стала шире. Он оказался доволен реакцией паренька. Мрачный Клинок живо вскочил на ноги и достал один из своих запасных, простых ножей.
— Кажется пришло время вспомнить молодость, — хохотнул алхимик и принял стойку для драки. Колени слегка согнуты, локти прижаты к корпусу, одна рука выставлена вперед, кулак второй прикрывает подбородок. Женя успел разглядеть противника — рановато тому было вспоминать молодость, на вид самое большое лед тридцать пять.
Мужчина сделал шаг и резко выбросил кулак вперед. Женя едва успел среагировать. Увернулся, попытался резануть по предплечью, но отдёрнул руку, в последний момент избежав захвата. Этот ненормальный был готов схватиться прямо за лезвие.
Алхимик сложил губы в усмешку и показал порезанную ладонь. Та уже почти не кровоточила.
— Я почти не чувствую боли. Кровь останавливается едва ли не моментально. А сила… — мужчина сжал кулаки, — ну ты сам скоро узнаешь.
Мрачный Клинок не мог точно оценить время. В реальности же он чуть больше минуты избегал попыток алхимика его ухватить. Сколько могут действовать такие усиливающие эликсиры? Две минуты? Пять? Десять? И какой силой обладает алхимик без них? Сколько он сам продержится? А ведь был ещё жрец. Те два монстра… Вольный дрался с ними уже где-то в темноте и звуки их схватки пугали его побольше стоящего напротив противника.
По крайне мере пока тот не сомкнул свою ладонь на его предплечье.
— Поймал, — произнёс улыбающийся алхимик.
Когда плечо взорвалось болью Мрачный Клинок подумал, что алхимик просто дёрнув, повредил ему руку. Последовавший за ним удар в голову локтем заставил поменять мнение. На секунду всё потемнело. Когда зрение вернулось, мощный пинок в живот подбросил его в воздух. За этим последовала лавина ударов кузнечных молотов, тех что держат двумя руками, потому, что казалось били его именно ими. Лицо моментально превратилось в отбивную, правый глаз быстро опух и заплыл, сломанный нос обильно кровоточил, пара зубов точно покинула дом родной. Левая рука сломалась, когда он пытался закрыть лицо руками. Правая по какой-то противоестественной причине всё ещё сжимала кинжал.
— Ну ладно, малыш, пора с тобой заканчивать.
Алхимик встал поудобнее, намереваясь одним ударом ноги размозжить поверженному противнику череп. Он так не заметил, как схватка в ночи утихла. Яркая вспышка боли поразила его правый бок. Взгляд вниз. Из живота у него торчал грёбаный дротик! Попал прямо в печень.
На секунду он встретился взглядом с единственным глазом, распластавшегося на земле противника.
Мрачный Клинок одним рывком, сжимая двумя руками, поломанной и целой, вогнал свой широкий кинжал алхимику в бедро. Крутил им как мог пока алхимик в очередной раз не обрушил молот ему на голову. Потянул за шиворот от себя. Игроку стоило неимоверных усилий выдернуть нож из раны — тёплая, почти горячая жидкость ударила ему в грудь и лицо.
Алхимик застонал, скрючиваясь на земле. Его руки отчаянно пытались зажать рану, дать время зелью загустить выходящую кровь. Быстро растекающаяся под ним лужа очень уверенна утверждала, что это не поможет: нож распорол бедренную артерию.
Умирающий мужчина не смотрел на молодого паренька, лежащего рядом с распростертыми руками в паре шагов от него. Его взгляд был устремлен в темноту откуда прилетел дротик. Теперь он заметил, что звуки битвы там стихли. Он и представить себе не мог, что тот человек справиться с двумя вурдалаками, так как видел их в действии ранее. Эти твари, уже не люди, способны разорвать человека на куски за пару секунд. Сам бы он никогда не вышел против таких ни под какими зельями. А тот человек не двигался как высокоуровневый воин.
Как он сумел уложить сразу двоих?
Это была последняя мысль бывшего ученого.
Как только Мрачный Клинок всадил нож в бедро накаченному препаратами алхимику, Вольный развернулся и двинулся к чёрной палатке жреца. Те два бандита, точнее, когда-то бывшие бандитами, сумели изрядно его подрать. Доспех превратился в клочья, лицо и руки и остатки доспеха исцарапаны и забрызганы кровью. Их, и его собственной. Какая бы магия их не тронула, она была пугающе эффективной. Оба совсем позабыли о том, что тоже могут умереть. Кидались на него в самоубийственной манере, с такой жаждой крови, которую редко можно встретить в живых существах.
Жрец остался один.
Конечно, если не сбежал.
Тарас аккуратно отодвинул ткань палатки, заглянул. Кромешная темнота. Он шагнул внутрь, внимательно прислушиваясь, держа [Кровопускатели] наготове.
Глава 50
Темнота сомкнулась вокруг, отрезав его от тех крох света, что давали гаснущие в лагере костры и первые лучи света, пробивающиеся из-за горизонта.
— Ты хорош.
Голос разрубил тишину резко, громко. Звук обрушился на Тараса со всех сторон.
— Перерубил эту гниль всего за пару минут и даже с теми двумя, получившими мою помощь, сумел справиться — продолжил хвалить игрока скрывающийся жрец, — не хочешь занять их место? Получишь всю обещанную им оплату.
Вольный хранил молчание. Если жрец до сих пор не напал на него, значит тянет время. И вряд ли для чего-нибудь хорошего. Поэтому он молчал и старался выявить из всестороннего потока звука, более сильный, которым смог бы подсказать, где находиться настоящий жрец.
— Вы ведь бессмертные да? Только у вас хватит смелости на атаку с таким перевесом у врага, — голос жреца продолжил доноситься отовсюду, пока Тарас медленно шагал и изучал пространство вокруг, используя мечи, как слепец палку, — раз уж ситуация сложилась так, то твоя гильдия или группа получили шанс значительно заработать и, может быть, получить несколько на…
Тарас рванул влево, выбросив меч вперёд. Голос резко оборвался. Послышался звук падающих предметов. Удар прошёл мимо, но теперь жрец пришёл в движение, и Вольный мог слышать где тот находиться.
Началась бешенная пляска в темноте, где жрец убегал, а игрок преследовал. Жрец швырял под ноги игрока предметы и переворачивал на ходу мебель, всячески пытаясь замедлить преследователя. Сделав круг по палатке, он таки добрался до выхода и шмыгнул наружу.
Вольный использовал [Мановый Всплеск] как только вырвался за ним. Его ноги сделал мощный толчок отправляя тело вперёд, а занесенную для удара рука стала разгибать куда быстрее обычного.
Жрец почувствовал приближающуюся смерть и закричал:
— Кхне!
Развернулся, выбросив под удар ладонь. Та на лету почернела, пальцы быстро превратились в твёрдые когти и схватили клинок.
Тарас на мгновение подумал, что ему придется биться с таким же монстром, в которых превратились последние двое бандитов. Следующий удар развеял эту мысль.
Неуверенный.
Таким словом можно было описать попытку облеченного в чёрную робу жреца полоснуть его второй когтистой рукой. Никакой быстроты и животной жажды убийства. Просто попытка отбиться загнанного в угол
