- Хорошая собака, - заметил Марвелл. - Ну что, Гораций?
Гораций пребывал в нерешительности.
- У меня смутное ощущение, будто я сталкивался с данной ситуацией прежде. Но я могу заблуждаться. Мою память стерли основательно, если только что-нибудь застряло в узлах...
- Итак?
- По-моему, мисс Хэсселл права и в то же время не права.
- Слышишь, Лиз? - самодовольно усмехнулся Марвелл.
- Сначала скажи, в чем права, - потребовала Лиз, поглаживая собаку.
У той был сытый и ухоженный, но какой-то затравленный вид. Еще бы одна, без людей, да на минных полях! Одиночество - несладкая штука, даже если тебе не грозит никакая опасность.
- Полагаю, мисс, - прервал её размышления Гораций, - мы находимся на стыке двух отдельных Сцен - в этом ваша гипотеза верна. С одной стороны барьера мы имеем дело с воссозданием реальности на основе сельскохозяйственной общины, правда, с некоторыми непонятными отклонениями. С другой его стороны можно видеть реконструкцию совершенно иного типа. Похоже, что изначально существовала полная физическая изоляция двух Сцен с барьером в качестве санитарного заграждения.
- А теперь говори, в чем она не права! - перебил Марвелл. - Стало быть, происходит взаимное проникновение?
- О да, сэр! Гразеры действительно несовместимы с технологическим уровнем допарового века. Учитывая коэффициент, полученный по Кривой Вероятностей, можно предположить, что там, где Сцены соприкасаются, время от времени происходят структурные сдвиги.
- Я не очень понимаю, что это такое, - сказала Лиз. Марвелл улыбнулся.
- А я думал, ты у нас все знаешь.
- Ну, Спингарна то знал ты, а не я. Может, он рассказал тебе больше, чем ты открыл Директору? Марвелл угрюмо хмыкнул.
- Естественно. Что мне, самому в петлю лезть? Разумеется, Спингарн упоминал о структурных сдвигах.
Лиз ждала объяснений от Марвелла, но Гораций опередил его:
- Мое мнение, сэр, вытекающее из расшифровки Кривой Вероятностей, что если вы..... гм-м... мы попытаемся перебраться на ту сторону, то значительно продвинемся вперед.
- Так в чем же дело?
- Дело в том, что это непрошеное вторжение, а барьеры запрограммированы против таких вторжений. Как правило, всякого, кто без специального разрешения преодолевает структурный барьер, подвергают дознанию и в большинстве случаев возвращают на прежнее место.
- Попытка не пытка, - напомнила известную пословицу Лиз.
- Какие дознания на заброшенной планете! - поддержал её Марвелл. - А, Гораций?
- К тому же, - продолжал робот, - в момент, когда мм будем преодолевать барьер, может произойти структурный сдвиг, что чревато печальными последствиями, сэр.
- То есть? - полюбопытствовала Лиз.
- При структурном сдвиге одна или несколько Сцеп могут рухнуть. И если вы и та мистер Марвелл в тот момент окажетесь на барьере, вас останется только пожалеть.
Марвелл, похоже, все больше входил в азарт.
- Это правда, Лиз. Спингарн говорил... - он осекся.
- Я так и знала, что ты в курсе, - заметила Лиз. Марвелл пожал плечами.
- Спингарн - кретин, но он способен па поступки!. По его словам, горные цепи, ледяные глыбы и многое другое в один миг превращались в ничто. Полное разрушение. Полное смещение слоев. Если не хочешь рисковать держись подальше от барьера.
Лиз сглотнула комок, застрявший в горле.
- И здесь такое может произойти?
- Ты же слышала, ч го сказал Гораций. Теперь понимаешь, почему я не рвался в герои? Лиз потрепала собаку.
- Ну и что теперь нам делать?
Марвелл задумчиво смотрел, как огромная черная масса колеблется в утреннем воздухе.
- Гораций!
- Да, сэр?
- Ты как будто говорил, что имеешь возможность использовать местные ресурсы?
- Да, сэр.
- Перебрось нас туда.
- Но мне не дозволено пускать в ход собственные энергетические поля.
Сердце Лиз забилось от волнения. Она чувствовала, как работает богатое пространственное воображение Марвелла.
- Гразеры! Отыщи гразерную мину и запрограммируй се на небольшой радиус... Или придумай ещё что-нибудь, только перенеси нас через барьер.
В следующие несколько секунд Лиз имела возможность полюбоваться расторопностью Горация. Обнаружить несколько простейших мин, заложенных в окрестностях фермы, было несложно, но для того, чтобы переориентировать их устаревшие системы контроля, требовалось изрядное умение. Длинные, похожие на кишки фосфоресцирующие спирали обвивали скелетообразные конечности Горация. Ему пришлось сплести из них целую сеть, и он справился с этим на удивление быстро. Марвелл, Лиз и собака с интересом наблюдали за его манипуляциями.
Наконец Гораций объявил:
- Транспортное средство готово, сэр.
- Оно безопасно? - снова всполошился Марвелл.
- Почти на сто процентов, - заверил Гораций. - Есть элемент риска, но он очень невелик.
Марвелл заискивающе улыбнулся, глядя на Лиз; она отметила, что па ферме он даже не подумал умыться и побриться.
- Ты первая, Лиз.
- Нет!
Марвелл покосился на черно-белую собаку.
- Тогда он.
- Она.
- Ну она.
- Нет! - отрезала Лиз, вне себя от возмущения. - Ты!
- Черт, ну и ассистентка у меня! Он сделал знак Горацию. Робот указал на небольшую выбоину в нескольких метрах от барьера
- Встаньте, пожалуйста, сюда, сэр.
- Гразеры! Стоило родиться на свет, чтобы отдать концы по технологии третьего тысячелетия! - посетовал Марвелл. - Только не говори потом, Лиз, что я тебя не предупреждал...
Гораций собрал спирали в один пучок, и огромная фигура Марвелла с неимоверной скоростью взметнулась вверх.
- Мисс! - произнес Гораций.
Лиз стала подталкивать вперед собаку, но та воспротивилась. Лиз была в смятении: собачьи страхи не давали ей покоя. Что за люди жили на опасном островке воссозданной реальности? Как таймаутеры Спингарна существовали среди минных полей этой примитивной Сцены? Кому охота жить в ожидании, что с минуты на минуту тебя может выбросить в стратосферу? Собака зарычала. Лиз отпустила её, и в тот же миг земля провалилась, выпустив сноп сверкающих искр. Среди них она успела заметить полные ужаса глаза собаки, и мозг пронзили маленькие стрелы силовых полей. Спуск был столь же неприятным, как в первый раз.
Марвелл уже поднялся на ноги; зрачки его расширились от суеверного страха.
- Лиз! Черт возьми, давай вернемся! Это не для нас!
Лиз огляделась и поняла, что Талискер сыграл с ними ещё одну недобрую шутку. За барьером им открылось жуткое зрелище. Они приземлились на пугающую своей гладкостью поверхность; увиденное оказалось страшнее самых невероятных предположений.
Лиз готова была закричать вместе с Марвеллом. Заброшенная планета предстала во всем своем нечеловеческом уродстве, сразу же убедив в том, что напряженное ожидание и рискованные Игры закончены.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
