- Это когда-нибудь кончится?! - я резко вскочила и побежала к отцу. Судя по шуму в кухне, он уже вернулся.
Сбежав по лестнице. кинулась к нему:
- Умоляю, выруби меня!
- Что? - не понял старый волк.
- Вмаж мне по голове, как следует, а? Я просто сейчас свихнусь от этих страданий!
- Но... регенерация? - привел он весомый аргумент, с которым я, увы, не в силах была поспорить...
- Значит, вдарь кулаком так сильно, чтобы я хотя бы до утра провалялась.
- Ты уверена?
- Да! Бей же! - на глазах выступили слезы.
Удар был настолько мощный, что я услышала звон небесных колокольчиков или это был хруст ломаемых костей черепа? Не знаю... Но темнота, в которую я погрузилась в тоже мгновение, казалась мягкой и приятной, мое тело обмякло, получив долгожданное расслабление от воздействия чужих эмоций.
ГЛАВА 14
В голове Ранта было пусто и тихо. Настолько печально и больно, словно весь его уютный мир рухнул в одно мгновение. Раз и всё! Разбился в на мелкие кусочки, как старинная ваза. Просто разлетелся на миллионы крохотных невероятно острых осколков, которые безжалостно пронзали и без того кровоточащее сердце. Да, вот только подобные раны не поддаются регенерации оборотня. Ибо все происходящее в груди ноет и стонет, истекает кровью и разрушается - на уровне эмоций. То есть, выражаясь фигурально. В физическом плане с бурым волком все было отлично.
А сердце... Кто или что его спасет и залатает? Оно у него было одно и другого увы уже никогда не будет.
Но она! Загадочная нимфа из мгновения жизни. Едва коснувшись его судьбы, вздумала покинуть её навсегда. Рант - сильный оборотень, бета главы клана, непобедимый волк... Девчонка же смогла сделать так, чтобы даже душа его плакала. Одинокая и потерянная.
Он стоял в сером и пустом мире. Её больше не было среди живых. Потухла в секунду!
Дым от костра, сжигающем останки прекрасной брюнетки тяжелым и горьким осадком опускался на дно разбитой надежды. И даже проблемы, связанные с их странным знакомством больше не пугали. Ведь, по сути - всё решаемо. Не осталось страха и запретов, осталась только его разломанная гордость - он не сумел отстоять женщину... А теперь её больше не было...
Трагично и настолько глупо, что от этого хотелось кричать во все горло. В голове по кругу летали бесконечные фрагменты памяти, которые услужливо демонстрировали ему воспоминания. Так мало они были рядом, но настолько глубоко запали друг другу в душу. Рант знал, что не безразличен девушке, он увидет это в её глазах.
Кто она? Откуда пришла? Почему отвергла?
Её смеющиеся глаза, от которых исходил свет, в которых пульсировало тепло и горело счастье. Банально, но было так красиво.
Он постепенно сходил с ума, переставая жить. Только пустая оболочка. Даже обернуться волком не смог... Настолько силы покинули его. Тор сильно его потрепал, но все уже зажило... кроме ран на сердце - это не зарастающие шрамы. Он собирался покинуть остров и бродить по миру, упиваясь обидой и одиночеством, разрушая себя еще больше.
Бете была знакома боль, но не настолько. Это можно было сравнить только с огненной лавой, которая хоронит тебя заживо под слоем раскаленной магмы. Но даже от ожогов не было так больно, как от растоптанной и раздавленной надежды. Он бы в любом случае нашел бы волчицу... И уберег... Тор сказал, она утром прилетела, а откуда не знает... Все к одному. Ошибка за ошибкой, одна случайность, повлекла за собой трагедию... Возможно, брюнетка искала его, а в итоге стала невольной участницей Великой охоты. Почему не обратилась в волчицу? Может она не могла?
Столько много вопросов, ответы на которые он никогда уже не узнает.
Занимался рассвет, а рана вспыхнула новым импульсом. У Ранта больше не было сил бороться. Нет! Он так больше не мог. Слишком неправильно все и так противно от самого себя, что он даже не знал, о чем теперь стоит думать, чтобы не свихнуться.
Голова закружилась, а из глаз брызнули слезы.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
"Зачем ты продолжаешь меня мучить?"
