Все это было у нас. Но, увы, на много лет восторжествовало другое. Утвердившаяся в начале XX века советская власть провозгласила труд своим идеалом, однако на самом деле сделала все, чтобы отвратить человека от труда. Не станем вновь перечислять общеизвестные факты. Но эта власть стала целенаправленно искоренять православное понимание этики труда, которое наши купцы впитывали в своих семьях с молоком матери, с духом настоящего православия. Вот еще одна значимая цитата из «Настольной книги атеиста»: « Принижение значения производительного труда имеет своим следствием то, что многие верующие трудятся на предприятиях, в колхозах без энтузиазма, не проявляют стремления к повышению производительности труда, своей производственной квалификации. Нередки невыходы на работу в дни престольных и других праздников. Все это свидетельствует об отсутствии у таких верующих сознания и чувства трудового долга, т. е. того качества, которое отличает убежденного строителя коммунизма» .
В 1940-х годах профессор и богослов, последователь Булгакова Николай Николаевич Фиолетов начал писать свой труд «Очерки христианской апологетики», в котором сделал еще одну попытку обобщить взгляды отцов церкви на вопросы этики труда и отношения к земным благам (к сожалению, закончить «Очерки» Фиолетов не успел: вскоре он умер от истощения на принудительных работах в Мариинских лагерях). Фиолетов писал: « Большая часть нападок на христианство основана на искаженных представлениях о нем, извращениях его, и восстановление истинного смысла христианского вероучения является лучшим ответом на них». После этого почти более полувека в России тема не имеет своего развития.
Богатство и бедность
Только уже в наши дни, в 2005 году, появился важный документ, разработанный Архиерейским собором — «Основы социальной концепции Русской православной церкви». В нем закреплены важные положения, касающиеся вопросов собственности и этики труда и предпринимательства. После этого стали появляться и документы, разработанные православной общественностью. К ним можно отнести «Этический кодекс православного предпринимателя», предназначенный для добровольного принятия теми деловыми людьми, которые бы хотели руководствоваться в своей жизни нравственными нормами, которые дает нам православие.
В 2011 году, получив положительную рецензию издательского совета Русской православной церкви, в издательстве «Ковчег» вышла книга «Бедность и богатство. Православная этика предпринимательства», где мы не столько попытались научно разработать эту тему, сколько привлечь к ней внимание специалистов. В этой книге говорится: тот, кто знает изнутри глубину и красоту православия, никогда не станет делать выводы о бесперспективности его в деле экономического созидания России.
Конечно, вера — не служанка экономики. Вера дана человеку не для того, чтобы обустраивать благополучие и комфорт в этом мире, а чтобы вести его к вечному, небесному, спасать человека, приближать его к Богу, делать человека — Божьим.
Но совершенно неверно и утверждение, что православие в корне противоречит естественному стремлению человека к устройству личного и общественного благополучия. Неверна установка, что будто бы православие призывает претерпеть эту жизнь как некую дурную действительность, с тем чтобы потом обрести потусторонние блага в лучшем мире и, наконец, начать жить по-настоящему. Ведь если земная жизнь есть только дурная действительность, то любая созидательная деятельность становится лишенной ценности и разумного смысла, представляется бессмысленным круговоротом вещей.
На самом же деле земное бытие служит разумной, достойной цели, им руководит не случайный произвол, а проникающее во все стороны жизни единое высшее Начало — Бог. Поэтому и временные, земные цели получают обоснование с высшей точки зрения, и они имеют значение в высшей перспективе.
Но каково же на самом деле отношение православия к богатству? Оказывается, точно такое же, как и к бедности. То есть ни бедность, ни богатство в земной жизни не является условием спасения человека. Святой Василий Великий в письмах к своему другу святому Григорию Богослову рассуждал о подобных вещах, получивших в христианской этике название «адиафорных» (то есть ни добрых, ни греховных). Такие «адиафорные» вещи, однако, могут служить либо добру, либо греху, в зависимости от того, как мы их употребляем.
Богатство не является само по себе злом, а становится злом только тогда, когда заслоняет человеку все остальное, когда человек делается пристрастен к нему. В одном из своих писем святой Василий Великий один из признанных учителей нашей церкви, писал: « Здравие и болезнь, богатство и бедность, слава и бесчестие, поелику обладающих ими не делают добрыми, по природе своей не суть блага; поелику же доставляют жизни нашей некоторое удобство, то прежде поименованные из них предпочтительнее противоположных им, и им приписывается некоторое достоинство» (св. Василий Великий. Письмо 228 (236) Амфилохию // Т. 3. Спб., 1911, с. 290).
То есть человеку удобнее быть богатым и здоровым, нежели бедным и больным. Что же касается бедности: есть бедность, которая просто стесняет желания человека, не умеющего управлять ими своей волей, такая бедность — Божье лекарство. Но бывает крайняя бедность, при которой у человека отсутствуют средства, необходимые для жизни и здоровья. Святой Ерм, живший в I веке, считал, что при второй бедности человек становится беспомощным, как узник в кандалах, и что в таком положении душа его не может принести хороший плод для Господа, так же как поверженная наземь виноградная лоза приносит плод гнилой и скудный. То есть временные земные блага есть ценный дар Божий, а бедность (и тем более нищета) не является лекарством универсальным, от всех болезней.
При правильном духовном устроении человеку не вредны ни богатство, ни бедность, а при неправильном богатство для него становится рассадником тщеславия, гордыни, эгоизма, жестокости, а бедность — зависти, осуждения, ненависти. Что лучше? Ничего, так как и теми, и другими грехами выстлана дорога в ад. Болезнь же пристрастия к имуществу может поразить и богатого, и бедного, второй может так привязаться к своей последней рубахе, как богатый не привяжется ко всему своему имению. Святой Варсонофий Оптинский говорил: « Можно спастись и в богатстве, и в бедности. Сама по себе бедность не спасет. Можно обладать миллионами, но сердце иметь у Бога и спастись. Можно привязаться к деньгам и в бедности погибнуть» .
Итак, православное учение далеко от принципиального пренебрежения земными благами. В самой природе вещей нет зла. Зло есть лишь следствие злой, греховной воли человека. Оно заключается не в самих вещах или благах, а в извращенном, неправильном пользовании ими. Понимание смысла земных благ прекрасно изложено у святого апостола Павла: «… Господня земля, и что наполняет ее…» ; « Все мне позволительно…»; «… но ничто не должно обладать мною» (1 Кор. 10: 26; 10: 23; 6: 12).
