Читаем без скачивания Колхоз – дело добровольное - Олег Здрав

Если куратор-воспитатель пробивной, то он обязательно выбьет нормальное поле для своих учеников, пусть не каждый день, но иногда. С нашим же мямлей-учителем светит полная труба – весь сезон на подчистке.

Вот и сейчас Жук старательно делает вид, что не слышит ропот недовольства, и преувеличенно бодрым голосом распределяет каждому свой участок для сбора – абсолютно бессмысленное занятие, учитывая состояние поля.

— Да, пошел ты, — демонстративно сплевываю, и забрав свою бригаду отправляюсь на другой конец поле, подальше от надсмотрщика.

Не успеваем пройти половину пути, как новая неприятность сваливается на нашу голову – на соседнюю «карту» высаживается десант сборщиков в разноцветных пятнистых халатах.

— Только вас не хватало для полного счастья, — в сердцах выругался, увидев привалившее счастье.

Стоит пояснить, причину такого отношения к соседям по лагерю. В отличие от школьников, студенты – люди взрослые, и рабочий день у них не как у нас до обеда, а все восемь часов.

Как нетрудно догадаться, после того как мы уедем в лагерь, граждане в национальных халатах станут полноценными хозяевами всей окружающей территории. А уже собранные в лотки помидоры собирать много легче, чем те, которые на кустах.

Если принять во внимание, что учетчик появится, посчитает и примет собранные нами ящики только завтра утром, то ставлю Хеннеси против Агдама, что за сутки нами собранное волшебным образом «усохнет и утрясется» на четверть, а то и на треть. Зато будущие гастарбайтеры легко сделают по две нормы каждый.

— Не жили богато, так ещё и ограбили, — делаю печальный философский вывод.

Ладно, с этим вопросом пока обождем, прежде собрать надо хоть что-то, потом жалеть, что это собранное увели из под носа.

— Братва, все мы понимаем, что поле бросовое, норму сделать нереально. Отсюда вывод? Правильно, надо работать головой!

— И как голова нам поможет собрать хоть пару лишних ведер? — удивился Птицын, выражая общее недоумение.

— Прежде всего, научная организация производства и разделение труда – это даже в Древнем Египте осознавали. Надеюсь, никто не возражает, что работаем сообща, а результат делим на всех поровну. Кулаков-единоличников нам здесь не надо. С другой стороны, колхоз – дело добровольное, поэтому никого насильно в наш кооператив не загоняем.

Ренегатов не оказалось, вся мужская половина класса изъявила желание поучаствовать, альтернатива бегать по полю в поисках случайных одиноких помидор никого не воодушевила.

Итого: семнадцать пар работящих рук – удивительно, но ни одного лодыря или уклониста, любителя посачковать, среди одноклассников не припомню. Хоть убейте, все до единого, как на подбор, нормальные работники. Издержки советского воспитания или правильная материальная и моральная мотивация?

Однако, все эти лирические отступления ни на килограмм не приближают нас к заветной норме.

— Делимся на три, примерно равные группы. Первая часть изображает сбор томатов на этом краю поля, при этом внимательно чекует, не идет ли Жук в нашу сторону, вторая часть обеспечивает транспортировку собранного. И самая работящая, ударная группа скрытым маневром пересекает водогон, и прикрываясь камышами, перебирается на соседнюю карту, где ударно собирает двойную норму. Чтобы без обид, периодически меняемся местами.

— Разве так можно? Таскать с чужого поля? — возмутился Паша Косыкин, самый осторожный и воспитанный из всех.

Не успел ничего ответить на благоглупость, как товарищи по команде уже разъяснили искренне заблуждающемуся политику партии. Павлик согласился с предъявленными аргументами, потирая затылок, и явно обдумывая, как будет отмазываться, если поймают.

— Спалимся, — выдал короткое и емкое, но зато более конструктивное, возражение Птицын.

— Для этого выдвигается передовое охранение. Два человека ближе к середине поля – их задача любыми путями задержать Жука, если он направится в нашу сторону. Несите любую чущь, расспрашивайте про расценки, премии, качество ящиков, уточняйте минимальный размер плодов с демонстрацией образцов, которые можно собирать, в крайнем случае, инсценируйте укус сколопендры или приступ аллергической астмы, но дайте нам пять минут, чтобы вернуться. Ваша основная задача – наблюдение, а не сбор, добытое делится поровну, переживать не о чем.

Соседнее поле – волшебная мечта, воплощенный в реальности, счастливый сон передовика сельского хозяйства. Нам такие богатые карты никогда не достанутся, даже теоретически. Вполовину беднее дадут – и то за счастье.