В каждом шорохе леса слышать легкую поступь, в очертании деревьев и кустов видеть её, в каждом отражении на водной глади спокойного озера чувствовать взгляд, в каждом вздохе отголосок её дерзкого слова. Все это тяжелым грузом давило на мужские плечи, не позволяя мыслить в ином направлении.
"Никто мне не нужен, только ты одна!"
Чем эта скорбь для него обернется?
Решено, он покинет стаю... Да и надо утихомирить злобу на Тора. Черный волк ни в чем не виноват - они хищники и слишком подвластны инстинктам зверя. Девчонка сильно испугалась, ее страх, казалось пропитал весь небольшой лесок у реки. Против соблазна такой силы просто невозможно устоять даже сильнейшему из них.
"Зачем мне оставаться там, где нет тебя? Зачем мне вообще что-то без тебя? Зачем мне без тебя существовать на этом белом свете? Кому это нужно? Кому я нужен? Что я такое без тебя? Никто, ничто... Существо, чуждое всему и всем... все вокруг чужие... Ты единственная была мне близка хоть немного, но и ты меня не понимала... Не успела понять, кем мы друг другу стали. А теперь... Слишком поздно. Ты была нужна мне, как лунный свет в кромешной тьме, единственная, кто мне стал родной..."
Он чувствовал себя существом из другого мира... Всё вокруг вдруг стало чужим!
Как одиноко...
"Зачем я здесь? Зачем я живу???... Зачем притворяюсь человеком, тогда как люди чужды мне? Почему вокруг нет ни одного существа моей породы? За что мне это одиночество, эта боль?"
С каждой секундой в нем всё больше крепло ощущение, что он не человек... Только зверь.
Рант откинулся на ствол дерева. у которого просидел всю ночь, наблюдая за догорающим костром, и прикрыл веки, вспоминая прекрасную незнакомку. Это хоть на чуточку, но облегчало состоянии внутреннего раздрая.
Только она может избавить его от этой боли...
"Прикоснись ко мне... к моей коже, к моим волосам... твои прикосновения дарили блаженство... Просто прикоснись ко мне, хотя бы кончиком пальца, этого будет достаточно, чтобы заставить меня забыть о боли...
Ранту доселе не были знакомы эти ощущения. Он был царем жизни, ни в чем себе не отказывал. А теперь... Сжигающая изнутри, рвущая сердце боль одиночества, такая острая, что хочется кричать, выть и плакать...
Бездна... Все вокруг далекие... никому не понятны эти чувства, эта потребность постоянного эмоционального и физического контакта, потребность чувствовать друг друга, открываться друг другу, делиться всем, малейшими ощущениями... это никому не нужно...
Крик в пустоту... никто не слышит, не воспринимает всерьёз... никто не ответит... таких существ, как я, больше нет, а людям это не нужно...
Она не слышала его вой, не видела мужских слёз...
"Почему же я так люблю тебя? Почему мне кажется, что ты мне близка?.. Почему я чувствую себя счастливым, когда ты прикасаешься ко мне, тогда как прикосновения обычных людей лишь вызывают раздражение? Почему ты близка мне, хотя не чувствуешь то же, что чувствую я? Может быть, ты - только мираж, нарисованный тонущим в бреду сознанием, меркнущим от душевной боли?"
Поднявшись, Рант направился к дому матери, оставил ей в двери записку, написав о том, что срочные дела на материке не терпят отлагательств. Как раз рано утром улетал частный самолет на борт, которого он и напросился.
Ни один мускул на его лице не дрогнул, когда он смотрел в окно, как остров оборотней постепенно уменьшается.
"Всё бросить! Начать заново, " - планировал он.
"Держаться подальше от женщин!" - последняя мысль, мелькнувшая в его сознании, прежде, чем он уснул.
***
Мне снился сон. Скорее это было воспоминание из прошлого.
Я с Рантом качалась на качелях у нас во дворе, отец иногда своих бет оставлял присматривать за "сыночком", а потом вдруг подул сильный ветер. Мне тогда было всего семь, если я не ошибаюсь, а бете уже двадцать пять, а может и больше. В тот вечер я впервые увидела этого серьезного парня со светло-каштановыми волосами и уже тогда поняла, что пропала.
