Читаем без скачивания Надежней кляпа только пуля - Алексей Макеев

Наверху грянул еще один выстрел, звякнул металл, что-то громко хлопнуло… Гуров мгновенно понял, что убийца, разбив выстрелом из пистолета замок двери, выбрался на крышу. Торопливо взбежав к выходу из тамбура лестничной клетки, Гуров выполнил стремительный кувырок вперед и укрылся за ближайшей надстройкой лифтового механизма. Но выстрелов не последовало. Лев быстро огляделся по сторонам и метрах в тридцати от себя увидел темную фигуру, которая, перегнувшись через высокий парапет, идущий вдоль края плоской крыши, быстро затем исчезла. Предполагая, что преследуемый спускается по веревке, Гуров побежал в его сторону, но в этот момент что-то на крыше глухо бухнуло, в воздухе что-то мелькнуло и снизу донесся отчаянный вопль ужаса, завершившийся ударом о землю чего-то тяжелого. Тут же заголосила охранная сигнализация сразу нескольких машин, на фоне которой послышался шум автомобильных моторов, и во двор на полном ходу влетели «уазик» и «Соболь», из которых быстро десантировалось около десятка человек.

«Оперативно прибыли…» — отметил про себя Гуров, подойдя к краю крыши. Он оглянулся и увидел развалившуюся кирпичную кладку вентиляционной трубы, к которой преследуемый впопыхах скорее всего и привязал то, на чем надумал спускаться. Рядом валялась скособоченная стойка телеантенны. Теперь стало ясно, что убийца пытался скрыться, спускаясь на коаксильном кабеле, оторванном от антенны.

Лев спустился на шестой этаж и включил свет на лестничной площадке. Снизу, громко топая, к нему поднялись пятеро омоновцев, за которыми следовали оперативники и криминалисты местного райотдела.

— Капитан Жугин, — представился старший омоновец. — Прибыл вам на подмогу.

— Спасибо, ребята. — Гуров устало улыбнулся. — Вы прибыли вовремя, но я был вынужден вас несколько опередить. Преступник мог пойти на захват заложников, поэтому пришлось начать его преследование, не дожидаясь подкрепления. Он попробовал скрыться и сорвался вниз. Теперь ему предстоит суд, но уже вовсе не земной.

— Ясно… — кивнул капитан. — Тогда мы отбываем.

Вместе с опергруппой Гуров снова вошел в квартиру. Найдя в дамской сумочке, лежавшей на столе, паспорт на имя Башмачниковой Маргариты Васильевны, он сверил фото с лицом убитой. Теперь уже не было никаких сомнений, что это действительно та самая Ритка-Пропеллер. Передав местным операм всю необходимую информацию, Гуров спустился вниз и вышел на улицу. Возле трупа убийцы в свете фар «уазика» работал один из криминалистов. Лев подошел поближе и посмотрел на перекошенное ужасом лицо человека, который совсем недавно жестоко убил другого. И была ли злосчастная Ритка-Пропеллер его единственной жертвой? Садясь в «Пежо», Лев посмотрел на часы. Время уже близилось к одиннадцати…

Глава 6

Судя по теням под глазами, для генерал-лейтенанта Орлова минувшая ночь выдалась совсем не генеральской. Скорее она прошла как у ночного сторожа, не привыкшего манкировать своими обязанностями. Впрочем, по вошедшему в кабинет Льву Гурову тоже было заметно, что бессонница и его достала основательно.

— Лев, я, конечно, высоко ценю ваше со Стасом служебное рвение, но, блин, сразу пять трупов за сутки — это явный перебор… — тягостно вздохнув, Петр укоризненно покачал головой.

— Откуда пять? — Гуров недоуменно пожал плечами. — Четыре. К тому же вины ни моей, ни Стаса нет ни в одной из этих кончин. Те двое, которых мы преследовали в лесу, когда возвращались из пансионата, погибли по собственной вине. Да, Стас действительно одного из них в ходе преследования ранил, но исключительно в пределах самообороны. У нас есть свидетельница, кстати, в какой-то мере однажды уже пострадавшая от этих двоих. Она подтвердит, что первым открыл огонь тот тип, за которым Стас погнался. И он сам пустил себе пулю в висок, когда Стас попытался его задержать. Ну а тот, за которым гнался я, стал уходить через речку, нырнул и за что-то зацепился под водой. Вокзальную проститутку Башмачникову убил неизвестный, который, убегая от меня, попытался спуститься по антенному кабелю, но сорвался и разбился. Вот и все — пятого тут быть никак не может.

— Есть… — С сочувственной многозначительностью Орлов развел руками. — В багажнике сгоревшей машины нашли обугленные останки человека с пулевым ранением головы. Ты же по машине стрелял?

— Туды твою… — Лев почувствовал, как что-то неприятное, холодное и липкое на мгновение вторглось в его душу, но он тут же овладел собой. — Стоп, стоп! А на крышке багажника пулевые пробоины есть?

