Читаем без скачивания Трудный путь Самбоса - Александр Жиляев

— Ну что же, милый юноша, — сказал Главный старейшина. — Это и есть рецепт Спасения. Ты добыл его сам. Мне нечего добавить к тому, что ты перечислил.

Потом он подошел к Самбосу, встал рядом с ним лицом к старейшинам. Когда он называл члена Мускулата по имени, тот вставал и произносил одно-единственное слово. — Кинеза! — выкликнул Главный старейшина.

— Утверждаю! — торжественно произнесла девушка, вставая, и подняла правую руку.

— Атлетид!

— Утверждаю!

— Спортикл!

— Утверждаю!

— Пятибор!

— Утверждаю!

Это были торжественные минуты. Самбос чувствовал, что именно сейчас, здесь рецепт Спасения приобретает силу.

Когда последний из старейшин сел на свое место. Главный старейшина провозгласил;

— Рецепт Спасения утвержден всеми членами Мускулата единогласно. Да поможет он жителям Счастливии!

— Спасибо, — сказал Самбос. — Можно мне задать Мускулату один вопрос?

— Говори!

— Как мне быстрее добраться до своей страны?

— А какой способ передвижения ты предпочитаешь? По воде или по суше?

И тут вдруг Самбос отчетливо вспомнил глухую темную стену из своего сна и то слово, которое вспыхнуло в его сознании, когда он уже просыпался.

— По воздуху, — уверенно ответил он.

— Да, пожалуй, впервые мне приходится пожалеть, что у нас мало машин, — ответил Главный старейшина и задумался. — Стой, стой! — оживился он. — Есть выход… Изав! Да, конечно же, Изав. У него уже давно был готов проект аппарата — Поглотителя пространства. А сейчас, я слышал, он заканчивает его создание.

Сердце Самбоса радостно забилось: на Изава можно положиться, он не подведет.

— А теперь у нас есть к тебе вопрос, Самбос, — услышал юноша голос Главного старейшины.

— Я готов отвечать.

— Ты не сказал нам, как ты собираешься одолеть Стати-су. Твои приемы Неуязвимости хороши. Но ведь Статиса — женщина. Не будешь же ты бороться со старухой.

— Я помогу тебе, Самбос, — раздался звонкий голос Кинезы. Она протянула юноше платок. — Возьми и разверни этот платок перед Статисой. Как только ты сделаешь это, ее колдовские чары иссякнут.

Самбос с благодарностью взял платок. На нем была вышита крупная буква «К» и чуть в стороне от нее — еще три буквы: «СВМ».

«Кинеза из страны Вечной Молодости», — догадался Самбос. Он бережно свернул платок и спрятал его.

— Здесь у меня осталось очень много друзей, — сказал Самбос. — Как только мой народ сбросит проклятые нити Неподвижности, мы устроим в Счастливии всенародный праздник Движения и пригласим на него жителей страны Вечной Молодости.

— Прекрасная идея, — воскликнул Главный старейшина. Все члены Мускулата по очереди пожали Самбосу руки.

Рукопожатие Кинезы было энергичным и твердым, как мужское. Она улыбнулась. И эта чуть грустная, ласковая улыбка помогла Самбосу преодолеть нерешительность.

— Я увижу тебя в своей стране? — тихо спросил он.

— Надеюсь, что это произойдет очень скоро, — ответила прекрасная волшебница.

Дом, где работал Изав, Самбос отыскал без труда. Он так и назывался: «Дом Изава».

Самбос вошел в большой кабинет. За столом сидели незнакомые люди. Изав возглавлял это заседание.

— А мы уже ждем тебя, Самбос, — поднялся он навстречу юноше. — Я узнал от Кинезы о твоем желании и вот собрал всех создателей Машин будущего. Мы посоветовались здесь и решили, что из различных машин тебе сможет помочь только Поглотитель пространства. Он готов. Правда, он проходит последнюю проверку. Нужна еще неделя. Через неделю ты сможешь лететь.

— Боюсь, что через неделю будет поздно, — проговорил Самбос. Ты ведь представляешь себе, что может произойти с людьми, живущими почти в полной неподвижности? Я должен лететь если не сегодня, то завтра.

— Но это невозможно, Самбос, — возразил Изав. — В неиспытанный аппарат я не могу тебя посадить. Я не могу рисковать. Вдруг расчеты окажутся неверными?

— Что ждет человека в полете? — быстро спросил Самбос.

— Огромные перегрузки при взлете, которые могут раздавить, расплющить все живое. Это царство Стогруза. А если ты его преодолеешь, тебя поджидает Нольвес. Не научившись бороться с ними, трудно рассчитывать на успех. К сожалению, мы о них еще мало знаем.

— Скажи, Изав, управлять Поглотителем пространства очень сложно?

— Нет. Я обучу тебя этому за полчаса. Ведь тебе не нужно знать всех тонкостей его устройства. За всеми процессами в нем следят автоматы.

