вас, царь-батюшка, Иван-царевич, за слова добрые! Во век не забуду! Буду в старости внукам рассказывать!
— Эй, Всеволод Владимирович, распорядись-ка наградить Семёна Петровича из казны царской. — наказал главному казначею царь Берендей, тот заметно побледнел, а пасечник засиял пуще прежнего.
— Как прикажете, царь-батюшка. — поклонился казначей, отмечая у себя что-то в берестяном свитке.
— Благодарствую, царь-батюшка, кормилец наш! Во век вашей милости не забуду! — ещё раз поблагодарил пчеловод.
— А теперь, Иван-царевич, расскажи, как решил ты воск использовать? Увидел что-то на пасеке? — спросил царь у младшего сына.
— После того, как Семён Петрович научил меня как соты собирать, мы застали его детей за лепкой восковых игрушек. И младший Митюшка заметил тогда, что воск плохо смывается водой. Так и решил я, что можно его для решения твоей загадки использовать.
— Вот оно что. — закивал царь. — Вижу, Семёну Петровичу достойный помощник растёт. — теперь настала очередь засиять вслед за тятенькой Митюшке. — Случай помог тебе пройти моё испытание, Иван-царевич, но ты правильно сумел им распорядиться. Мудрый царь должен уметь слушать любого из своих подданых, пусть они даже от горшка два вершка.
— Но, царь-батюшка! — возразил Василий. — Разве это не надувательство? Ведь не сам Иван-царевич справился с заданием, а
