Уходя, она недоверчиво улыбалась и грозилась прийти еще раз прямо завтра с утра. Но Гольцов, даже если бы хотел, не смог бы отодвинуть ради нее всех своих клиентов. И так сегодня с одним из «выздоравливающих» работал Игорь Залесский, что было нарушением всех норм и правил и применялось в исключительных случаях.
— Как жизнь? — спросил Игорь, заглянув в кабинет.
— Ничего, но голова болит, — устало сказал Кирилл, — мне все время казалось, что она одновременно в передозе и в полном сознании…
— Пойдем, перекусим. У Марты где-то аспирин был. А я расскажу тебе, что было с утра у Разумовского. Мне доверили это ответственное поручение. Кирилл, ты меня слышишь?
— Слышу. Сейчас.
Кирилл нехотя поднялся и поплелся за ним. Мир не имел вкуса, цвета и запаха. Только звук. Аудиоприманку Кирилл воткнул Ларисе в уши, как плеер, и волшебная музыка играла только для нее, тесно переплетаясь с голосом психолога. Еще в мире сегодня все-таки существовали тактильные ощущения. В этом Кирилл убедился, незаметно для Залесского с силой ткнув вилкой в ладонь. А вкус и запах ему кинестетическая приманка все-таки выключила. И похоже, надолго. С обонянием шутки плохи — слишком много веков прошло, прежде чем запахи перестали играть в жизни homo sapiens ведущую роль. Уж что-что, а скатываться вниз по эволюционной лестнице при любом удобном случае человеку никогда особого труда не составляло. Вот Кирилл и скатился, рискнув включить эту функцию тактильной приманки. И как следствие — вместе с Ларисой вдоволь надышался приятными расслабляющими ароматами. «Надо было только сетку включить», — с запоздалым раскаянием подумал Гольцов, имея в виду тонкое плетеное покрывало — источник тепла и приятной легкой вибрации, которым он укрыл Ларису, как только она позволила уложить себя на кушетку.
— Игорь, а может, наша Маруся ферромонами пользуется? — вдруг спросил он. — Чего на нее все мужики бросаются? Даже Влад…
Залесский поперхнулся, поставил на стол чашку с чаем и покачал головой:
— Нет, Кирилл Владимирович. Ловкость рук, и никакого мошенничества. Это у нее природное, — он слегка улыбнулся, посерьезнел и испытующе посмотрел на Гольцова. — Кирилл, ты не слышал, что я тебе только что сказал?
— Нет, Игорь, извини, отвлекся…
— Ладно, доедай. В комнате отдыха поговорим, когда оттечешь немножко.
— Ой, Кирюшенька, — сказала Марта, обняв его прямо у дверей комнаты отдыха, — можно я тоже тебя буду Магистром называть? Ты ведь не Немцов, не обидишься? Он всерьез бесится… Держи аспирин.
Прикосновение Марты он вопреки обыкновению почти не почувствовал, но стакан, который тут же оказался у него в руке, показался теплым, почти горячим. Кирилл вдруг понял, что сыт, а за окном отражался в окнах домов яркий солнечный день. Едва ли не первый этой осенью. Те грязные полосы, что Гольцов видел на стенах столовой, оказывается, были солнечными лучами. Проследив направление его взгляда, Надежда быстро встала с кресла, развернутого к окну, и пересела на диван.
— Садись в кресло, Кирилл.
— Зачем? — спросил он, залпом выпив горьковатую пузырящуюся жидкость.
— День за окном сегодня яркий, — лукаво улыбнулась Надежда и взмахнула пушистыми ресницами, — пронизан теплом и светом.
— Надя, не грузи меня, и так хреново, — проворчал Кирилл, плюхнулся в кресло, не удержался и все-таки взглянул в окно.
— Ага. Он снова с нами, — хмыкнул Игорь. — Итак, коллеги, как мы все знаем, Разумовский ждет проект работы на вечер, — он обернулся к Гольцову, — всех подняли в ружье, мы заканчиваем дела и ждем команды. Оперативники вышли на центр синтеза в «Трех соснах». Поскольку у нас есть опыт коллективной работы, наша славная четверка сегодня на выезде. Предлагаю устроить мозговой штурм на тему: что мы упустили в прошлый раз.
— Классификацию по степени погружения, — сказала Надежда, — мы разделили зал по геометрии помещения. В итоге в самом начале была неразбериха с теми, кто в экстазе на сцену полез.
— Принимается, — согласился Игорь, — но скорее всего нас ждет не зрительный зал, а что-то вроде больничной палаты.
— Приманки, — сказала Марта, — они маловаты для работы с группой. Нужен экран, к которому можно подключиться, как мы это дома делаем, если рядом телевизор стоит.
— Пожалуй, да. Остальные по помещению разбросать, как говорится, создайте объем. Что скажете? — спросил Игорь.
— И настроить на ведущего заранее! — добавила Надежда. — В прошлый раз не все на голос Гольцова среагировали, две крайние так и мигали до конца в вводном режиме.
— Что-то я не заметила, — обронила Марта.
Глаза у нее ярким солнечным днем были просто бездонно-синими.
— А я заметила! — заявила Надежда.
— Подождите, — вмешался оживший Кирилл, — а я что, снова на сцену?!
— Не переживай, Кирилл Владимирович, сцены там не будет, — утешил его Залесский.
— А куда именно мы едем, мы уже знаем? — спросил Кирилл.
— Да, с вероятностью девяносто девять и девять, — кивнул Залесский, — это приватная сауна с номерами… бывшая сауна, — поправился он. — Ее за хорошую взятку лет шесть-семь назад отгрохали на территории санатория, подальше от основных корпусов. Потом, говорят, власть сменилась, всех взяточников в очередной раз посадили, помещение обещали отдать санаторию под грязелечебницу, но денег не хватило, чтобы подвести все нужные коммуникации. Сейчас там арендаторы — клиника нетрадиционной медицины «Здрав будь». Платят исправно. Главврач очень доволен, говорит, что бассейн на их деньги наконец-то отремонтировал. Пациентам своим предлагает этих самых нетрадиционщиков, все счастливы. Степень вины главврача уточняется.
— Ага, — сказал Кирилл, — значит, если я на сцену, в смысле ведущим… Программу гнать, как в прошлый раз?
— Примерно по такой же схеме, — подтвердил Игорь. — Но с визуальным рядом не затягивай. Там скорее всего будет немалый процент кинестетиков. Проанализируй свою работу с этой Ларисой. Ты на видео писал?
— Писал.
— Ну вот. Только с учетом того, что приманки — не твоя забота. Мы их сами раскидаем, и в самом начале.
— Кирюш, а можно тебя попросить обойтись без ужастиков, — попросила Марта, — ну, там, без рек крови и всего такого прочего… брр, — она передернула плечами, — образно, конечно, но уж очень страшно.
— Слабонервным покинуть помещение, — улыбнулся Игорь, — работай, как сочтешь нужным, Кирилл. На сакральные символы, кровь и, как тут мне подсказали, — он взглянул на Марту, — все такое прочее — все ведутся с удвоенной энергией.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
