Но сердце Джейсона не дрогнуло.
Адель сделала пару шагов навстречу ему: должно быть, хотела показать, как свободно она двигается в этих туфлях.
Оглядывая ее, Джейсон насмешливо подумал: профессионализм достигается исключительно практикой.
Адель приняла его одобрительный взгляд за проявление интереса и заметно приободрилась. А Джейсон размышлял: удивительно, какую власть имеют над ним звуки. Как он взволновался, услышав по телефону ее голос. Вид же Адели во плоти не возбудил в нем ничего, кроме недоумения оттого, что когда-то он находил эту женщину привлекательной, более того, соблазнительной.
По сравнению с милой, нежной Эммой Адель была слишком жесткой — и внешне, и внутренне. Ее коротко подстриженные, выкрашенные в черный цвет волосы составляли чересчур резкий контраст со светлым макияжем. Вокруг глаз она положила больше тени, чем нужно, ее помада была излишне яркой, а запах духов — излишне резким. Этот мускусный запах просто-таки сшибал с ног.
Конечно, у нее потрясающая фигура, в особенности эти длинные стройные ноги. Но сейчас фигура ее показалась Джейсону какой-то вульгарной. Ему больше нравилась маленькая, тонкая фигуру Эммы. Уж в ней-то нет ничего искусственного, в общем, в Эмме ему нравится все.
Беспокойство, что остатки страсти к Адели могут проснуться в нем, испарилось как по мановению волшебной палочки, и он испытал колоссальное облегчение. Наконец он свободен от нее. Ему открыт путь в будущее — будущее с Эммой, в котором нет места остаткам прошлого.
Обретенная свобода придала сил. Джейсон взглянул на пышущее жаром лицо Адели и рассмеялся. Она надула губы.
— С какой стати ты смеешься надо мной?
— Нет, Адель, я смеюсь не над тобой, а над самим собой.
— Что ты хочешь этим сказать?
— Да только то, что я был дураком. Пойми, Адель, я не держу на тебя зла, но ты только потеряла время, приехав сюда. Иди своей дорогой. Поищи еще одного неопытного кретина, которого увлечет твоя техника секса. Я в этом уже не нуждаюсь. Равно как и в тебе.
Растерянность на ее лице вдруг сменилась решимостью.
— Дай мне пять минут, и ты передумаешь.
— Пять минут? Именно сейчас?
— Именно сейчас и именно здесь, — пропела Адель. — Джерри без сознания. Можно задернуть штору у его кровати.
Она уже начала задергивать ее, мало-помалу приближаясь к Джейсону. Он вырвал штору из ее рук и бросил на нее яростный взгляд, который потряс ее.
— А теперь выслушай меня, ты, пародия на врача и на человека, — зашипел он. — Ты не прикоснешься ко мне даже тогда, когда на земле не останется ни единой женщины и судьба человечества будет зависеть от нас. Уползай, змея! Уползай в свою нору и дай нормальным людям свободно дышать, дорогая моя.
Адель не отвечала. Она только смотрела на него своими черными глазами, источающими ярость.
О да, он зашел слишком далеко. Но теперь уже поздно.
Не произнеся ни слова, она повернулась на своих невероятно высоких каблуках и вышла из палаты, даже не покачнувшись.
Джейсон проводил ее взглядом и вдруг осознал, что не имеет понятия, чем может обернуться ее месть.
Глава шестая
Конец недели выдался тревожным для Джейсона, хотя Джерри уже в субботу пошел на поправку, а сам он регулярно звонил Эмме и слышал ее голос, веселый и звонкий. Значит, коварная Адель не наведалась в Тиндли в его отсутствие, чтобы причинить ему зло.
Каждый телефонный разговор должен был бы приносить ему облегчение. Вместо этого Джейсон все больше беспокоился. Страх потерять все, на что он надеялся, потерять Эмму преследовал его.
Он выехал в Тиндли во второй половине дня в воскресенье, когда состояние Джерри значительно улучшилось. И тем не менее на протяжении пятичасового пути его напряжение все возрастало, хотелось гнать очертя голову, и останавливало лишь данное Эмме обещание быть осторожным в пути.
Он оказался в Тиндли в начале восьмого, оставил машину возле кондитерской, поспешно направился к черному ходу и нетерпеливо постучал.
Как только Эмма открыла дверь, Джейсон понял, что опоздал. На всю оставшуюся жизнь ему суждено запомнить выражение ее лица. Такого беспредельного отчаяния, такой безнадежности ему никогда не доводилось видеть. Она была смертельно бледна, глаза покраснели. Очевидно, она плакала не один час.
С ним произошло то же, что произошло бы с любым мужчиной в подобной ситуации. Его охватила безудержная ярость.
— Ради бога, скажи, что наговорила тебе эта злобная, бездушная скотина?
Эмма гордо вскинула голову и с отвращением посмотрела на Джейсона.
— Я полагаю, ты имеешь в виду Адель. То есть доктора Адель Харви. С ней ты прожил три года. Она позвонила тебе в пятницу и сказала, что твой брат заболел. И с ней ты хорошо провел субботу и воскресенье.
— Нет! — заревел Джейсон, схватил Эмму за плечо, втолкнул ее в коридор и ногой захлопнул за собой дверь. — Нет, нет и нет! — орал он. — Тысячу раз нет!
Когда он отпустил ее, она внимательно осмотрела темные пятна на плечах, оставленные его пальцами.
— Джейсон, в чем я ошиблась? — холодно произнесла она. — И где правда среди той лжи, что ты мне нагородил?
— Пойми, я не сказал тебе правды о том, кто мне звонил, потому что опасался, что у тебя возникнут нехорошие мысли. Между прочим, я не ошибся! Ты думаешь о том, чего не было на самом деле! Да! Я не спал с Аделью, я видел ее в больнице в пятницу. Она делала мне намеки, но я не прикоснулся к ней. Уверяю тебя, я не люблю ее больше. Между прочим, я наговорил ей немало резкостей и только потом сообразил, что она будет мстить. Что она и сделала. Позвонила тебе и досыта накормила грязной ложью.
Эмма молчала и только смотрела на Джейсона, качая головой.
— Я не спал с ней! — закричал он.
— Я тебе не верю. Кстати, Джейсон, она не звонила. Она явилась сама. Сегодня она была здесь, в этой кухне.
Джейсон застонал.
— Я увидела ее. Это было лучше любых описаний. В ней есть все, чего никогда не будет у меня. Она красива. Поразительно умна. Ни один мужчина, имей он выбор, не выбрал бы меня.
Джейсон был в отчаянии. Что делать? Адель могла разыграть высокопрофессиональный спектакль. Аккуратно подкраситься. Одеться поскромнее. И изобразить чувства, которых она не испытывает.
— Тебе понадобилось уехать из Сиднея, так? — жестко сказала Эмма, и Джейсон в изнеможении откинулся на спинку стула. — Потому что твой пациент умер. Это ты допустил гнусную небрежность, а не она. Она мне все рассказала.
Джейсон стиснул зубы.
— Вот как? — произнес он. — Ладно, продолжай. Познакомь меня с лучшим сценарием со времен Скарлетт О'Хара из «Унесенных ветром».