Сорт такой, что с одного куста можно полведра снять. Средний плод – размером с крупный апельсин, до десяти штук за раз, не считая не созревшей мелочи чуть скромнее в диаметре.

Вот здесь и требуется бригадный подход, в одиночку совершить эту «производственную» аферу почти невозможно – поскольку придется перебираться через достаточно глубокий водогон, что сделать с полным ведром в руках тяжело, хоть и возможно. Мы же поступили проще – поместили Виталика Черного, как самого рослого и здорового, на дне канала, и теперь его задача: получить полное ведро с одного берега, передать на другой, и в обратном направлении вернуть пустую емкость на замену. Идеальное решение – не надо ни спускаться, ни карабкаться наверх, рискуя рассыпать всю добычу. Главное препятствие устранено.

Собирать приходится практически согнувшись, передвигаться короткими перебежками, почти в полуприсяде, но зато результат – сказочный. К обеду заканчиваются все свободные лотки, иначе сделали бы полуторную норму на каждого.

Нет худа без добра! Норма на таком поле – и так подозрительно много, если же больше сделать, то возникнут ненужные вопросы. И так Ринат Юсупович под конец смены начал как-то подозрительно часто наведываться на наш край поля, слишком уж разительный контраст между тем, что мы насобрали и женская половина класса.

Предложение помочь девчонкам вызвало резкое отторжение у всех членов кооператива «Водогон транзит».

— Дурных немае. Один раз поможешь, потом на шею сядут, весь колхоз будешь бесплатно на них работать, — категорически высказался Черный, и коллектив единогласно поддержал это решение.

Бригадиру, в моем лице, пришлось, согласится с волеизъявлением электората. Тем более, что есть проблема намного важнее – граждане из солнечного Таджикистана.

Выпросить авторучку и тетрадный листок у Жука не удалось. Узнав, для чего требуются письменные принадлежности, горе-учитель перепугался, и замахав руками, отказал в категорической форме.

— Нет, и не проси, — и быстро ретировался. Не бежать же за ним в конце концов.

Спасла положение вездесущая Жаннка, которая узнав причину спора, тут же предоставила и ручку и тетрадку.

— Хотела устроить соревнование лучших сборщиков, специально взяла, чтобы учет вести передовиков. Социалистическое соревнование – это же здорово! Но, не с такими результатами – из девушек никто даже норму не сделал.

Тщательно подсчитываем и переписываем все собранные ящики, указывая их точное месторасположение. Тяжелее всего пришлось с девичьими, если наши в одном месте все собраны, то остальные вдоль дороги расставлены. Даже план-схему начертили, после чего завизировали акт десятком подписей.

— Ринат Юсупович, заверьте своей подписью, что все посчитано правильно.

Щаз!

— У меня и так все записано, не вижу необходимости, — ожидаемо пошел в отказ опасливый без меры куратор.

Девчонки попытались убедить его, справедливо опасаясь разграбления, с таким трудом собранного, урожая, но ничего не помогло.

— Не хотите и не надо. Так и запишем в акте: «От подписи отказался», — улыбаясь радушно, сообщил ему приятную перспективу.

Представив такую бумажку в руках завуча, Ринат Юсупович побледнел, сглотнул и пошел на попятную. Правда, тянул до последнего, надеясь на скорое прибытие автомашины, занявшись пересчитыванием по третьему разу.

Поскольку хочешь, не хочешь пришлось сопровождать Жучину, заодно проставил на всех ящиках странную для окружающих закорючку с буквой «а» в серединке, в которой любой попаданец с легкостью опознал бы «собаку электронную».

— Отметьте в акте, что пустых ящиков на поле в наличии нет, — решил подстраховаться, если расхитители догадаются пересыпать лотки в ведра прямо здесь.

Подпись смелого и благородного учителя-воспитателя мы все же получили.

На будущее надо решать вопрос кардинально, подняв вопрос на уровне начальника лагеря – пусть они по официальным каналам продавят равноправие школьников и местных работников в этом вопросе, хотя бы относительное.

Понятна забота председателя и бригадиров о своих соседях, но интересы детей тоже должен кто-то защищать. Справедливости ради, наш лагерь труда и отдыха – один из лучших в области, и это прямая заслуга руководителя колхоза. По воспоминаниям моих сверстников: деревянные бараки, плохая кормежка, полное отсутствие культурного досуга и мизерные зарплаты – самое обыкновенное дело в других лагерях труда и отдыха. То есть, труд присутствовал, а вот все остальное – как бог на душу положит. Зарплата в 15 рублей за целый месяц – и такое бывало, правда, довольно редко.