В отличие от Гора, Осирис не разочаровывает ожидания Маат. Он не ждет от нее инициативы, его устраивает ее домашний вид, он старается не ущемлять ее свободы. Если она хочет работать, он окажет ей помощь, хотя и не будет долго нянчиться. «Я договорился, что ты подойдешь, а теперь давай, действуй сама», — скажет он. Если ее увлечет какой-то творческий процесс, он даже будет готов раз в неделю готовить ужин, но стирка — это уже слишком… А вот забрать детей из садика, зайти по пути за продуктами — нет проблем, только бы время позволяло.
Осириса восхищает ее собранность, деловитость, ее спокойная энергия, позволяющая успевать всюду, ее забота о детях, о доме, о нем, умение не раздражаться. Маат — инь, ей не хватает огня, она восхищается работоспособностью Осириса, его легкостью, неунывающей натурой, его плещущейся через край, солнечной искрящейся энергией. Даже если она вышла за него замуж под его напором, с годами, узнавая его ближе, она все яснее понимает, насколько он дорог ей, как искренне она любит его все больше и больше.
Маат никогда не изменит Осирису. Он, конечно же, вряд ли будет ей верен идеально всю жизнь. Но если они встречаются уже не в ранней юности, то его верность почти обеспечена, поскольку Осирис, ведя бурный сексуальный образ жизни по молодости лет, к сорока уже знает, чего он хочет, и Маат его вполне устраивает.
А. С. Пушкин, великий русский поэт, прекрасный солнечный Осирис, влюблялся в женщин, по-видимому, с пеленок! Когда он выбрал Наталью Гончарову, он был уже не юнец. Она была, без сомнения, Маат. Разумная, мягкая, неторопливая… «Я душу твою люблю…» — писал о ней Пушкин.
Исследователи жизни Александра Сергеевича часто обвиняют ее в безучастности к судьбе мужа, Она-де должна была предотвратить, предугадать, остановить, во всем разобраться… Если бы она была Хатор, то так бы и сделала. А. П. Керн была Хатор, но мы помним, что Пушкин писал о ней. Она была даже не Исида… Но Пушкин был не великим инженером или полководцем, он был великим поэтом! И ему нужна была Маат.
Не надо забывать, что судьба каждого человека, даже такого поэта, как Пушкин, складывается по единым законам Вселенной и случайностей в ней не бывает! Осирис действует, и он имеет право на ошибки. Его ошибки для всех мыслящих людей — как книга жизни, как бесценный опыт, оставленный всему человечеству для осмысления.
С детьми Маат и Осириса обычно всё в порядке. А дом их, как и дом А. С. Пушкина, открыт лишь для близких друзей, и Маат и Осирис тщательно оберегают свой мир. Они хорошо знают, что в мире много есть того, от чего следует защищаться.
Осирис на российской почве нередко становится революционером. Например, декабрист Сергей Трубецкой, сосланный после восстания в Сибирь, на наш взгляд, был Осирисом. Его жена Екатерина Трубецкая — Маат, поехавшая добровольно за ним в ссылку вместе с другими женами декабристов, показала всему миру красоту души необыкновенных русских женщин.
Маат — необыкновенная женщина, и она достойна любви Осириса. По мифу, любовь Осириса к Маат — это любовь к порядку и законности, к справедливому устройству мира. Что ж, в нашей сегодняшней жизни этого явно не хватает. Тем прекраснее увидеть счастливый земной союз Осириса и Маат. Оглянитесь вокруг, может быть, вы их увидите…
Маат — Сет: он никогда не расстанется с ней добровольно
Это парадоксально, что Маат, такая разумная, правильная, справедливая, выбирает Сета. И для этого есть несколько причин. Попробуем в них разобраться.
Активный Сет, решивший жениться на Маат по какому-то своему расчету, не остановится ни перед чем. Он сумеет найти подход к Маат, какой бы она ни была упрямой и скромной. Маат — тугодумка, и пока она поймет Сета, почувствует, что к чему, должно пройти много времени, но Сет околдовывает своей страстностью, он буквально преследует её, он старается изо всех сил, поскольку старается для себя. И Маат верит Сету, идет навстречу ему, возникают сексуальные отношения, а затем она прирастает к нему именно потому, что в ее голове очень много правильности, она начинает воспринимать Сета как близкого и родного человека…
Ленивого и эгоистичного Сета, привыкшего жить за спиной родителей, стремящегося переложить все свои проблемы на чьи-нибудь плечи, привлекает в Маат самостоятельность, работоспособность, ответственность. Можно сказать, что он стремится «выйти за нее замуж». Сет вызывает ничего не подозревающую Маат на откровенность, убеждается, что с этой женщиной он не пропадет. Он, слабовольный и ленивый, действительно восхищается ее характером, упорством, силой духа. Все женщины тают, когда ими восхищаются. И Маат начинает думать, что она могла бы чем-то помочь мужчине, который так хорошо ее «понимает»…
Кроме всего сказанного, Маат — это как раз та женщина, которая патологически хочет семьи, детей, домашнего уюта, и она часто не очень настроена на возвышенную любовь и сказочные чувства. «Лишь бы человек был хороший» — идея, порочность которой Маат осознает только с годами. Можно сказать, что она рада любому мужчине, обратившему на нее внимание. А разборчивая Маат, имеющая множество поклонников, выбирает того, кто ей кажется «рентабельным в хозяйстве и удобным в эксплуатации».
