Неискушенный человек не напрасно верит, что хорошее, то есть глубокое, толкование ведет к происхождению слова. Сказано: «Загадка всегда делается из разгадки, и ответы — так было и будет — всегда старше вопросов.»— С. Кржижановский (Клуб убийц букв. 5); «Я открою вам тайну сновидений: толкование предшествует сну, и наш сон вытекает из толкования.»[12] — Иосиф у Томаса Манна (4.1, гл. Иосиф приходит на помощь как толкователь): «интерпретация — это почти interpatratio». «ЙЙЙinterpretari, почти что interpatrari, т. е. „входить в отцовЙЙЙ“» [13]— Дж. Вико. Новая наука. 2.2.4/448 и 4.7/938: «Что всё это значит? Предков я спрошу.»[14] — из хеттской песни древнейшего периода. Сводимость-возводимость толкуемого слова к значению сближает герменевтику с этимологией, «углубленное понимание современного значения слова», подчеркнул О. Трубачев (Реконстр., с. 3. ср. в его Приемах, с. 198), «есть тем самым его реконструкция». Толкование это смысловая, начальная реконструкция. (↓1: Толкование как воскрешение. — 2: Общность герменевтики и этимологии. — 3: Вяч. Иванов и Юнг о реконструкции.)
в41: Категории языка.
На Категории Аристотеля: Э. Бенвенист, Катег. мысли языка. Задетые антифилософской статьей Бенвениста (десять категорий возводил к греческому языку еще А. Тренделенбург начиная с 1833, но он считал, будто Аристотель вывел их из родного языка сознательно) Жюль Вюймен в Пяти этюдах, 2, и Чарлз Кан, Вопр. катег., доказывают, что аристотелевы категории не просто языковые. Но ведь категории (греческого) языка и сами «не просто», это свернутые, застывшие свернутыми первобытные идеи. Если бы философия, бывшее любомудрие, всё еще любила мудрость и стала чем-то вроде высшей фольклористики, показ зависимости философа от родного языка не расценили бы как принижение. (↓1: Философия и фольклористика.)
в42: К «закону двучленности»
К «закону двучленности» (Ян Розвадовский): «Знак обязательно двухкомпонентен, двусоставен, однако двусоставность его может быть в явном (хвойный лес), свернутом (хвойник) и скрытом (бор) виде.» — В. Мартынов, Кив. сем. лингв., с. 134. Отличие при слове, зависимое слово устойчивого сочетания может заменить это сочетание, перейдя в грамматический разряд его главного слова, — «свертывание» в смысле Мартынова (Кив. сем. лингв., с. 102, 104-06 и 137) по Розвадовскому, чьим примером было в Словообраз. знач. (3) польское wiatrak «ветряная мельница» из тłуп wiatrowy. Это как лицо (: от-личие) принимает значение «человек, особа». В Кроткой Достоевского уяснить себе на наших глазах свертывается в усвоить: Вот он и говорит сам с собой, рассказывает дело, уясняет себе его и Мало-помалу он действительно уясняет себе делоЙЙЙ (От автора). Я всё хожу и хочу себе уяснить это (1.1) и наконец Хочется всё это усвоить, всю эту грязь (1.3) — правильнее было бы усóбить, ср. усобить себе что (СВРЯ, ст. Собистый). Таково и сóбиться «собираться, снаряжаться куда-либо: намереваться сделать что-либо» (там же), равнозначное думать с инфинитивом, при хотеть/думать себе; и голованить «мозговать, думать и толковать», бранно или шуточно (там же. ст. Голова), при подумал с своей с буйной головой или думает своей головой (Ск. Самар., 1. и Ск. Вят., 104.7); и боговать «думать» (СРНГ 3, с. 47) при с Богом думал, «т. е. хорошо» (СВРЯ, ст. Бог). Обратный свертыванию ход — замена слова значить, например, сочетанием иметь значение.
в43: Старший род и главное отличие.
