эксперименты — с физическими законами. Я нагрел сковороду на плите до шипения и убрал ее в инвентарь. Затем скомкал лист бумаги в шарик, подбросил его и, пока он был в воздухе, тоже отправил в инвентарь. Когда я вернул шарик, он просто появился в моей руке, не сохранив импульса падения. Я повторил эксперимент с более тяжелым деревянным бруском — тот же результат. Импульс не сохраняется. А вот тепло — еще как. Достав сковороду через десять минут, я ощутил исходящий от нее жар, будто только что снял с плиты. Стазис действительно распространялся и на термодинамику.
Укладываясь спать, я в последний раз мысленно прокрутил результаты. Отсутствие сохранения импульса было небольшим разочарованием. Идея «выстреливать» предметами из инвентаря была заманчивой. Но в то же время это было и благословением. Это означало, что я не смогу случайно устроить катастрофу, достав на ходу тяжелый предмет.
Если резюмировать, то система была не только мощной, но и, по-своему, безопасной. Она давала мне невероятные возможности, но и ставила четкие рамки. «Нельзя помещать живое». «Импульс не сохраняется». Это не баги, а своего рода фичи. Правила, которые заставляют искать более изящные решения, чем применение грубой силы. Система не хочет, чтобы я стал богом, швыряющимся астероидами из кармана. Она хочет, чтобы я оставался ремесленником. Умным, хитрым, изобретательным ремесленником, который использует законы своего мира и своей силы для достижения целей. И этот подход мне импонировал. Он довольно… честный.
Перед тем как окончательно провалиться в сон, я улыбнулся. Завтра я буду строить картофельную пушку. Это будет нелепый, почти детский проект. Но в этом новом мире он для меня является чем-то большим. Это мой первый настоящий акт творения чего-то сложнее деревянных фигурок.
Глава 7
Следующее утро встретило меня не просто хорошим настроением, а настоящим ментальным взрывом, цунами чистой энергии. Пробуждение было сродни удару тока, но не болезненного, а живительного, который мгновенно выпарил остатки сна и вчерашней усталости. Я подскочил с кровати с таким яростным, первобытным зарядом бодрости, с такой чистой незамутненной мотивацией и зудящим в кончиках пальцев желанием творить, какой не испытывал, вероятно, ни разу за всю свою прошлую жизнь. Вот что система окаянная способна сделать с обычным человеком — сломать его апатию и превратить в одержимого трудоголика. Страшно! Но и чертовски, пьяняще приятно.
Не став противиться этому мощному внутреннему импульсу, который требовал немедленно что-то создавать, я действовал как хорошо отлаженный механизм. Быстрый, почти ледяной душ, чтобы окончательно разогнать кровь. Наспех сделанный завтрак из вчерашней пиццы, проглоченный без особого внимания ко вкусу, потому что мысли уже были далеко. И вот, я стою над столом, который превратился в операционный. На его поверхности аккуратно разложены ПВХ-трубы, нож, листы наждачной бумаги, тюбик с едко пахнущим клеем и простенькая пьезозажигалка. Экран ноутбука отбрасывает голубоватый свет на мое лицо, на нем открыта примитивная инструкция из интернета. Я принялся творить.
Картофельная пушка, картофелемет или, как я его для себя торжественно окрестил, Бульбамёт-3000. Простая конструкция, которая во влажных снах Белорусских политиков является оружием массового поражения, способным аннигилировать все живое. В суровой реальности же — это просто хитроумный набор скрепленных ПВХ-труб и легковоспламеняющийся газ. Из основной трубы — ствола нашего оружия — под давлением расширяющихся газов вылетает клубень картофеля, выступающий в роли снаряда. В зависимости от конструкции, герметичности и используемого топлива расстояние полета картошки варьируется от нескольких десятков до нескольких сотен метров. Моя конструкция будет до смешного простой, так что я реалистично рассчитываю на уверенные метров пятьдесят, не больше.
Первым делом я занялся трубами. Движения были точными, выверенными, словно я занимался этим всю жизнь. Камера сгорания — из широкой, 80-миллиметровой трубы, отрезок длиной около сорока сантиметров, с откручивающимся блоком сверху для «зарядки» топливом. Ствол — из более узкой, 50-миллиметровой трубы, длиной около метра для лучшего разгона снаряда. Я аккуратно обработал срезы наждачной бумагой, добиваясь идеальной гладкости, чтобы ничто не мешало поклейке. На один конец камеры сгорания намертво приклеил заглушку, вдыхая едкий, химический запах клея, который неприятно щекотал ноздри. На другой конец посадил переходник с 80 на 50 мм. Дальше, с той же дотошной аккуратностью, к переходнику уже приклеил длинную трубу-ствол. Основной каркас легендарного Бульбамёта готов, и выглядит он на удивление грозно.
Следующий этап — система зажигания, сердце моего творения. Я просверлил в заглушке камеры сгорания два крошечных отверстия под винты диаметром 4мм. Затем вкрутил винты под небольшим углом, так, чтобы внутри камеры их металлические концы были на расстоянии всего 2–3 миллиметров друг от друга — импровизированные, но эффективные электроды. К торчащим снаружи винтам я аккуратно подключил провода от разобранной пьезозажигалки, а сам ее пластиковый корпус надежно закрепил несколькими слоями скотча на камере сгорания. Палец нажал на кнопку. Щелк! Яркая, злая синеватая искра с сухим треском проскочила между концами винтов. Отлично, практически все готово!
Последние штрихи перед триумфальным испытанием: финальная проверка всех соединений на герметичность и, конечно же, поиск подходящего боеприпаса. За последним пришлось сбегать в ближайший продуктовый магазин. И вот оно, спустя меньше чем час с начала работы, легенда была готова! С приятным усилием втиснув в ствол крупный, плотный клубень картофеля, я почувствовал, как края трубы срезают с него тонкий слой кожуры, обеспечивая идеальную обтюрацию. Открутив крышку на камере сгорания, я впрыснул туда щедрую порцию пропан-бутана из баллончика для заправки зажигалок. Затем подошел к окну, распахнул его настежь, впуская в комнату прохладный утренний воздух города, и направил ствол Бульбамёта вверх, целясь так, чтобы картошка приземлилась где-нибудь на плоской крыше соседнего здания. Сердце забилось чуть быстрее в предвкушении. Я нажал на зажигалку.
Короткий, но на удивление сочный и радующий ухо хлопок! Картофельный снаряд с невидимым свистом успешно покинул орбиту Земли, ну или, как минимум, орбиту моей квартиры на пятом этаже. В тот же миг перед моими глазами вспыхнуло системное уведомление, светящееся мягким голубым светом.
[Создана простая оружейная конструкция «Картофельная Пушка». Сложность: Минимальная. Получено +50 ОР!]
Я тут же высунулся из окна, пытаясь проследить за полетом клубня, но он слишком быстро превратился в темную точку и исчез из виду на фоне утреннего неба. В нос ударил резкий, химический запах сгоревшего газа, смешанный с едва уловимым, почти сладковатым ароматом печеного крахмала. Корпус пушки в руках был ощутимо теплым, а отдача, хоть и слабая, приятно толкнула в плечо, подтверждая свершившийся факт выстрела. Это было… настоящее творение. Не фигурка из бумаги, не рисунок,
