— Почему б тебе его самому не понести? — буркнул Блез, подходя с Винсентом, чтобы помочь Грегори.
— Потому что, — ухмыльнулся Драко, — я слишком маленький. А вы с Винсентом примерно одного роста. И Грегори так будет удобнее.
— Ха! Готов биться об заклад, ты–то его все равно не поднимешь! — фыркнул Блез, закидывая руку Грегори себе на плечо.
Драко, все еще ухмыляясь, пожал плечами и посмотрел вслед троим, хромающим из душа.
Как и предсказывал Драко, мадам Помфри быстро вылечила Грегори. Он как раз успел вернутся, чтобы продолжить буравить Северуса за завтраком свирепым взглядом. Северус парировал своим обычным холодным взглядом. Драко, сидя между обоими, чувствовал себя все неуютнее, и старался держать от обоих подальше любую липкую еду, но, по счастливой случайности, на этот раз завтрак в драку не вылился. (Грозное присутствие Минервы МакГонагалл, стоявшей в паре шагов от них, могло быть тому причиной.)
Первым уроком в тот день шла пара — Зельеделия.
Глава 4. Дамбльдор преподает Зельеделие
Директор Дамбльдор шел на свой первый урок с тяжелым сердцем. Понедельник прошел совсем не блестяще. Он с трудом нашел нужные компоненты (И почему только Снейп не додумался укладывать их, к примеру, в алфавитном порядке?) да и зелья, сваренные им, тоже срабатывали через раз. Директор достаточно разбирался в Зельеделии, чтобы преподавать его, но он никогда не специализировался в этой области. Он разбирался в основные теориях, стоящих в основе изготовления зелий, но Снейп преподавал по своим собственным методикам, и Дамбльдор часто не мог дать на вопросы учеников вразумительно ответа.
А теперь ему еще придется преподавать и Северусу, который знал о своем предмете практически все на свете. Директор понимал, что допустить промашку на уроке нельзя ни в коем случае. Дамбльдор провел пол ночи, готовясь к предстоящему уроку. И все рассчитал заранее. И где теперь искать компоненты для его тщательно продуманного зелья?
Он отправился в кабинет Снейпа на поиски.
Вдруг из коридора послышался шлепок, затем гневный вопль, а вслед за ним громкий визг.
Альбус Дамбльдор выскочил из кабинета Снейпа, лихорадочно запер класс и выбежал в коридор.
Среди разбросанных перьев, книг и свитков по полу катались, вцепившись друг другу в волосы, Лаванда Браун и Панси Паркинсон. Гриффиндорцы и слизеринцы бросались друг в друга компонентами для зелий, а некоторые образовали круг вокруг дерущихся девочек и громко болели за свои Дома.
— Что здесь происходит? — рявкнул дирестор страшным голосом.
Некоторые мальчики испуганно посмотрели на него, и крики болельщиков постепенно затихли. Большая часть девочек, впрочем, продолжала, как ни в чем не бывало.
Дамбльдор вынужден был признать, что у него категорически не получается проявлять строгость. Он не умел вызывать у учеников такого трепета, как Снейп, и, как выяснилось, оказался не в силах удерживать их от всяческих буйств. Для восстановления порядка потребовалось небольшое заклинание и снятие 50 баллов с обоих Домов.
Он загнал учеников в класс и принялся рассаживать их по парам, с целью посадить самых «трудных» с самыми смирными. Это было делом нелегким, в особенности когда дело касалось слизеринцев. Он понятия не имел, кого из них можно считать смирными, а кто только и ждет повода устроить склоку с его гриффиндорцами. Тут директор строго напомнил себе, что он отныне глава Дома Слизерина. Понятия не имеющий, какие отношения царят в кругу его подопечных.
Когда класс, наконец, расселся по местам, внимание директора опять привлекли Панси и Лаванда. Лаванду директор усадил на заднюю парту рядом с ее подругой Парвати, а Панси — в противоположном углу, рядом с Драко.
Судя по выражению на лице Драко, он сделал явно ошибочный выбор. «Странно», — подумал Альбус. «- мне–то казалось, что она ему нравится.» Он усадил их вместе в надежде, что взаимный интерес друг к другу отвлечет их от устраивания беспорядка на уроках, но, по–видимому, он неверно истолковал их отношения. Надо бы в ближайшее время найти для обоих других соседей. Может быть, стоит спросить Северуса, как было бы лучше рассаживать слизеринцев 7 И где, кстати, сам Северус? На часах было уже две минуты десятого.
— Мисс Браун и мисс Паркинсон, извольте обьяснить, что все это значит! — потребовал он строгим голосом.
— Эта крыса перевернула мой портфель! — взвизгнула Лаванда.
— Я случайно об него споткнулась! — заявила Панси и показала Лаванде кулак.
Дамбльдор вздохнул и поскорее стал между обеими девочками, на всякий случай, хоть их и разделяло пространство всего келасса. Ну как Снейпу удавалось держать их в узде?
— Что ж, в таком случае, мисс Паркинсон, я бы предложил вам пойти и собрать упавшие вещи мисс Браун, доказав тем самым свои добрые намерения, — распорядился он.
Панси сверкнула на него глазами, пробормотала что–то себе под нос, но вещи Лаванды все–таки собрала.
Едва она прикрыла дверь за собой, та вновь распахнулась, и в класс влетел Гарри Поттер.
— Извините! — прокашлял он. — Я забыл книгу в башне, и пришлось сбегать за ней.
Дамбльдор с трудом удержался от стона. Он тщательно поделил класс на пары, но не подумал о том, что могут явится опоздавшие. А теперь Гарри будет вынужден работать в паре с Северусом, и, кроме того, обоих придется как–то наказать за опоздание. (Гарри бы он пощадил, но тогда придется проявить великодушие и к Северусу, а это только сподвигнет его вести себя еще хуже.)
— Минус два балла с Гриффиндора, мистер Поттер, — обьявил он. — Сюда, пожалуйста. — он указал на свободный стол рядом с партой Рона и Гермины. Там Гарри по крайней мере, может рассчитывать на помощь друзей, если Северусу опять вздумается устраивать пакости. Впрочем, Северус и так будет сидеть, окруженнный гриффиндорцами — потому, что по правую руку от него сидели Невилль и Дин. Впрочем, отсадить его от остальных слизеринцев — мысль, несомненнно, хорошая, особенно если вспомнить про вчерашнюю драку.
Альбус распорядился открыть учебники на странице 362, и читать описание зелья, которое он сегодня собирался варить. Директор решил остановится на изготовлении целебного зелья, гораздо более легкого, чем то, из–за которого и прошел тот самый несчастный случай на прошлой неделе. На то у него были две веские причины: во–первых, о чем он и сообщил классу, имелись опасения, что Невилль опять изготовит Омолаживающее Зелье и превратит себя или кого–нибудь из соучеников в младенца. Во–вторых, и эту причину он предпочел не оглашать, директор был не уверен в своих способностях сварить более сложную версию.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
