Читаем без скачивания Убийственный маскарад - Даниил Клугер

- Да, логично. Но так быть не могло, - задумчиво сказал Натаниэль.

Сигарета инспектора замерла в воздухе, превратившись в крохотную красную звездочку.

- Почему же не могло? - задиристо спросил он.

- Во-первых, она оделась не так, как одеваются на любовное свидание, ответил Натаниэль. - Строгое платье, минимум косметики... Я бы предположил, что она готовилась к деловой встрече. Во-вторых, вокруг нет ни одного камня, о который она могла случайно удариться с такой силой...

Рядом с ними остановился микроавтобус с оранжевой мигалкой и красной шестиконечной звездой на дверцах. По окружности шла надпись: " Американская скорая медицинская помощь". Надпись Натаниэля не обманула: подъехавшая машина предназначалась для перевозки покойников. Он молча следил за тем, как санитары уложили тело Дины Ройзман в пластиковый мешок, погрузили в машину. Несколько бородачей в желтых пластиковых жилетах, с черными ермолками на головах и большими фонарями в руках - члены погребального братства "Хевра Кадиша" - тщательно обследовали место происшествия в поисках малейших следов крови. Травинки, мелкие камушки с бурыми пятнами аккуратно упаковывались в отдельные прозрачные пакетики, в соответствии с еврейской религиозной традицией: ни одна, даже мельчайшая частичка тела, даже капля крови не может остаться непогребенной. "С этими парнями и криминалистам делать нечего, - подумал Натаниэль. - Каждый сантиметр осмотрят, ничего не пропустят". Лица бородачей, когда на них падали лучи полицейских фонариков, были спокойно-деловитыми. Дверь санитарной машины, наконец, закрылась, заурчал двигатель, вспыхнула мигалка. Машина помчалась в сторону Тель-Авива, похожего отсюда на праздничный пирог с множеством свечей. Обычно этот вид поднимал Натаниэлю настроение. Но сейчас был не тот случай.

- Да, так о чем это мы? - рассеянно спросил Натаниэль. - Так вот, насчет свидания. Нет, Ронен, никакого любовного свидания не было.

- Ну, Натан... - инспектор с сомнением покачал головой. - Все-таки, согласись: пардесы - не то место, где проводятся деловые встречи.

- Конечно, - Натаниэль кивнул. - А кто сказал, что встреча была именно здесь? Сюда ее привезли уже в бессознательном состоянии, дорогой мой. Готов спорить на что угодно - вскрытие покажет наличие в организме большой дозы снотворного.

Даже в темноте можно было заметить удивленно вздернутые брови инспектора.

- Откуда такая уверенность? - спросил он недоверчиво. - У тебя что, есть какая-то информация? Выкладывай!

- Ты этой информацией тоже обладаешь, - ответил Розовски. - Ровно в такой же степени. Ох-хо-хо, Ронен, неужели ты не обратил внимания на характер раны? Удар убийца нанес, когда женщина лежала ничком. Скорее всего, камнем. Или другим каким-то предметом, заранее приготовленным. Орудие убийства, естественно, забрал с собой. И выбросил где-нибудь в другом месте. Вот так, Ронен. Никакое это не любовное свидание, повторил он.

Инспектор Алон некоторое время размышлял над словами детектива. Потом спросил:

- Ты считаешь, что убийца был один?

- Один, один. Там, возле тела, виден след от автомобиля. Так вот, я уже говорил, что Дина была без сознания. Убийца не смог далеко оттащить ее. Два или три метра. Если бы их было хотя бы двое, они отошли бы от дороги подальше. А тут - он рисковал: могли заметить с трассы. Значит, просто не мог отнести. Сил не хватило... - Натаниэль открыл дверцу "рено". - Я так полагаю, ты отвезешь меня домой? Честно говоря, паршиво себя чувствую. С утра ничего не ел, весь день на сигаретах и кофе... Ну так что насчет смерти Смирнова? Надеюсь, ты больше не будешь доказывать, что он покончил с собой?

9.

Розовски лег спать около четырех часов утра - после того, как он подписал акт опознания, Алон вдруг потребовал - именно потребовал, чтобы тот поехал вместе с ним к мужу несчастной. Натаниэль удивился и согласился. Поездка ничего не дала: Ройзман категорически не желал приходить в себя. В конце концов, полицейские решили оставить его в покое до утра - если можно считать покоем транспортировку забывшегося пьяным сном Николая в полицейское управление.

Только после этого инспектор с явной неохотой согласился отпустить Натаниэля. Правда, его подвезли к самому дому - давешний сержант подвез, но все равно: Розовски чувствовал себя разбитым и измотанным.

Он не помнил, как добрался до постели (слава Богу, мать уже спала Натаниэль успел предупредить ее, что приедет поздно). Стянул с себя одежду и тут же уснул. И, наверное, проспал бы до обеда, если бы ровно в двенадцать его не оглушил пронзительный телефонный звонок. Первые же фразы, услышанные Натаниэлем, прогнали остатки сна.

