Снега помутнели, и с крыши
Серебряный дождь упадает…
Всё тает… все тише и тише!
Последние слезы мороза
Румяное солнце лобзает,
Последняя зимняя греза
Звенит и дымится – и тает!
Всё тает, как сны пред рассветом,
Как вздохи глубокой печали…
Леса почерневшим скелетом
Навстречу весне закивали!
И, внемля весеннему бреду,
Яснее на синем просторе
Заря торжествует победу
И ропщет бурливое море…
Всё тает… но грустно и больно
Внимать пробужденному шуму…
Встречая весну богомольно,
Я тяжкую думаю думу,-
Всё тает, надежды и годы…
И память о милом когда-то,
Как лед пробужденной природы,
Растает… уйдет без возврата.
И дружба, как счастье, не вечна,
И сердце, как слезы, остынет,
И всё, что лелеем сердечно,
Усталую память покинет!..
Март 1894
«Мне кажется порой, во мне страдает кто-то…»
Мне кажется порой, во мне страдает кто-то,
Другой – отзывчивый, другой такой же я,
И у него всегда, как у меня, забота,
И у него любовь к волненьям бытия.
Он часто мне дает ответы на вопросы,
Которые меня смущают, как разлад,
В котором рои дум, как волны об утесы,
Разбитыми бегут, отпрянувши назад.
Но я не раб его, и он не мой властитель,
Он только часть меня, я – только часть его.
Он страшен и любим, как демон и хранитель,
И я в бессилии погас бы без него.
В его очах – гроза, в его дыханьи – нега,
Он робок, как дитя, и властен, как творец.
Он так же, как и я, он – Альфа и Омега,
Он мудрость и любовь! Начало и конец!
Мaй 1894
МЕЛОДИИ
Я вижу, сыплется в избытке красоты
Душистый снег весны – черемухи молочной
Весенние цветы, как девы непорочной
Отвергнутой любви невинные мечты.
Душистый снег весны – опавшие цветы!
Я вижу в золоте, в румянце облаков
Последние лучи – вечернее сиянье.
Длиннее тень легла, слышнее трепетанье
Поникнувших ветвей и слаще вздох цветов,-
Последний аромат – последнее прощанье!
Я слышу, как весна, боясь мечты своей,
И дышит и дрожит в цветущем упоеньи,
И слышу, как в кустах рыдать о наслажденьи
Проснулся на заре вечерний соловей -
Рыдающий певец в стыдливом пробужденьи!
И чувствую – под песнь рыдающей любви
Растет моя печаль, растут воспоминанья,
И нет им отзвука, и нет в них очертанья,
И слабо тлеет жизнь в хладеющей крови,-
Отцветшая любовь ожившего страданья!..
Май 1894
«Светает; за окном моим…»
Светает; за окном моим
Деревья тощие трепещут
И небеса уныло блещут
Без солнца светом гробовым.
Убого всё в деревне грязной,
И вдоль проселочной земли,
Как след морщины безобразной,
Колеи топкие легли.
Здесь бледен луч скупого солнца,
И равнодушного чухонца
Жизнь сиротливая тиха.
Здесь только слышен пастуха
Жестокий бич, мычанье стада,
Да в глине вязнущих колес
Тяжелый скрип. Здесь слез не надо,
Здесь самый смех достоин слез!
И тут же рядом, теша око
Своим стремленьем кочевым,
Несется поезд издалёка
И стелет призрачный свой дым.
И долго длится свист протяжный,
И утомительный и важный,
Напомнив мрачному в глуши,
Что где-то есть пышней природа,
Что есть полнее жизнь души
И благотворнее свобода!
Июнь 1894
ОСЕННЕЕ
В мутном тумане почила земля,
Темные тучи над жнивьем нависли…
Падают листья с сухого стебля,
Падают поздние мысли,
Друг мой, я жду не дождуся огня…
Вечер зарю не затеплил ошибкой…
Ты, мое солнце, осветишь меня
Поздней и нежной улыбкой.
Август 1894
«Ты помнишь ли, подруга юных дней…»
Ты помнишь ли, подруга юных дней,
Ты, черных дней звезда любви прекрасной,
Свиданий час – не пел нам сладкогласный,
Не пел влюбленный соловей.
Встречалися с тобой мы в улицах туманных,
Осенним днем иль утром золотым,
Когда над городом из очертаний странных
Ткал город облачный, бегущий к небу дым.
Не музыка лесов широколистным воем
Приветствовала нас, а грузный лязг колес,
И барабанный бой солдат, идущих строем,
И крики торгашей, как шум несметных ос.
Нас в душном городе теплом гостеприимным
Всё грело, всё влекло… И весь нестройный гам
Звучал мелодией, звучал победным гимном
Еще доверчивым сердцам!