Что ж, Сет практичен, умеет приспосабливаться в жизни, находить теплое местечко для себя, у него водятся деньги, поэтому он производит впечатление самостоятельного и независимого мужчины. Маат не может не оценить этого. Тем более что по молодости лет она сама очень созвучна Сету. И это, может быть, самая важная причина возможности их союза. Чего хочет молодая Маат? Сделать карьеру, построить прочную семью, добиться материального благополучия. Желания вполне нормальны. Человек должен построить в жизни какой-то фундамент.
В отличие от Нефтиды, которая хочет все это получить за красивые ноги или в придачу к богатому мужу, Маат собирается достичь всего сама. Сет хочет всего того же, он, так же как Маат, не жаждет любви, счастья, радости, он тоже желает получить блага материальные, но, в отличие от нее, он хотел бы приобрести все сразу с минимумом приложенного труда, а лучше — используя чужой труд.
В молодости у Маат еще нет большой мудрости, и это тоже естественно. Она видит похожесть их желаний, но не может увидеть различие в средствах, которыми эти желания они собираются осуществить. Понимание таких тонкостей и мудрость у Маат появятся тогда, когда она увидит, что деньги, карьера, бытовой комфорт жизни сами по себе еще не приносят счастья. Она разумна как ни один другой архетип женщины. Все к тридцати — сорока годам начинают задумываться о смысле жизни, о справедливости и правильности устройства мира. Ее деятельная и практичная натура стремится не просто понять жизнь, но найти пути для перемен к лучшему. Вот тут-то и поймет тугодумная Маат, почему так плохо складываются их отношения с мужем-Сетом. Маат — Сет — это весьма частые браки, которые распадаются рано или поздно.
Полное взаимонепонимание открывается только тогда, когда Маат начинает понимать, что ею пользуются, ею манипулируют. «Сделай домашние дела сама, я очень устал», — говорит Сет. Маат не умет устраивать истерик, не может она оставить дела несделанными: не помыть ребенка, не постирать его штанишки, не приготовить обед, не сходить в магазин. А он будет лежать, пить пиво и смотреть телевизор. А когда ему захочется любви, обнаружится, что у нее к нему отвращение… Возникнет непонимание. Он спросит: «Я должен искать себе любовь на стороне?» Она ответит: «Пожалуйста».
Ее холодность выводит его из себя. Он видит, что она не любит его, не плачет, не страдает, не просит уже ни о чем… А раньше она стремилась выполнить любое его желание, сглаживала все шероховатости в их отношениях. «У тебя кто-то есть? — будет донимать Сет задумчивую Маат. — Раньше ты была другая…Ты меня обманула…»
Маат медленно соображает: «Так кто же кого обманул? Я не любила, это точно. Так и он не любил. А чем же виноват ребенок? Нужно как-то исправить эту ошибку, пойти навстречу супругу. Ведь можно построить нормальные, разумные отношения хотя бы ради ребенка…» Но и эта иллюзия Маат рухнет. Чем больше она будет идти навстречу Сету, тем больше он будет наглеть.
Наконец она решится развестись. Но не тут-то было! Он не собирается ничего менять в своей жизни. Ему плохо без нее, он уже привык, что у него есть уютный дом, ребенок, признающий в нем авторитет (а это так приятно!), завтрак, обед и ужин. К тому же она его действительно устраивает, она — хорошая жена, она справляется с этой ролью. Вот только ей надо немного успокоиться, хватит предъявлять к нему какие-то претензии, мужа надо слушаться, он знает, как и что она должна делать… О том, что чувствует или думает она, вопрос не стоит.
Она уходит — он умоляет ее вернуться. Она видит: он действительно страдает. Она хочет ему помочь, объяснить — он ее не слышит. Если она возвращается, все остается без изменений. Наконец она понимает, что все это бесполезно, что ребенок тоже не получает от отца ничего хорошего.