Звонил мужчина. Его голос был Натаниэлю совершенно незнаком:

- Господин Розовски?

- Предположим, - угрюмо ответил Натаниэль. Он все еще переживал из-за прерванного сна.

- То есть? - незнакомец почему-то встревожился. - Я ошибся? Это номер частного детектива Натаниэля Розовски?

- Не ошиблись, не ошиблись... - Натаниэль сел на кровати и попытался одной рукой извлечь из упавших на пол джинсов помятую пачку сигарет. Розовски слушает. Говорите, что вам нужно?

- Я адвокат госпожи Смирновой, меня зовут Цви Нешер.

Выуженная пачка оказалась пустой. Натаниэль шепотом выругался, запустил пачку в угол. Лишь после этого до него дошло, что мог означать этот звонок.

- Алло, алло! - поспешно заговорил он, - Меня тут отвлекли... Чтонибудь произошло?

- Я звоню вам по поручению Виктории, - пояснил Нешер. - Сначала позвонил в ваш офис, но там почему-то никого не было. Кроме автоответчика.

Розовски тут же пообещал себе взгреть своих сотрудников, имевших скверную привычку в его отсутствие не реагировать на телефонные звонки. Такое обещание он давал с регулярностью одного раза в неделю.

- Почему Виктория сама не позвонила? - спросил Натаниэль.

- К сожалению, ей разрешили позвонить только адвокату, то есть, мне.

Мужественный баритон Цви Нешера звучал так спокойно, что детектив не сразу понял смысла объяснения.

- Кто разрешил? О чем вы говорите? - он недоуменно поднял брови, словно собеседник сидел напротив.

- Полиция, разумеется. Господин Розовски, она арестована. Ей собираются предъявить обвинение, по крайней мере, в одном убийстве.

- Собираются - что? - Розовски подумал, что ослышался. - Что значит - " по крайней мере, в одном"?

- Насколько я могу понять, полиция считает, что она убила свою знакомую, некую госпожу Ройзман. И совершила это после того, как то ли убила, то ли довела до самоубийства собственного мужа.

Натаниэль позавидовал выдержке адвоката. Он говорил с несколько отстраненной иронией - как телевизионный ведущий, зачитывавший заведомо ложный прогноз погоды.

- Где она сейчас? - встревожено спросил Розовски. - И что собираетесь делать вы?

- Она в участке. Я собираюсь подать в суд просьбу об освобождении под залог, - прежним размеренным тоном сообщил Нешер. - Думаю, мне это удастся. Полиция не располагает сколько-нибудь вескими уликами. Правда, увы, госпожа Смирнова, в свою очередь, не располагает сколько-нибудь убедительным алиби - на момент преступления. Как бы то ни было, я добьюсь ее освобождения, но не раньше завтрашнего полдня. Кроме того, я собираюсь встретиться с вами. И как можно скорее. Таково желание моей подзащитной.

- Конечно, - сказал Натаниэль. - Конечно, мы встретимся. Я буду в конторе минут через сорок. Когда ее арестовали?

- Полтора часа назад. Она сразу же связалась со мной - ей позволили это сделать. Я постарался навести кое-какие справки, прежде чем беспокоить вас.

Розовски подумал, что инспектору Алону никак не откажешь в оперативности. И в решительности тоже.

- Что же, до встречи. Буду ровно через сорок минут, - адвокат положил трубку.

- Ч-черт... - расстроено произнес Натаниэль. - Может быть, Ронен прав? Бросать мне надо все это. Ну в самом деле, что же получается: как будто инфекция какая-то. Только появился клиент - бац, отравился! Только появилась клиентка - бац, арестована!

Он потащился в ванную комнату. Надежда на то, что холодный душ поможет, не оправдалась. Просто до этого болела сухая голова, а теперь - мокрая. Вся разница.

Он быстро оделся, снял трубку, чтобы позвонить Маркину. Передумал, решил добираться до конторы пешком. По крайней мере, свежий воздух, возможно, вернет ему способность мыслить здраво. Хотя вряд ли. Такая способность, похоже, никоим образом не зависит от внешних факторов.

- А поесть? - ахнула мать, увидев, как выходившего сына. Натаниэль только махнул рукой и бегом спустился по лестнице.

Стоя на автобусной остановке, Натаниэль раздумывал, стоит ли говорить с Роненом до назначенной встречи? Он уже снял с пояса сотовый телефон, чтобы набрать номер. Но тут как раз подкатил автобус, и Натаниэль решил отложить разговор.

Он был на Алленби через пятнадцать минут. Судя по всему, его сотрудники появились за несколько минут до прихода шефа. Во всяком случае, компьютер Офры не был включен, а Маркин только собирался уткнуться в свой любимый журнал. При виде Натаниэля, мрачно прошествовавшего в кабинет, Офра немедленно включила чайник, а Маркин, почему-то, спрятал в карман набитую трубку.