— Нет, на багажнике пробоин нет. Но поскольку в машине все выгорело, все стекла рассыпались, следователь прокуратуры предполагает, что этот человек, будучи скорее всего пленником тех, двоих, в ходе погони выглянул в окно багажника и случайно попал под твой выстрел. В общем, следователь намерен уточнить правомерность применения тобою табельного оружия.

— Так твою! На ровном месте — да мордой об асфальт! — Гуров постучал себя пальцами по голове. — А он не мог предположить, этот следователь, что бандиты, убив человека, бросили его тело в багажник своей машины и везли, чтобы где-нибудь захоронить? Кстати, трупы уже опознали?

— Преступников опознали, а вот сгоревшего в машине пока что нет. Эти двое — родные братья, их фамилия Тухляковы, личности весьма примечательные — оба рецидивисты, не раз отбывавшие сроки за грабежи, угоны машин, разбои, убийства и изнасилования.

— Ну и ну! — Гуров саркастически рассмеялся. — Я просто млею от восторга, когда слышу, какие у нас встречаются классные «законники». Нет, ты смотри, как трепетно этот представитель «государева ока» следит за соблюдением законности в отношении нелюдей, конченых ублюдков, которые заслуживают — нет, не пули — четвертования и сожжения на медленном огне. Ему что, заняться больше нечем? Понимаю — карьеру делает паренек. Правильно, что толку ловить продажную суку, пусть и из нашей среды, за какую-то примитивную взятку? Много ли на этом заработаешь? А вот подловить на превышении полномочий опера из главка — это самый шик. Уж тут можно и должность зама, и даже кое-что повыше получить!

— Ладно, Лева, не надо язвить. Это его работа. Проверять он обязан, и от этого никуда не деться. — Петр достал сигарету из почти уже опустошенной пачки и устало усмехнулся: — Скажешь тоже: жечь, четвертовать… Интересно, кто же, по-твоему, должен в таком разе исполнять роль палача? Сам бы ты на это согласился?

— Петр, пусть я по натуре и не палач, но, поверь на слово: попадись мне на месте преступления скот, глумящийся над ребенком, женщиной, стариком, я вряд ли смогу гарантировать, что сумею себя сдержать и не порву его голыми руками на части.

— Лева, мы служим закону и должны быть выше эмоций. — Орлов, не докурив, погасил окурок о край переполненной пепельницы. — Признаюсь: иной раз и сам чувствую просто нестерпимое желание разрядить всю обойму в какую-нибудь гниду. Но мы на это не имеем права. Ладно, хватит философствований. Тебя я отстоял, каких-то там особых служебных расследований не будет. Достаточно обычного рапорта, и все. Что у тебя на сегодня?

— Мобилизую агентуру, проверю картотеку по киднепперам… Что еще? Стас спозаранку уехал в Липецк, звонил мне час назад. Говорит, есть шанс задержать Дергачева. Если и в самом деле это тот, кто нам нужен, то уже к обеду мы будем иметь надежную ниточку, ведущую к раскрытию похищения мальчика.

— А если нет? — Петр облокотился на стол и подался несколько вперед.

— Будем искать… — Гуров пожал плечами. — Сегодня должны подъехать двое свидетелей. Они составят фотороботы Молясина, представителя Кулькоффа, который доставил мальчика в пансионат, и мнимого следователя прокуратуры, забравшего Башмачникову из вендиспансера.

— Ты подозреваешь, что доверенное лицо банкира — соучастник преступления?

— А у него что, есть справка о причислении к лику святых? Подозревать мы сейчас обязаны всех, даже самых доверенных. Между прочим, Брут тоже был лучшим другом Юлия Цезаря. В том мире, где все оценивается в долларах, на искреннюю дружбу рассчитывать так же сложно, как на эхо в пустыне.

— Да что ж такое — в сон клонит и клонит… — Петр протер кулаками глаза и, нажав на кнопку селектора, попросил: — Верочка, принесите два кофе. Ну, хорошо — раз надо проверить, значит, надо. Мне вот не совсем понятно, за что убили Башмачникову. Кстати, насчет устранения с работы Санина, по-моему, эти дельцы сильно перемудрили. Надо же, какую провернули комбинацию: из вендиспансера похитили проститутку, больную сифилисом, подсунули ее физкультурнику, потом организовали медосмотр… Не проще ли было подослать отморозков, чтобы те его, так сказать, вывели из строя?

— Может, и проще, но и контрпродуктивнее. — Гуров сдержанно улыбнулся. — Любое происшествие подобного рода с кем-то из персонала пансионата могло привлечь к нему слишком пристальное внимание, в том числе и наше. А это организаторам похищения — нож острый. Да, операция с проституткой представляется и сложной, и хлопотной… Зато — какой результат! Нужный человек устранен, причем по его же собственной вине. Пансионат происшедшее скрывает — ему нельзя светиться по такому поводу, а директор готов как угодно дружить с липовым инспектором, идти ему на любые уступки, лишь бы тот не лишил их заведение лицензии. А за что убили… Это и для меня пока еще загадка. Возможно, когда будет установлена личность убийцы, мы сможем ответить на этот вопрос. В принципе могли убить и эти дельцы как ненужного свидетеля.