— Я лечу сегодня же, — решительно сказал Самбос.

— Да, но мы не можем… — поднялся из-за стола один из сидящих.

— Поймите, — взволнованно сказал Самбос. — У меня нет выбора. Пусть будет что будет. Но если я не появлюсь вовремя в Счастливии, моя жизнь теряет смысл. Я прошу вас всех доверить мне аппарат.

Самбос говорил очень решительно и убежденно. Каждый чувствовал, что это слова не выскочки и не хвастуна, а человека, для которого полет — выбор между жизнью и смертью. Но никто не хотел первым высказаться за то, чтобы разрешить Самбосу полет. Люди стали совещаться.

А Самбос волновался see больше и больше. Он-то отлично понимал этих людей. На их месте он поступил бы точно так же. Но сейчас… Как они не могут понять, что жизнь Сам-боса ему уже не принадлежит? Она принадлежит Счастливии. Вернее, жизнь народа Счастливии сейчас зависит от Самбоса. Но если он погибнет? А если он будет жить, но вернется слишком поздно, что тогда? Да это одно и то же.

— Я должен еще раз поговорить с кем-нибудь из старейшин, — сказал наконец Изав и нажал на аппарате связи кнопку «Мускулат».

В ответ на слова Изава прозвучал звонкий голос:

— Я разрешаю полет Самбоса. Это не прихоть, это необходимость. А кроме того, он смел и удачлив. Я верю, что ему повезет.

— Спасибо, Кинеза, — успел крикнуть Самбос, прежде чем аппарат отключился.

Поглотитель пространства поблескивал серебристым корпусом, похожим на тело дельфина. И Самбос сразу вспомнил Ник Бака. Это показалось ему хорошим предзнаменованием.

Изав стал объяснять Самбосу, как управлять этим аппаратом. Потом Самбос примерил специальный костюм, который тут же тщательно подогнали по его росту. Машина-автомат рассчитала для него маршрут полета. Потом на тренажере Самбос стал отрабатывать этапы полета. Специалисты следили за каждым его движением.

Увидев, как уверенно и сосредоточенно работает его друг, Изав подошел к нему в конце тренировки со словами:

— Кажется, и я поверил в твой успех.

— А я просто не сомневаюсь в нем. Вот только как быть с моим другом Мяком? — Самбос с надеждой посмотрел на Изава.

— Ты хочешь, чтобы Мяк летел с тобой? К сожалению, это невозможно. Он не сможет преодолеть царство Стогруза.

— Надо убедить его остаться, — с тяжелым вздохом проговорил Самбос.

— Завтра в восемь — старт. У тебя есть время уговорить Мяка и проститься с ним.

Над Спортополем лежала теплая тихая ночь. Они шли и обсуждали детали предстоящего полета. Изав проводил Самбоса. Прощаясь, он сказал:

— Итак, завтра в восемь.

Мяк ждал Самбоса, сидя на подоконнике. Он даже не притронулся к молоку, оставленному для него. Он тосковал.

Вот уже много дней Мяк чувствовал, что Самбос не нуждается в его помощи. И это было обидно. Самыми счастливыми Мяку казались теперь те дни путешествия, когда их на каждом шагу подстерегала опасность. Он с удовольствием вспоминал, как прыгал из крохотного оконца на спину лося в стране Перепутанного Времени, как выкатывал лапами тяжелую шкатулку…

А теперь? Теперь, в стране Вечной Молодости, Самбос легко обходится без него. Во дворце Культара Мяк очень подружился с Гимнасой. Бедной девушке действительно нужна была дружеская поддержка. Мяк смотрел, как она занимается на брусьях, на бревне. Гибкий от природы, он и сам с удовольствием кувыркался, крутил «солнце» на перекладине. Но все это было возможно, только когда Культар спал. Во все остальное время Культару лучше было не попадаться на глаза: никаких упражнений, кроме накачивания мышц, он не признавал и не позволял никому. А как он обижал Гимнасу и его, Мяка!

Мяк вынашивал план мести Культару. По ночам он взбирался на дерево возле окна своего обидчика и устраивал ему кошачий концерт. Мяк так преуспел в этом, что его голос напоминал грозное рычание могучего льва, но никак не котенка. Потом, сидя на той же ветке, он принимался дико хохотать и истерически визжать. Мяк мог поклясться, что Культар не спал в это время. Он не подходил к окну — видимо, боялся — но каждое утро жаловался на мучительные кошмары.

Но разве это была достойная месть Культару?!

А в тот день, когда во дворец валом повалил народ, Мяк понял, что пришла пора действовать. И мысль о том, что он может чем-нибудь помочь Самбосу, воодушевляла его. Однако предусмотрительный Культар внезапно запер их с Гимнасой в комнате, и все происходившее в парке Мяк видел только через окно. Он несколько раз порывался выпрыгнуть в парк с подоконника, но Гимнаса, видя как вздымается его шерстка, гладила Мяка и приговаривала: «Не сейчас, Мяк, подожди, еще рано».