— Да, это очень мудро, — сказал я, прокручивая в голове его слова.
— Поэтому даже самые просветленные из нас сталкиваются с болью и страданием. Такой опыт преподносит нам особый урок, с его помощью мы поднимаемся на новый уровень сознания и развития. «Нет ни ошибок, ни совпадений. Все, что с нами происходит — благо, данное нам в поучение», — сказала Элизабет Кюблер-Росс. Теперь ты понимаешь, почему боль и страдание одновременно чудесны и необходимы нам?
— Да.
— Один мудрец прекрасно выразил эту мысль, сравнив жизнь с рекой, у которой два берега. На одном мы видим радость, на другом — печаль. Двигаясь по реке жизни, мы неминуемо пристаем то к одному берегу, то к другому. Фокус в том, чтобы не задерживаться ни у одного берега слишком долго.
— Хорошо сказано, Джулиан. Мне нравится эта метафора. Значит, никто не избавлен от проблем и горя, потому что они наши учителя, а каждый из нас, неважно, насколько он развит, нуждается в учителе?
— Верно. Единственные люди, у которых нет проблем и трудностей в жизни, лежат в могиле. Жить — значит сталкиваться с проблемами, болью и страданием. Это движущая сила нашего роста, расширения знания и постоянного обучения. Жизненные испытания это ничто иное, как возможность обрести мудрость и вспомнить о нашей истинной силе, если таков будет наш выбор. Но надо помнить, что в каждой жизни найдется время и для побед. Трудности не длятся вечно. Неприятности проходят. Огорчения исчезают. Иногда кажется, что они уже больше не повторяться, ведь мы вынесли нужный урок, но это не так. У жизни есть свои приливы и отливы. Свои главы. Тяжелые времена выковывают из нас нечто лучшее. Нужно усвоить следующее: если мы решим уважать те естественные законы, о которых я говорил, и жить в согласии с ними, мы проведем значительно больше времени на скоростном шоссе, чем блуждая по закоулкам, полным испытаний и боли. Так мы можем уменьшить страдание.
— Значит, если страдание — учитель, который учит нас «быть лучше», «перестать мельчить», если мы понимаем эти истины или «законы», как ты их называешь, нам не нужно усваивать все это таким болезненным способом? То есть мы меньше страдаем, потому что страдание возникает тогда, когда необходимо привести свою жизнь в соответствие с естественными законами. Следовательно, мы можем повлиять на то, какой будет наша жизнь.
— Превосходно, Дар, — воскликнул Джулиан и радостно сжал кулаки. — Но помни, ты несовершенен, поэтому можешь столкнуться с трудностями, так как всегда останутся болезненные уроки, которые тебе придется усвоить. Так устроен мир. Действительно, мы можем уменьшить страдание, приняв абсолютную ответственность за себя и делая мудрый выбор каждую секунду жизни. Так мы формируем нашу судьбу и обретаем власть сделать жизнь более счастливой. Да, — Джулиан подошел к проигрывателю и скользнул взглядом по названиям на крышках дисков, — Вселенная не глуха к чаяниям нашего сердца Судьба никогда не готовит тебе плохого. Общий замысел Творца — человек должен быть счастливым. Твой путь никогда не заставит тебя сделать то, от чего ты станешь несчастлив. Если тебе нравится бизнес, вероятно, судьба не предназначала для тебя карьеру врача или актера. Если человек хочет быть писателем, его сердце выскакивает из груди, когда он сидит перед компьютером и пишет со всей страстью и воодушевлением, на которое способен, не отвлекаясь ни на какую малость, тогда, значит, цель его жизни была не в том, чтобы стать бродячим торговцем. Вселенная и правда хочет, чтобы ты победил. План в том, чтобы ты был счастлив.
Джулиан показал мне свою коллекцию дисков, радуясь как ребенок, хвастающийся любимыми игрушками перед товарищем. Там были «Parts of the Process» Морчибы, «A Rush of Blood to the Head» Колдплей, бестселлеры Джона Бон Джови и два диска, которых я никогда раньше не видел: один — группы «Our Lady Peace», называвшийся «Gravity» и другой — «The Negatives» Ллойда Коула.
— Довольно эклектичный вкус, Джулиан. Ты, наверное, самый клевый монах в мире.
Он засмеялся. Лицо засветилось от удовольствия:
— Я же говорил, Дар, от музыки моя душа поет. Это одно из наивысших удовольствий моей жизни. Я провожу много времени в музыкальных и книжных магазинах. Музыка и книги. Два моих излюбленных удовольствия.
На его неубранной постели я заметил три потрепанных от частого чтения книги: «Размышления» Марка Аврелия, «Величайший торговец в мире» Ога Мандино и еще одна, забавное такое название, «Святой, серфингист и директор» — названия, которые эти писатели выдумывают, не перестают поражать меня! В номере почти не было одежды. В углу стоял рюкзак. Да, Джулиан жил просто.