Толкование через род и отличие это собственно толкование, слово в собственном, прямом значении толкуется через род и отличие. Такое толкование предполагает определенный порядок вещей, например значение «говорить себе» для «думать» — Эпиметееву триаду дело, слово, мысль, и дает его знание, основанное на сравнении и различении. При этом род есть старшее отличие: сперва улавливается сходство как общая разница, оттого-то «все инородцы на одно лицо» (инакое одинаково), а маленькие дети путают антонимы, для них это еще синонимы, и лишь позднее улавливается частное различие: родовой признак тоже признак, тоже отличает. В сказках Вещий сон и Балдак Борисьевич (НРС, 240 и 315) героя метят, чтобы узнать среди 12 или 30 одинаковых молодцев, а он такой же значке и (315) перемечивает остальных молодцев, чтобы снова не выделяться, то есть делает из своего-личного свое-родовое, ср. свои люди, о своем как родовом см. О. Трубачев, Этноген. культ, слав., 2. А шуточный ответ Стоеросовое на вопрос «Какое это дерево?» (Кокорев, Старьевщик: СВРЯ, ст. Стоёк) выдает родовой признак — всякое дерево стоя растет—за отличительный. Род старше отличия, но отличие важнее, значение в отличии, поэтому просто синоним не может служить собственным значением слова, хотя толкования через синоним защищал под названием идентификации Шарль Балли во Франц. стилист. 1. § 108— 10; они встречаются на каждой странице словаря Даля. Таков и третий ответ «Сказал значит (то же, что) подумал». (↓1: Толкования через синоним у Даля.)
в44: Знать род и видеть отличие.
Род это целое или общее, его знают (γένος «род»: знать), а видовое отличие это частное, его видят. Видят внешнее, наружный/внешний вид сочетание вроде подниматься наверх, а знают внутреннее. Не видеть за деревьями леса значит не видеть целого за частностями, не зная общего — сердцевины в деревьях по загадке «С лесом вровень, а не видно» (ЛПЗ, 4). К различению видеть/ведать и знать см. Трубачев, Слав. терм, родства, с. 156 сл., и Этноген. культ, слав., с. 172: В. Топоров. Случай ĜEN-. прим. 44 на с. 154, сюда же его Эдип Соф.: Б. Успенский, Ист. РЛЯ. с. 62 = Кратк. ист. РЛЯ, с. 48. От-личие значения как внутреннее лицо, а род как внутреннее тело слова. В своем выражении внутренней жизни лицо — отличие личности, не то что тело, родовое начало человека. Об изображении личности-лица-души см. Топоров, Предыст. портрета. А кто не хочет, чтобы его узнали, наденет на лицо маску, личину. Лицо и душа оба противоположны телу: душой, но и лицом, личностью метонимически называют живого человека-особу, а мертвый всего-навсего тело. ср. «Смерть голову откусит — всех поравняет» (ПРН, с. 283); не так в древнегреческом или в английском с его every-, any-, some- и no-body. В марте 1993 В. Топоров сообщил мне свою этимологию слова лицо (за позволение привести ее благодарю Владимира Николаевича): тело связано с тло «основание», ср. дотла, а лицо — излишек на теле-тле, к корню лих-/лиш-, обозначающему иное. Толкование слова через род и отличие обнаруживает «два в одном». Борьба отличия с родом. Обмененные головы Т. Манна и Пария Гёте. «Двутелость», «двутонность», «двуголосость» по Бахтину. Сюда же «дипластия» из палеопсихологии Б. Поршнева — Нач. чел. ист., с. 450. (↓1: Целое, части и общее. — 2: К единству частей целого. — 3: Прозрачное. — 4: «Зеркало души». — 5: Человечек в глазу. — 6: Пришвин о человечке. — 7: Друг и душа.)
в45: Описательность рода с отличием.
Род с отличием это кратчайшее описание, ср. выразиться описательно, т. е. расчленение: разложение толкуемого слова (толковать: толочь) на род и отличие — первый шаг от знака к образу. Расчленяющие этимологии в платоновом Кратиле предполагают слово как сокращенное значение, сгущенный смысл. Так и врач Герценштубе из Братьев Карамазовых (12.3) своим «Если есть у кого один ум, то это хорошо, а если придет в гости еще умный человек, то будет еще лучше, ибо тогда будет два ума, а не один только…» передает русскую пословицу Ум хорошо, а два лучше. Образ и мысль близки, судя по триадам дело, слово, мысль и вещь, имя, образ или по синонимам думать и во-ображать, и образность мысли-смысла воссоздается через двучленность, составность значения. Аристотель в Топике сравнил определение с картиной: «ЙЙЙесли определение, названное отдельно, не объясняет, к чему оно относится, то оно похоже на те картины древних живописцев, смысл каждой из которых без надписи понять нельзя»[15] (6.2/ 140а). — а в целом это сошло бы за насмешливое суждение о кеннингах. Поэзии кеннингов родственны кроссворды. К идее составности см. Цел. расчлен. Топорова и его же Индоевр. загов., с. 25–68 (О человеческом составе), о связи подражания с составностью — H. Гринцер. Подраж. (↓1: К образности мысли.)