И в тесной улице, как в галерее длинной,
Картина пестрая сменялася картиной,
Не ужасая ум бессмертной суетой,-
Всё взоры тешило мечтательностью яркой:
Усталый продавец под рыночною аркой,
Застенчивый бедняк с протянутой рукой,
Салопница, идущая с кухаркой,-
Неторопливая расчетливым умом,
И над рассыпанным желтеющим овсом
Веселых голубей откормленная стая -
Все радовало нас, восторгом опьяняя,
Как шумно брызжущим вином.
Не проклинали мы волнующийся город:
Моложе ты была, и твой поэт был молод,
От жизни малое просили мы тогда,
Л жизни впереди казалося так много.
И вот прошли года… тяжелые года…
К нам постучалася забота – и нужда
Стоит, как сторож, у порога.
Желания растут в измученной груди,
От них в ней тесно стало сердцу,
И жизни кажется все меньше впереди,
А просьбы больше к громовержцу.
1894
ОТТЕПЕЛЬ
Гудит в обезлиственных ветках,
Безумствуя, ветер;
Косматые тучи несутся
По серому небу.
Снега замутились и тают…
Смятенье природы
Приветствуют гомоном птицы,-
Пахнуло весною!
Прозрачно, загадочным светом
Лучи золотые
Тепло обещают, и сердце
Надеждами греют…
Мне слышатся тихие вздохи
Любви улетевшей
В журчаньи и рокоте влажном
Серебряных капель.
Душа отогрета, и счастьем
Наполнились думы…
И точно заря сквозь вершины
Нахмуренных сосен,
Прощальная юность сияет
Сквозь бремя заботы…
И в сердце, и в памяти слезы,
И слезы – в природе!..
1894
«Не мигают зарницы вечерние…»
Не мигают зарницы вечерние,
Не поет соловей по ночам,-
Только сердце мое суевернее,
Только верю несбыточным снам.
Зашумит ли дубрава зеленая,
В туче месяц блеснет ли щитом,
Или бурей волна опенённая
Загудит на просторе морском,-
Взоры вспыхнут, и сердце мятежное
Просит бури безумных страстей,
Точно горе его неизбежное -
Горе леса, небес и морей…
И душа разверзается страстная,
Как от молний ночных вышина,
И природа ей вторит согласная,
Как покорная думам струна…
1894
ТИШЕ, МУЗА!
Тише, Муза! Мы в потемках -
Между грязи, на обломках
Обесславленной земли.
Вкруг болота, мхи и елки…
Тише, Муза! Слышишь, волки
Воют жалобно вдали?
Мы озябли, мы устали,
Сердце грезы истерзали,
Путь наш долог и уныл.
Нет огней, знакомых взору,
Лишь вблизи по косогору
Ряд темнеющих могил.
Где же край обетованный,
Путь лучистый, путь желанный,
Мир восторженных прикрас?
Не того с тобой мы ждали,
Как поутру без печали
Повстречались в добрый час!
Ты любить еще умела,
Ты так нежно песни пела,
В даль волшебную влекла;
И пред нашими очами
Вся сквозящая лучами
Золотилась полумгла.
Нам цветы нежней дышали,
И о славе лепетали
Водометы и ключи.
А теперь – теперь в потемках,
На поруганных обломках,
Муза, плачь или молчи!..
24 июня 1895
У ПРИЛИВА
Я помню вечер и луну,
Над морем грусть дышала.
Волна баюкала волну,
Волна волну качала.
В душе, как море к берегам,
Теснился дум избыток.
Душа читала по складам
Былого темный свиток.
Я видел юность, красоту…
И всё, чем жил сначала…
Мечта баюкала мечту,
Мечта мечту качала.
За новым сном забытый сон
Вставал, как друг давнишний,
А вечер гас со всех сторон,
Таинственный и пышный.
Звучали волны, чуть дыша,
Темнели краски в море,
И мнилось вечером – душа,
Как жизнь, погаснет вскоре!..
Июль 1895
ОСЕННИЕ МЕЛОДИИ
1
Падают желтые листья с ветвей,
Падают грустно, бесшумно они.
Вот уж и вечер… зажглися огни -
Mного вечерних oгней!
В церкви, под купол, на поздний ночлег,
Шумно слетается стая галчат.
Серые тучи по небу скользят,
И безмятежен их бег.
Грустно и тихо в душе у меня,
Грустно в затишье померкших аллей;
Падают желтые листья с ветвей,-
Слезы осеннего дня!
Близкая ночь не пугает грозой,
В небе ни звезд, ни зарницы из туч.
Вечер осенний угрюм и пахуч
Мертвою, желтой листвой…
2
Тускло блещет солнце на закате
Из осенних облаков;
Веет тленьем в крепком аромате
Увядающих цветов.
В темных соснах сумрак молчаливый.
Над водой дымит роса,
Ночь плывет, рукой неторопливой
Застилая небеса.
Ночь плывет, и тени ткет и дышит,