Рядом лежали шорты цвета хаки, белая футболка и пара сандалий. Он купил сандалии от «Gap». Мне становилось ясно, что хотя у Джулиана было немного вещей, и он путешествовал по жизни налегке, он был не из тех, кто отказывается от радостей мира и считает, что единственный путь к просветлению — аскеза. Он не извинялся за то, что любит те суетные радости, которые предлагает мир. Его философия жизни показалась мне очень гармоничной. Разум и чувство в должной пропорции. Баланс между погоней за мечтой и ожиданием того, что должно случиться, верой в высший план. Баланс между уверенностью в том, что цель жизни — возвращение к нашей духовной сути, и пониманием своего несовершенства, того, что мы посланы в мир, полный удовольствий, которые можно пробовать без чувства вины. Я подумал, что, в конечном итоге, Джулиан верит в то, что ключ к прекрасной жизни был в том, чтобы найти баланс между Небом и Землей. И это было как раз по мне.
Джулиан взял книгу Ога Мандино и указал мне на строчку, подчеркнутую желтым:
— Прочти, амиго. Прочти эту драгоценную истину.
Как и все истины, эта была простой. Я прочел: «Не случайно я пришел в этот мир. Я пришел сюда с целью. И эта цель — стать горой, а не песчинкой».
— Спасибо тебе, Джулиан. Спасибо, за то, что спас мне жизнь.
Глава 4. Ученик узнает о том, как преступно предавать самого себя, и о том, как освободиться
Лелей свое видение и свои идеалы, лелей музыку, которую они исполняют в твоем сердце, красоту их форм в твоем мозгу, очарование, окутывающее твои чистейшие помыслы, потому что из них вырастут все те необыкновенные вещи и условия жизни, о которых ты мечтаешь. Из них, если ты останешься им верен, построится твой прекрасный мир.
Джеймс Аллен. Человек мыслящийРисковать! Рискнуть всем! Не заботься о мнении других, об этих голосах. Делай самое трудное на земле — для себя. Поступай, как знаешь. Посмотри правде в глаза.
Кэтрин МэнсфилдДжулиан понял, что я поглощен своими мыслями, и оставил меня в одиночестве на пару минут, предлагая осмыслить то, чем он со мной поделился. Пока он был в ванной, я задумался о том, как жил все эти годы. Сквозь звуки выливающейся из ванны воды до меня доносилось его пение. Меня охватило глубокое чувство раскаяния, когда все ошибки, которые я совершил в прошлом, явились перед моим внутренним взором. Вместо того, чтобы использовать эти ошибки к своей пользе, как пищу для ума, я пропустил все уроки, слепо проходил мимо возможностей роста и упивался жалостью к себе. Мне было грустно от того, что я встретил Джулиан так поздно, потому что я бы давно уже мог жить в соответствии с теми законами, о которых он мне рассказал. Столько драгоценного времени потеряно безвозвратно, много лет назад я мог вступить на путь к лучшей, истинной жизни, а вместо этого я растрачивал свои таланты и дары судьбы на то, чтобы жить жизнью, навязанной мне другими. Толпа поглотила меня, а я почти позволил ей себя уничтожить.
Джулиан вернулся и обнял меня за плечи. Он догадывался, о чем я думал. — «Прощение вырастает из понимания», — сказал мудрый монах Тик Нат Хан. Ты находишься именно там, где тебе следует быть. Когда ты начнешь понимать, когда возникнет убежденность в том, что жизнь разворачивается так, как ей суждено, тогда ты обретешь прекрасную способность прощать себя. Ты слишком строг к себе, — мягко сказал Джулиан, а я поразился силе его интуиции.
Он проводил меня в коридор. На стенах висели прекрасные картины, из надежно укрытых колонок доносилась приятная, успокаивающая музыка. Большая часть постояльцев, видимо, еще спала.
— Расскажи мне еще, Джулиан, — я собрался и приготовился слушать те мудрые слова, которыми мой прекрасный, хотя и необычный, наставник будет готов со мной поделиться.
— Хорошо, амиго, — сказал он, когда мы сели в лифт. — Человек, который играет с жизнью по-крупному, то есть использует наивысший потенциал и следует своей настоящей судьбе, такой человек любит себя. Жить совершенной жизнью значит утверждать любовь к себе.
— Я никогда не думал об этом.
— Тот, кто живет так, как будто он — один из великих, это человек, который не только глубоко уважает себя, но и не менее глубоко уважает своего Создателя. Сейчас много говорится о том, что надо «жить настоящим», «наслаждаться сиюминутным». Не пойми меня неверно, это все необходимо, чтобы жить хорошо. Я верю и полностью поддерживаю это. Кроме того, ты сам слышал от меня эти утверждения, хотя мы провели вместе не так много времени. Вопрос в соотношении. И нет ничего дурного, если одновременно с этим ты будешь мечтать о звездах и раскрывать свои скрытые таланты. На самом деле, когда ты ставишь крупные цели и следуешь за мечтами, ты участвуешь в акте творчества. Ты используешь свое воображение и способности для создания чего-то чудесного. Вот тебе и творчество в действии.
