щекотала кожу. Энергия вокруг тела отозвалась на эти прикосновения вялым движением, и Арраэх поспешил окунуться в воду с головой.
Метальный регулятор он сжимал в правой руке, пытаясь наладить с ним ментальную связь, но тот все не подключался: Арраэх был все-таки еще слишком слаб.
И тогда он нашел место на каменной лестнице, присел на нее так, чтобы половина тела оставалась в воде, а вторая половина на воздухе, и, заставляя себя расслабиться, блаженно закрыл глаза.
Застоявшаяся энергия вяло потекла по позвоночнику, цепляя струны остальных каналов, но по мере того, как он смог все больше расслабиться, это движение начало усиливаться. Ментальный регулятор задрожал в руках, доказывая свою исправность, и… вспыхнул ярким белым светом, подключаясь к метальному полю Арраэха на полную мощность.
Каналы расширились резко, причиняя острую боль, но Арраэх крепче сцепил зубы и принялся намеренно усиливать движение энергии. Регулятор перехватывал потоки и уравновешивал их, не давая ни одному из них сильно набухнуть или, наоборот, истончиться. Постепенно боль начала стихать, но по телу правителя потекло что-то зловонное и противное: из пор кожи начал стремительно выходить остаточный яд…
* * *
Илва была искренне удивлена приглашением сайна Орео́га на ужин. Обычно он не снисходил до подобной милости, предпочитая просто терпеть ее присутствие на своей территории молча и как можно дальше.
Какой овод его укусил?
Девушка несколько раз выругалась, едва не потеряв равновесие из-за необходимости носить такое длинное платье (а сайн требовал в его присутствии одеваться только так), но скорости не сбавила. Слуги шарахались от неё, словно от бесплотного духа, но это заставляло Илву только улыбаться.
Наконец, она достигла огромной комнаты приемов, где обычно обедал этот до неприличия богатый старик, который так сильно дорожил своим беспутным сыном, что согласился пожизненно терпеть присутствие охотницы в своем доме.
Огромный круглый стол занимал невероятную площадь. Сейчас он ломился от блюд, а витавшие в воздухе ароматы начали медленно сводить Илву с ума.
«Надо будет и раба своего накормить…» — подумалось девушке, но уже через мгновение она забыла о нем, поняв, что сайн Ореог сегодня не один…
Нет, это был не его сын, который люто Илву ненавидел.
Это был… Сэйни!
Да, тот самый друг детства, которого она вновь повстречала пару дней назад, но… сейчас он выглядел совсем другим.
Вместо потёртого наемнического костюма на нём была длинная препоясанная туника из дорогого темного шелка. Черные волосы длиной до плеч частично были стянуты на затылке, остальные слегка завитыми волнами опускались на спину. Браслеты на запястьях, пара перстней с НАСТОЯЩИМИ камнями… — трудно было поверить в то, что это действительно он.
Илва замерла, шокировано смотря на парня и совершенно невежливо игнорируя пожилого сайна Ореога.
— Илва! — грубовато прикрикнул старик, выражая свое недовольство. — Не пренебрегай моею милостью, коль ты здесь…
Девушка очнулась и поспешно поклонилась, всё ещё находясь в полнейшем ступоре. Из-за этого ее выражение лица и движения в тот момент казались необычайно кроткими или даже робкими, а Сэйни вдруг громко рассмеялся.
— Илва! Да ты просто другой человек! — воскликнул он раскованно и шутливо, будто был здесь полновластным хозяином. — Я слышал, что ты умудряешься хамить даже высокорожденным, а сейчас вижу перед собой необычайно кроткую овечку…
Девушка вздрогнула, остро почуяв в его тоне откровенную насмешку. И лицо ее мгновенно приобрело грозный вид. Она неосознанно расправила плечи и посмотрела на него немного свысока.
— Просто не ожидала увидеть тебя здесь, да ещё в таком пестром виде, — парировала она, забыв о том, что сейчас находится в доме важного аристократа. — По пути ограбил какого-то сайна?
— Илва... — прошипел старик, гневно сверкнув глазами из-под кустистых бровей. — Попридержи язык, девка! Тебя позвали сюда не хамить высокородным, а послушать указания!
Девушка изумлённо выгнула бровь, уставившись на сайна Ореога широко распахнутыми глазами.
— Но я не хамила Вам! — проговорила она, не желая соглашаться с упреком. — Я разговаривала с этим молодым человеком, о личности которого вы, похоже, не осведомлены…
— Еще как осведомлен! — рявкнул старик, смотря на Илву крайне строго. — Это Самантай Вир — старший сын сайна Ахирия Вира! Так что держи свою дерзость при себе!
Илва ошарашенно посмотрела на друга детства и напоролась на самодовольный насмешливый взгляд. Сэйни отсалютовал стеклянным бокалом и вмиг опорожнил его, находясь в прекрасном расположении духа.
Значит, подтверждает.
Но… это же невозможно!
Сэйни не может быть сыном высокорожденного! Не может!!!
Но весь его вид кричал: я могу! Еще как могу!!!
Глава 18. Заманчивое предложение...
Илва мастерски умела прятать эмоции, если хотела. Сделав свое лицо каменным и немного равнодушным, она уселась за стул фактически без приглашения и, не дожидаясь разрешения, начала есть.
Никто не остановил ее в этой наглости, потому что сайн Ореог и так знал о ее манерах, а Сэйни не нуждался в проявлении этикета.
Когда девушка покончила с парочкой птичьих ног и резковато вытерла руки об салфетку, любезно поданную слугой, она подняла на мужчин взгляд, в котором читался вызов.
— Итак, что вы хотите? — она решила не ходить вокруг да около. — Для чего меня позвали сюда?
Старик вздернул худой острый нос и посмотрел на нее с важностью.
— Лорд Самантай желает нанять тебя! — он посмотрел в сторону Сэйни и слегка поклонился. — Это большая честь для тебя, Илва, потому что он готов платить золотом!!!
Девушка перевела взгляд на друга детства, который оказался вдруг полон сюрпризов, и вопросительно изогнула бровь. Он хочет ее нанять? Зачем?
Парень смотрел на нее насмешливо, самодовольно, как кот, объевшийся сметаны, и Илва почувствовала раздражение.
Превозносится! Хочет управлять и обладать!
Еще чего…
Улыбка — ироничная, даже угрожающая — тронула ее губы непроизвольно.
— Что же уважаемый сайн Самантай молчит? Язык, что ли, проглотил?
Старик едва не поперхнулся от ее дерзости, а Сэйни только лишь шире улыбнулся.
— Вижу, ты совершенно не изменилась, Илва… — пропел он, поблескивая черными хитрыми глазами. — Я думал, ты обрадуешься моему появлению…
Девушка притворно выдохнула.
— Конечно! Я просто в восторге! Однако… я вынуждена отказаться от вашего весьма щедрого предложения!!!
С этими словами, она решительно поднялась на ноги и, не прощаясь, зашагала к выходу.
На лицах слуг появились страх и изумление. Старик в ярости закряхтел, но Илву это вообще не интересовало.
Хотят ее повязать? Сделать своей послушной
